Несокрушимые Осколки
Шрифт:
— И-и-и-и, — стонет Эмма в трубке. — Пожалуйста, скажи, что ты хотя бы покажешь ему средний палец, если не заявишь на него в полицию.
— Он безобидный, Эм.
— Пока что.
Я вздыхаю:
— Его отец порядочный человек, друг нашей семьи. Это накладывает на меня определенные обязательства.
— Обязательства позволять его взрослому сыну дрочить на тебя? — недоверчиво спрашивает Эмма.
Я встаю, зажимаю телефон между ухом и плечом и собираю волосы в высокий хвост, прежде чем подойти к окну.
— Не знаю, что еще ты хочешь от меня услышать.
— Хочу, чтобы ты объяснила, почему не показываешь ему палец, — настаивает она.
— Еще как показываю! — кричу я. — Черт возьми, показываю, Эм, но, похоже, это только еще больше его заводит.
— О Боже, — бормочет она. — Это… откровенно мерзко.
Я усмехаюсь:
— Согласна? — резко захлопываю окно. Затем бросаю взгляд на Боба, который все еще занят своим делом, показываю ему средний палец и быстро задергиваю шторы.
— Ты показала, да? — спрашивает Эмма.
Я смеюсь, глядя в зеркало на туалетном столике:
— Эмма Роуз Смит, ты что, обвиняешь меня в непристойном поведении?
— Я констатирую факт. Есть разница.
Я прищелкиваю языком и всматриваюсь в свое отражение. Глаза… потухшие, несмотря на теплый свет в комнате. Щеки слегка впали, линия подбородка стала резче. Добавьте к этому пересохшие губы, темные круги, и вот я уже готова покорять Голливуд в роли женской версии Майкла Майерса.
Я вздыхаю и качаю головой:
— Думаешь, мне стоит рассказать брату?
— Про Боба?
— Да, — отвечаю я. — Это продолжается уже несколько дней. Обычно я рано встаю и ухожу на работу, так что мы не пересекаемся. Но теперь, когда я дома…
— Он кончает в штаны, глядя на твое роскошное тело?
Я хмурюсь:
— Пожалуйста, никогда больше не соединяй эти слова в одном предложении. А лучше вообще их не используй.
— Но ты любишь меня, — парирует она.
Я закатываю глаза:
— К несчастью, да.
Она хихикает:
— Ладно, отвечаю на твой вопрос: если ты действительно хочешь увидеть Боба бездыханным в гробу в слишком тесном костюме-тройке, то вперед, расскажи брату. Я серьезно. Ты видела его бицепсы? Уверена, его кулак больше головы Боба.
Не могу сдержать смех:
— Ты замужем, Эм, если вдруг забыла. Измерять параметры тела моего брата — не самая подходящая для тебя забава.
— А, пустяки. Мартин знает, на ком женился.
Я улыбаюсь:
— Ты…
— Милая! — раздается голос мамы из гостиной.
— Черт. Эм, мама пришла. Я обещала помочь ей и папе с уборкой сегодня. — Подхожу к шкафу, достаю джинсы и простую желтую футболку. — Мне пора, детка.
— Конечно! Мне тоже надо проверить Меган. Хочу убедиться, что она не перешла от обычных телефонных разговоров с парнем к телефонному сексу.
Я замираю:
— Прости, что?!
Эмма вздыхает:
— У Меган есть парень, Ниа. Давай-ка включайся в реальность.
Я не могу поверить.
— Ей пять лет, — произношу я, тщательно выделяя каждое слово.
— Ну, ее поколение развивается быстро. Мы с тобой, видимо, слишком долго тянули.
Я качаю головой:
— Я…
— Ниа, милая, ты здесь? — зовет мама.
— Да, мам, дай мне десять минут. Нужно одеться.
— Конечно! — слышу, как она напевает, передвигаясь по гостиной, и это вызывает у меня улыбку.
— Иди помоги родителям, а я пойду проверю свое чадо, — говорит Эмма.
— Мартин в курсе?
— Ты видела его лицо на экране телевизора в сводках об убийствах?
Я прикрываю рот кулаком, сдерживая кашель:
— Нет?
— Вот именно, значит, он не знает.
— Ты…
— Сумасшедшая, да-да, ты уже говорила.
— Ладно, мне пора. Спасибо, что подняла мне настроение. Это много значит. Люблю тебя.
— Не за что. Я всегда рядом, детка. Бери столько времени, сколько нужно, чтобы прийти в себя. А когда будешь готова — поговори с ним. — Она прокашливается. — Пока не стало слишком поздно.
Она имеет в виду, пока он не уехал обратно в Нью-Йорк.
Я захожу в ванную.
— Обязательно, обещаю.
Я обязана это сделать, правда? Я дала ему второй шанс, и он приложил все усилия, чтобы его оправдать, учтя риск, на который я пошла. Все изменилось с появлением Аманды. Было бы неразумно снова его отпустить, не поговорив откровенно. Он этого точно не заслуживает, да и я тоже.
— Хорошо, — говорит Эмма. — Значит, увидимся сегодня на вечеринке у Джеральда?
Беру зубную щетку и улыбаюсь:
— Да, я буду там.
17. НИА
— Я никогда не видел девушки красивее тебя, — Боб делает шаг вперед, но тут же отшатывается в сторону, когда Эмма толкает его локтем.
— Ой-ой, простите, — с притворной улыбкой напевает она.
Он фыркает, выравнивается и снова смотрит на меня:
— Так вот, я подумал, может, ты захочешь…
— Нет, — обрываю я, не отрывая взгляда от того, что происходит в нескольких шагах от меня.
— Но…
— Этого не случится, Боб, так что проваливай, — говорю я, по-прежнему не глядя на него, и поудобнее устраиваюсь в кресле.
Вечеринка Джера проходит в саду за их прекрасным домом. Здесь все не так пышно и нарядно, как в день свадьбы, а скорее уютно, комфортно и спокойно, и это мне по-настоящему нравится.
Легкий ветерок доносит до меня запах снега и душистых котовников, которые Джер выращивает в своем саду.
Оглядывая пространство, я вижу, как Джер жарит стейки в окружении гостей. Дети на вечеринке — это либо подростки, гоняющиеся друг за другом, либо влюбленные старшеклассники, изо всех сил старающиеся выглядеть незаметными, разглядывая друг друга. Взрослые же увлеченно обсуждают свои дела с удушающим интересом.
А я? Я дежурю у стола с напитками, следя, чтобы дерзкие, переполненные адреналином подростки не стащили алкоголь. И еще чтобы каждый выпил хотя бы стакан фирменного лимонада Джера.
Вот это работа мечты, не так ли?
День клонится к закату, а я уже устала улыбаться местным жителям и раздражена отсутствием алкоголя в организме. Мне нужно оставаться трезвой, чтобы присматривать за несовершеннолетними, не выглядя так, будто я искупалась в бассейне с Jack Daniels.
Боб что-то бормочет себе под нос, но от стола не отходит.