Невеста для Белой Короны или как не влюбиться и не умереть во Дворе
Шрифт:
Он спешивается быстро, но без суеты. Движения точные, выверенные, будто каждое отрепетировано жизнью, а не пламенными порывами. Подходит ближе, опускается рядом со мной на колено, и я впервые вижу его лицо так близко — без шлема, без дистанции, без трибун и зрителей.
Сосредоточенное.
Спокойное.
Немного встревоженное.
— Вы ранены? — спрашивает принц тихо, будто боится спугнуть меня своим голосом.
— Упала с коня, — пытаюсь пошутить, но выходит жалкое подобие юмора. — Не повторяйте… выполнено профессионалами.
Уголок его губ едва заметно дёргается. Он осторожно осматривает меня, не касаясь лишний раз, словно любое неверное движение может причинить новую боль.
— Спина?
— Похоже… да.
Принц кивает, будто и так знал ответ.
— Как вы меня нашли? — спрашиваю я, когда он поднимается, а затем без лишних слов наклоняется и подхватывает меня на руки, будто даже не рассматривая вариант, что я могу встать сама.
— Ваша служанка, Лианна, — отвечает просто. — Я пришёл навестить вас. Узнал, что вы поехали на прогулку и не вернулись.
Моргаю.
— Вы… пришли ко мне?
Принц перехватывает крепче, прижимает к груди и, не говоря ни слова, быстрыми шагами направляется к коню, тяжело ступая по земле, будто спешит унести меня подальше от этого места.
— Да.
Это короткое «да» почему-то бьёт сильнее любых красивых слов и клятв.
Сайр помогает мне сесть на коня. Делает это бережно, осторожно, почти неловко, будто не привык держать в руках что-то хрупкое. Я оказываюсь в седле, держусь за луку, и смотрю на него сверху вниз.
Он красив.
Спокойной, тихой, неброской красотой. Без огня, без вспышек, без внутреннего взрыва. Вода, а не пламя. Надёжная, глубокая, холодная.
Сайр берёт коня под уздцы и ведёт его шагом по тропе обратно ко дворцу.
Мы говорим мало — но тишина между нами не неловкая, а живая, наполненная.
— Вам удобно? — спрашивает принц через несколько шагов, не оборачиваясь, но по тому, как чуть замедляется ход коня, понимаю: весь его слух сейчас настроен на меня.
— Терпимо, — отвечаю и, подумав, добавляю честно: — С вами… даже легче.
Он усмехается едва заметно.
— Это хорошо.
— Вы всегда так спокойны? — спрашиваю, разглядывая его профиль. Линия скулы, ровное дыхание, ни тени суеты.
— Нет, — после паузы отвечает мужчина. — Просто привык держать всё внутри.
— Удобная привычка.
— Иногда.
Тихо смеюсь — коротко, осторожно, чтобы не отозвалось болью в спине.
— Лес сегодня странный, — говорю, чтобы заполнить паузу. — Слишком тихий.
— Перед дождями всегда так, — отвечает он. — Мир замирает. Будто собирается с силами.
— Хотела бы я уметь так же.
Принц бросает на меня быстрый взгляд — внимательный, тёплый.
— У вас получится.
— С чего вы взяли?
— Потому что вы упрямы, — произносит он спокойно, будто констатирует факт. — А упрямство часто сильнее таланта.
Я фыркаю.
— Вот уж комплимент.
— Самый честный.
Мы снова замолкаем. Конь мерно ступает, поводья в его руках лежат уверенно, надёжно. И мне рядом с этим принцем действительно спокойно.
Безопасно.
Так, как и должно быть рядом с человеком, которому можно доверять.
Вот он — принц, который мне нужен. Надёжный. Уравновешенный.
Я должна радоваться.
И я почти радуюсь.
Но где-то глубоко внутри всё равно ноет, тянет и скребёт, как заноза под кожей.
Потому что, как бы я ни старалась этого не признавать, в тот момент, когда я лежала на холодной земле и слышала приближающийся топот…
Я ждала не его.
***
У Белого дворца творится суета, достойная конца света.
Люди столпились у входа, слуги носятся, как ошпаренные, стража делает вид, что контролирует происходящее, хотя на самом деле просто красиво стоит. И вот среди этого великолепного хаоса я замечаю Лианну.
Заплаканную. Напуганную.
Ох, бедненькая… как же она испугалась. Судя по лицу — уже мысленно похоронила меня, заказала траурные ленты и подбирала эпитафию с ноткой укоризны: «Сама виновата, но мы её любили».
Принц Сайр вводит меня во внутренний двор, а точнее — я всё ещё сижу на его коне.
И тут я замечаю своего белого.
Стоит целёхонький. Предатель.
Вот же ты гад, мог бы и меня вернуть во дворец, а не устраивать сольный побег. Мы, между прочим, были командой.
Лианна всхлипывает, увидев меня живой. Взмахивает руками, будто я воскресла исключительно из вредности.
В центре двора стоит Альдерик. Прямой, холодный, окружённый стражей так, будто мир без него рухнет в ближайшие пять минут. И вот…
Я замечаю Элиара.
Пылающие глаза. Резкие движения. Взгляд, который прожигает пространство.
И внутри что-то тихо рвётся.
Не красиво. А с таким мерзким, сухим треском, будто ломают что-то хрупкое, но очень нужное. Настолько громко, что мне даже неловко за себя.
И он не ждёт разрешения. Нарушает все правила, написанные, ненаписанные и священные, и идёт ко мне.
Нет.
Не идёт.
Он почти бежит, пересекая дворцовую площадь, не обращая внимания ни на стражу, ни на голоса, ни на приличия.
Сайр замечает это. И без суеты подходит ко мне и протягивает руки.
— Я поймаю, — говорит принц ровно.
И я ни на миг не сомневаюсь.
Перекидываю ногу через шею коня, разворачиваюсь и соскальзываю прямо в объятия принца.
Он ловит меня мягко. Уверенно. Стою в его объятиях и понимаю: младший принц держит меня аккуратно, будто боится причинить боль даже мыслью.
А Элиар тем временем всё ближе.
— Эллария, ты в порядке?
Медленно поворачиваюсь к нему, словно двигаюсь сквозь густую воду.
В груди что-то резко сжимается — так, что на секунду перехватывает дыхание и хочется закричать вслух, без слов, просто выплеснуть эту боль.