Несокрушимые Осколки
Шрифт:
Мне действительно хочется это узнать.
— Чейз? — громко зовет вторая сестра, решив, что я не расслышал из-за музыки.
Я моргаю и выдаю ей улыбку:
— Да?
Вот чем я занимаюсь уже почти час: улыбаюсь, сохраняю вежливость и пытаюсь не разбить голову о стену.
Клэри/Хлоя ухмыляется и подходит ближе:
— Ты ведь заглянешь к нам посмотреть коллекцию, правда? Думаю, некоторые наши модели будут идеально на тебе смотреться.
Господи, если ты там, наверху, пожалуйста, привяжи меня к якорю и утопи в бездонном океане.
— Чейз?
Я на грани того, чтобы окончательно сорваться. Полностью.
— Мне нужно обсудить это с моим дизайнером, дамы, — отвечаю я максимально вежливо. — Если он согласится, то сам придет посмотреть вашу коллекцию на предмет подходящих нарядов.
Клэри и Хлоя смотрят на меня с недоумением:
— Но разве ты не можешь просто прийти сам?
— В последнее время у меня слишком плотный график, чтобы заниматься шопингом. Сложно все совмещать, поэтому у меня есть дизайнер.
— Но…
Я надеваю маску профессиональной любезности:
— Хавьер великолепен в своем деле, уверяю вас. Он идеально подойдет для того, чтобы оценить вашу коллекцию.
Они открывают рты, чтобы что-то сказать, но я разворачиваюсь, и тут же вижу Боба, чьи руки плотно прижаты к бокам Ниа.
Черт бы побрал этого недоумка.
Он наклоняется, чтобы шепнуть ей на ухо, и она смеется.
Я сжимаю и разжимаю кулаки, чувствуя раздражающую беспомощность.
Она должна танцевать со мной. Но вместо этого даже не смотрит в мою сторону.
Потрясающе, черт возьми.
Что-то маленькое ударяет меня по голове. Я шиплю от досады и опускаю взгляд. У моих ног лежит пластиковая игрушка. Я оборачиваюсь в ту сторону, откуда она прилетела, и вижу Джера. Он сидит в кресле в нескольких шагах от меня, с бутылкой пива в одной руке и жутковатой на вид игрушкой — в другой. Похоже, он готов повторить бросок.
— Какого черта, Джер? — беззвучно спрашиваю я.
Он фыркает, бросает игрушку и достает из кармана телефон. Потыкав в экран, прикладывает трубку к уху, и через пару секунд мой телефон начинает вибрировать в заднем кармане.
— Повторяю: какого черта, Джер? — отвечаю я в трубку.
Он хмуро смотрит на меня:
— Что ты творишь, болван?
— Что? — Ему пора завязывать с выпивкой, иначе он кого-нибудь покалечит.
— Ты позволяешь Бобу увести у тебя девушку, — ворчит он.
Я в замешательстве сдвигаю брови:
— Подожди, откуда ты…
— Ты не особо скрываешься, Касс, — поясняет он. — И она тоже.
Я вздыхаю, проводя рукой по подбородку:
— Все пошло наперекосяк, Джер. Черт, я даже не знаю, остается ли она моей девушкой. Или хочет ли вообще ею быть.
Старик хмурится:
— И чья это вина?
Я закатываю глаза:
— Зачем ты в меня кинул игрушкой? Не мог просто позвонить, как сейчас, вместо того чтобы едва не устроить мне сотрясение?
— Где же тут веселье?
Я фыркаю:
— То есть ты украл игрушку у какого-то ребенка ради развлечения? Твой способ веселиться заключается в том, чтобы отправлять людей в нокаут?
Он показывает мне средний палец, и я не удерживаюсь от смешка:
— Я не украл. Я взял на время.
— Ага, как скажешь.
Он снова бросает на меня сердитый взгляд:
— Иди за ней, Касс, пока Боб не надел ей кольцо на палец или что-то в этом духе.
Я быстро смотрю на Ниа и Боба — они все еще смеются и танцуют — и снова перевожу взгляд на Джера:
— Ну, он вполне может это сделать. Сейчас она выглядит по-настоящему счастливой.
Джер заносит бутылку пива, будто хочет метнуть ее в меня, и я инстинктивно отступаю:
— Хватит быть таким невыносимым, парень. Соберись и сделай что-нибудь. Отодвинь этого лысого пещерного человека от Ниа.
— Господи, сколько ты уже выпил, Джер? Ты говоришь как моя покойная бабушка. Да упокой Господь ее душу.
Он снова фыркает:
— Иди. Сделай. Что-нибудь.
— Ладно. — Я поднимаю руку, видя, что он снова готов атаковать бутылкой. — Я иду, иду. Удерживай себя в руках, дружище. — Отключаю звонок и убираю телефон в задний карман.
Джер ухмыляется и показывает мне «класс», отчего я улыбаюсь и качаю головой.
Я оглядываюсь. Близняшек Уильямс нигде не видно, и это радует.
Скатертью дорога.
Глубоко вдохнув и резко выдохнув, я шагаю вперед и кладу руку на плечо Боба.
Ну, поехали.
19. КАСС
— Привет, Боб. Как дела, приятель?
Ниа резко втягивает воздух, увидев меня, но тут же отводит взгляд.
Боб, с каплями пота на лбу, поворачивается ко мне.
— О, Касс. Все отлично. Как сам? Слушай, последний раз, когда я тебя видел, ты был щуплым шестнадцатилетним пацаном, который пытался сдать домашку и не завалить экзамены.
— Убери руки от Ниа, — хочется сказать мне, однако я сдерживаюсь. Вместо этого усмехаюсь, подыгрывая ему:
— Ага, это был я. Но теперь-то все изменилось, да? — Засовываю руки в карманы джинсов и слегка пожимаю плечами. — Кстати, как твое пищеварение в последнее время? Я тут пару минут назад разговаривал с твоим отцом, и он сказал, что у тебя проблемы с желудком. — Быть загнанным в угол Дэвисом ради подробного рассказа о… проблемах его сына — точно не то, что я хотел услышать в жизни, но что поделать. Разве можно остановить отца, который жаждет в красках описать неполадки с кишечником своего чада?
Боб наконец отпускает Ниа и поворачивается ко мне:
— Да, папа сильно переживает. После еды все плохо усваивается, и неважно, чем я питаюсь. Кислотность, тошнота и все такое. Спасибо, что спросил, друг.
— Не за что.
Мы с Бобом обмениваемся улыбками невыносимо долго, и я чувствую, как Ниа переминается с ноги на ногу. Ей явно неловко в этой ситуации.
Из динамиков гремит новая поп-песня, и дети начинают прыгать и визжать от восторга.
— Так, эм… — прочищаю горло. — Можно я ненадолго займу Ниа? — спрашиваю я у Боба. — Мне нужно с ней кое-что обсудить.