Чтение онлайн

Хантер поднял голову от медного капсюля, который он рассматривал, и спросил:

— В каких масштабах они действуют? Везде набросали или нет?

Лансер недоуменно пожал плечами.

— Вот в том-то вся странность. Я связался со столицей. Сброшено только у нас, больше нигде.

— Как вы это понимаете? — спросил Хантер.

— Трудно что-нибудь сказать. Думаю, что здесь произведена проба. Если дело пойдет, они набросают таких штук повсюду, а нет — не станут этим заниматься.

— Что вы намерены делать? — спросил Хантер.

— Мне дано распоряжение принять самые решительные меры, так, чтобы больше это не повторялось нигде.

Хантер уныло сказал:

— Как я починю эти пять разрывов на линии? У меня не хватит рельсов на пять разрывов.

— Снимите с недействующих веток, — сказал Лансер.

Хантер сказал:

— Что же это за дорога получится?

— Какая-никакая, а все-таки дорога.

Майор Хантер бросил разрезанную трубку в общую кучу. В их разговор вмешался Лофт.

— Надо прекратить это безобразие, сэр. Надо немедленно хватать и наказывать тех, кто подбирает эти трубки, пока они не пустили их в ход. Надо что-то предпринять, а то они подумают, что мы бессильны.

Лансер выслушал его с улыбкой и сказал:

— Не волнуйтесь, капитан. Давайте сначала посмотрим, с чем мы имеем дело, а потом уже будем думать о способах борьбы.

Он взял со стола новый сверток, сорвал с него бумагу, вынул шоколад, откусил кусочек и сказал:

— Дьявольски хитрая штука. Шоколад прекрасный. Я сам не могу удержаться. Коробочки с сюрпризом, — потом взял динамитную трубку. — Все-таки, что вы об этом думаете, Хантер?

— Я уже сказал. Это очень дешевая и эффективная вещь для мелких работ. Динамит с капсюлем и минутным запалом. Умелый многое сможет сделать. А неумелый — ничего.

Лансер прочел надпись на внутренней стороне обертки.

— Вы читали это?

— Мельком, — сказал Хантер.

— Ну, а я прочел и попрошу вас выслушать меня внимательно, — сказал Лансер. Он начал вслух: — «Непокоренному народу. Спрячь это. Никому не показывай. Когда-нибудь понадобится. Это подарок тебе от твоих друзей, и подарок от тебя захватчику твоей страны. Для крупных разрушений не годится». — Он пропустил несколько строк. — Теперь дальше: «.. железнодорожные пути за городом… работай ночью… разрушай транспорт». Дальше: «Инструкция: железнодорожные пути. Подсунь патрон под рельс около самого стыка вплотную к шпалам. Как следует закрепи землей или мерзлым снегом. После того как запал подожжен, до момента взрыва остается шестьдесят секунд — считать медленно».

Он взглянул на Хантера, и Хантер просто сказал:

— Правильно, — Лансер снова вернулся к инструкции и наскоро пробежал ее до конца. — «Мосты: полностью не разрушает, расшатывает фермы». Дальше: «телеграфные столбы… дренажные трубы, грузовики», — он положил синюю обертку на стол. — Ну-с, вот.

Лофт злобно сказал:

— Надо что-то предпринять. Должны же быть какие-то способы борьбы с этим. Что говорят в генеральном штабе?

Лансер выпятил губы и тронул пальцем одну из трубок на столе.

— Я мог бы сказать вам, что они говорят, заранее, до беседы с ними. Распоряжения таковы: «Установить подрывные ловушки и отравить шоколад». — Он помолчал и заговорил снова: — Хантер, я неплохой солдат и человек верный, но иной раз, когда мне приходится выслушивать блестящие идеи нашего генерального штаба, я предпочел бы превратиться в штафирку — в старую, колченогую штафирку. Они воображают, что имеют дело с идиотами. Только не подумайте, что это моя оценка их умственных способностей.

Хантер с интересом посмотрел на него:

— Нет?

Лансер отрезал:

— Нет. Но что же получится? Кто-нибудь из взрослых подберет одну такую штучку, нарвется на нашу ловушку и взлетит на воздух. Кто-нибудь из ребятишек съест шоколад и отравится стрихнином. А дальше? — он посмотрел на свои руки.

— Они будут тыкать их шестами или накидывать арканы, прежде чем дотронуться. Шоколад будут пробовать на кошках. Да помилуй бог, майор, это же разумные люди! Второй раз на наши дурацкие ловушки они не нарвутся.

Лофт откашлялся.

— Сэр, это пораженческие разговоры, — сказал он. — Надо действовать. Почему вы думаете, сэр, что это сброшено только здесь?

И Лансер сказал:

— Вот почему: одно из двух — или этот город выбран наудачу, или же между этим городом и внешним миром существует какая-то связь. Мы же знаем, что нескольким удалось бежать отсюда.

Лофт тупо повторил:

— Надо действовать, сэр.

Лансер круто повернулся к нему.

— Лофт, я думаю, что вас можно рекомендовать на работу в генеральный штаб. Вы хотите сразу приняться за дело, не разобравшись заранее, в чем, собственно, состоит ваша задача. Завоевательная политика изменила свой характер. Раньше можно было разоружить людей и держать их в полном неведении. Теперь они слушают радио, и мы не в состоянии помешать им в этом. Мы даже не в состоянии найти их радиоприемники.

В дверь заглянул солдат.

— Вас желает видеть мистер Корелл, сэр.

Лансер ответил:

— Пусть подождет, — он продолжал, обращаясь к Лофту:

— Они читают листовки; им сбрасывают оружие с неба. Сейчас это динамит, капитан. А скоро за ним могут последовать гранаты, а потом яд.

Лофт испуганно сказал:

— Яд еще не сбрасывали, сэр.

— Не сбрасывали, так сбросят. Вы представляете себе, как это отразится на моральном состоянии солдат и даже на вашем моральном состоянии, если в руках у здешних людей появятся этакие маленькие игрушечные стрелы — вы знаете, о чем я говорю? — маленькие стрелы, которые пускают в мишень — острие смазано, ну, скажем дианидом… бесшумные смертельные стрелы — в полете вы их даже не услышите, а они прорвут вам тужурку и… А что если наши солдаты узнают, что есть и мышьяк? Смогут они, сможете вы сами спокойно есть и пить?

Хантер сухо сказал:

— Вы, кажется, разрабатываете за противника всю его кампанию, полковник?

— Нет, я только стараюсь предугадать ее.

Лофт сказал:

— Сэр, мы сидим здесь и разговариваем, вместо того чтобы искать динамит. Если в городе есть какая-то организация, надо ее раскрыть, надо разделаться с ней.

— Да, — сказал Лансер, — с ней надо разделаться и, по-видимому, самым жестоким образом. Примите на себя командование отрядом, Лофт. Прекл возглавит второй отряд. Как жаль, что у нас так мало офицеров. Убийство Тондера отнюдь не облегчило положения. Не мог он оставить женщин в покое.

Лофт сказал:

— Мне не нравится поведение лейтенанта Прекла, сэр.

— А что он такое сделал?

— Он ничего не сделал, но нервничает и очень мрачно настроен.

— Да, — сказал Лансер. — Понимаю. Об этом самом я и говорил. Знаете, — сказал он, — если б я говорил об этом поменьше, быть бы мне сейчас генерал-майором. Мы подготавливали нашу молодежь к победам, и следует признать, что в качестве победителя она просто великолепна. Но как действовать при поражении, это представляется ей весьма смутно. Мы убеждали нашу молодежь, что она самая умная, самая отважная во всем мире. А теперь, когда выяснилось, что она ничуть не умнее и ничуть не отважнее молодежи других стран, ей пришлось испытать неприятное потрясение.