Чтение онлайн

– Ты похожа на снежную королеву во время оттепели, - засмеялся Лекс, когда девушка вернулась к костру.
– Вся в капельках.

– Говорят, если один раз в год на рассвете первого мая умываться росой, получишь вечную молодость.

– Тебе рано задумываться о вечности. Ты молода и прекрасна. Держи.

Кружка чая, хлеб, сыр - все вставало на свои места. Фыркали лошади, пробирало ознобом. Гуго седлал.

– Может, дождемся, пока туман немного рассеется?
– высказал сомнение Лекс. Ну, отыщем мы ворота. А дальше?

– Землю видно?
– огрызнулся Гуго.
– Смотри под ноги своей лошади. Она, куда попало, не завезет.

Реар двигался первым, за ним Лекс. Тейт, как всегда - в хвосте. Командир достал из сумки моток веревки и велел им держаться.

– Ну и в какую сторону правим?
– опять заныл Манус Аспер, когда они миновали ворота.

– Туда, - уверенно показала Тейт.

– Точно?
– усомнился Лекс.

– Там единороги.

В чем в чем, а тут она не могла ошибиться. Она всем существом чувствовала близость животных. Она так давно их не видела! От хандры не осталось следа. От предстоящей встречи внутри закипала радость. Не будь приказа Гуго, она бы поскакала, сломя голову, совершенно уверенная, что ничего плохого с ней не случится.

Как Реар ориентировался в тумане, который был едва ли прозрачней молока, не понятно, только через час одежда перестала цепляться за кусты - они выехали на простор. Белые космы уплывали под порывами ветра, открывая поляну.

Посреди которой лежали наваленные кучей трупы. Вернее то, что осталось от трупов. Мужчины, женщины, дети вперемешку. Звери успели их объесть и растаскать кости.

Реар поднял руку. Лекс сделал отрицательный жест. Значит близко никого не было.

Все кто жили в доме смотрителя королевских парков, остались на поляне. Почему их не убили прямо у дома? Зачем согнали сюда?

Тейт трясло. Утренняя вспышка представилась глупостью инфантильной девчонки, забывшей, что она королева. Забывшей, зачем вообще сюда приехала.

– Ты точно чувствуешь, где единороги?
– Тихо спросил Гуго, подъехав к ней вплотную.

– Там.

– Далеко?

– Нет. Несколько миль.

– Лекс говорит, что поблизости людей нет. Мы будем держаться дороги. Лекс пойдет первым. Я - замыкающим. Ты - в середине. Никуда не сворачивай.

– Их надо похоронить.

– Сначала надо самим живыми остаться!

Тейт вздрогнула. На краю чувственного восприятия явилась паника. Единорогам грозила опасность.

– Что с тобой?

– На них напали!

– Лекс! Вперед!

В середине обширного загона из жердей близко друг к другу, почти касаясь боками, стояли две самки. Жеребец старался загородить их своим телом. Внизу перебирал ножками нежный маленький жеребенок с едва видимым зачатком рога посередине лба. У изгороди лежало человеческое тело. Рог пропорол грудь насквозь. По всему загону валялись дротики и обрывки веревок.

У бандитов не оказалось с собой ни арбалетов, ни луков. Они рассчитывали быстро изловить единорогов арканами. Будь это обыкновенные лошади, так бы все и случилось.

Гуго вернулся из разведки весь измазанный землей. Бандиты засели с противоположной стороны загона. Там изгородь была пониже, зато отсутствовали ворота. С этой стороны жерди загородки поднимались выше человеческого роста, но имелась калитка. Бандиты ее, должно быть, не заметили.

– Их было четверо, осталось трое. И они пытаются смастерить лук.

– В столице было шестеро, один лежит в загоне. Где еще двое?
– сосчитала Тейт.

– Одного убил Симон у таверны. Одного могли отправить за подмогой. Стоит поторопиться.

– Ты там сильно нашумел?
– Лекс вытащил из седельной сумки арбалет.

– Нет.

– Я буду стрелять, а ты прикрывай.

– Нельзя...
– начала Тейт и споткнулась.

– Что?

– Прости, Лекс, если тебя захватят бандиты, нельзя чтобы арбалет попал им в руки.

– Спасибо на добром слове. Жди нас. Мы скоро вернемся.

– Стойте!
– Тейт старалась говорить шепотом, но все равно получалось громко.

– Ты чего раскричалась? Сиди тихо, жди нас, - одернул ее Гуго.

– А вдруг бандиты разбегутся? Вдруг не удастся всех... убить.

– И что ты предлагаешь?

– Какой-нибудь знак... как только вы на них нападете, я проберусь в загон и постараюсь вывести единорогов.

– Жеребец не подпустит. Животные напуганы.

Вместо возражений Тейт размотала повязку. Аметист загорелся на солнце чистой фиолетовой глубиной.

– Они пойдут за мной. Не сомневайся.

– Гуго, она права. Наша с тобой задача - отвлечь противника. Пусть ввяжутся, а Тейт в это время выведет животных.

Реару очень не нравилась ее затея. Если бы было хоть немного больше времени! Но его вообще не осталось.

– Знаешь, как кричит кукумарник?

– Знаю.

– Как услышишь, начинай.

Высохли глаза и губы, высохли ладони, высохло все внутри. Тейт не было так страшно никогда в жизни. До звона в ушах.

Спутники канули в высокой траве, только пушистые верхушки покачивались. А она сидела, не зная наверняка, хватит ли ей смелости выйти из укрытия или нет. Секунды стукали в висок. Тейт уткнулась лбом в согнутые колени, сжала кулаки и начала считать.

Раз, два... она выйдет на счет десять. Три, четыре... если погибнут единороги, ей не останется места в жизни. Пять шесть... кукумарник не поет - стрекочет, будто кузнечик. Только громче. Семь, восемь... успели бандиты сделать лук или нет? Девять...

С той стороны загона раздался стрекот кузнечика переростка. Тейт, не раздумывая, вообще не осознавая больше страха, замешательства, реалий, легла на живот и поползла к воротам загона. Трава колола лицо и ладони. Кольцо быстро нагревалось.

Ворота оказались заперты на простой засов. Только очень высоко. Тейт нашла короткий сук, но не дотянулась. Глупость какая! Ее же все равно увидят. В загоне трава, в отличие от опушки, была частью вытоптанной, частью объеденной.

Задвижка вылетела из паза, Тейт шагнула в загон. Жеребец замотал головой. Он развернулся в ее сторону. Копыто взрыло землю. Девушка подняла над головой руку с перстнем.

– Иди сюда, мой хороший. Я не обману. Я выведу вас. Я вас люблю. Маленький, иди сюда, - позвала она жеребенка.
– Ты ведь чувствуешь, где добро, а где зло. Тебе не надо смотреть, ты и так знаешь. Взрослые побегут за тобой...