Чтение онлайн

— Дрянь! — не выдержав, процедил сквозь зубы Штольц.

Её слова сильно ударили по самолюбию главы службы внутренней безопасности. Кто она такая, чтобы вот так, нагло и небрежно с ним разговаривать, да ещё и поучать? Он сделал шаг вперёд.

— З-закрой с-свой п-поганый р-рот… — прошипел Шикари, низким угрожающим голосом.

Внезапно появившись у генерала за спиной, он взмахнул серпом и замер в миллиметрах от шеи генерала, словно пушистая смерть с косой. Штольц, ощутив холодок от стали, в опасной близости от сонной артерии, сглотнул от волнения, а на лбу выступили капли пота.

— М-мы с-сами р-решаем, ч-что д-делать! Т-таков б-был уговор! — добавил мелкий и был абсолютно прав.

— Да?! — Штольц, переборов страх, возмутился ещё сильнее, его лицо стремительно налилось багровой краской, а на виске запульсировала вздувшаяся вена. — Тогда вы сами будете отвечать перед Тангаровым! Вам приказали уничтожить бункер и что в итоге? Почему вы его не затопили и просто убрались оттуда, словно так и должно быть?!

— Шикари прав, — раздался спокойный, но властный голос из-за спины Штольца.

Никто толком и не понял, когда в комнате появился Тангаров. Его фигура буквально выплыла из-за спины генерала, спокойно и неторопливо, с той особой грацией человека, привыкшего контролировать любую ситуацию.

— Вальдемар, я бы на твоём месте был поосторожнее, — продолжил он, слегка приподняв бровь. — А то так и головы можно лишиться.

Станислав прошёл по комнате и присел в свободное кресло с таким видом, словно это был его личный трон. Ухмыльнувшись, он небрежно закинул ногу на ногу, продолжая рассматривать всех присутствующих.

— Ну, как всё прошло? — поиграв в гляделки, задал вопрос он.

— Ты же читал отчёт? — нахмурилась Вьюга, она не любила, когда её заставляли повторять очевидное.

— Читал, — согласился Тангаров, и его тон стал серьёзнее, а улыбка исчезла, словно её стёрли ластиком. — Но я бы хотел узнать совсем другое… — он сделал короткую паузу, и его взгляд стал пронзительным, словно пытался проникнуть в самые глубины её мыслей. — Почему вы не стали преследовать Меншикова с Обломовой? Почему вы доставили мне в качестве пленника этого слюнтяя, а не главнокомандующего объединённой армии?

В комнате повисло тяжёлое молчание. Штольц злобно улыбнулся. Всё ещё красный от гнева, он заскрежетал челюстями от желания накричать на присутствующих, но промолчал, понимая, что сейчас не его очередь говорить.

— Как ты себе это представляешь? — удивилась она, окинув Тангарова пристальным, почти вызывающим взглядом.

— Я спрашиваю не у тебя! — резко оборвал её лунарианец, — Шикари и остальные, выходите! — приказал Станислав, не сводя взгляда с первого. — Я одного не понимаю… — он нахмурился, словно пытаясь прочесть их мысли. — Мы же договорились, верно?

— В-верно, — проскрипел Шикари, убирая серп от шеи генерала.

«Сумеречный охотник» понимал, что толку от генерала никакого, поэтому он медленно отошёл от пленника и приблизился к Кисе, чтобы быть начеку, если Станислав решит напасть без предупреждения.

— Станислав, ты когда-нибудь ковырялся в земле? — в разговор внезапно вмешалась Кисса, задав вопрос, который буквально сквозил нотками иронии. — Если хочешь попробовать их найти там, прошу… — она сделала широкий жест рукой, указывая на выход из комнаты. — Мы не стали уничтожать бункер. Можешь отправиться туда и перекопать всё лично!

Станислав на мгновение замер. Он не ожидал такого дерзкого ответа, но пару секунд пораскинув мозгами, всё же ухмыльнулся. Ковыряться в земле он, конечно же, не собирался — это было ниже его достоинства, но за язык её никто не тянул.

— Вальтер, ты её слышал? — резко повернулся он к генералу. — Собирай отряд и отправляйтесь в бункер. Приказываю его полностью зачистить и разыскать главнокомандующего!

— Слушаюсь, господин, — Вальтер слегка поклонился, он подобного приказа тоже не ожидал, но был приятно удивлён. — Что делать с Меншиковым и Обломовой? — уточнил он, чуть приподняв подбородок.

— Уничтожить! — твёрдо, с едва уловимой злобой в голосе приказал Станислав. — Если их судьба неинтересна даже друзьям, то они мне точно не нужны.

— Будет исполнено! — на этот раз Вальдемар откликнулся с улыбкой на лице. Он стремительно развернулся и направился к выходу из комнаты, чтобы не получить очередных указаний.

— Станислав! — внезапно раздался голос Луизы. В её глазах читалась тревога, смешанная с отчаянием. — Ты не можешь так поступить! Они… они не заслуживают такой участи!

— Замолчи! — резко оборвал её Станислав, почти безжалостным голосом. — Я давал твоим друзьям шанс, но они решили поступить иначе. Теперь я покажу, что бывает, когда принимаешь неверное решение.

Подобные слова не понравились никому, но делать поспешные выводы или решать за всех, никто так и не решился. К тому же взгляд Станислава в этот момент, многим показался слишком хищным, словно он только и ждал того, чтобы кто-то на него напал.

— Что же касается остальных, то вас ждёт новое задание, так что не расслабляйтесь. — так и не дождавшись атаки, он слегка сбавил тон, повернувшись к Луизе. — А ты… не забудь, что сегодня мы с тобой идём на крайне важный ужин. Там я объявлю о нашей помолвке.

— Что?! — Луиза резко встрепенулась, её глаза расширились от шока, а лицо мгновенно залилось краской.

— Что слышала, прелесть моя… Готовься! — коротко бросил Станислав, резко поднялся с кресла и направился к выходу.

Луиза поджала губы, но приказ выполнила. Увы, но девушка была не в той ситуации, чтобы спорить. Перед разговором, Герхард, предусмотрительно увёл Марию в другую комнату, чтобы манипулировать остальными. В этом плане Станислав подготовился хорошо, понимая, что «Сумеречные охотники», напичканные антимагическим оружием, и их дружки, могли в любой момент атаковать. А так был сдерживающий фактор…

Не оборачиваясь, он буквально растворился в полумраке коридора, оставив после себя лишь тяжёлое, давящее ощущение неизбежности.

Пытаясь осмыслить услышанное, Луиза застыла, сидя на диванчике, со стеклянным взглядом, который упёрся в стену. В голове крутилась одна и та же мысль: «Этого не может быть…» Но реальность оказалась безжалостна, ведь все слышали слова Станислава, которые прозвучали очень чётко и ясно, без тени сомнения. Она даже не смогла ему ничего возразить, голос будто застрял в горле, превратившись в комок невысказанных протестов. Всё внутри сжалось от отчаяния, но она знала: спорить бесполезно. Он не изменит решения.