Чтение онлайн

Когда до выхода остался буквально один шаг, раздался громкий мужской голос:

— Мать, кто там пожаловал?

Зухра вздрогнула и закрыла собой Сати.

— Это соседская дочка, Магомет, за солью пришла, уже уходит, — торопливо заговорила Зухра.

— У нас радость в доме, а ты гостей к столу не зовешь? — воскликнул мужчина, спрыгнув с крыльца и направляясь к ним.

— Да ей бежать надо, мать на минутку выпустила, — закрывая спиной девушку, Зухра выталкивала Сати за порог, но та как назло запуталась в своей одежде и наступила на подол.

— Мать! Отойди.

Это было произнесено тоном хозяина, не привыкшего к неповиновению, низким, повелевающим, бескомпромиссным. И Зухра отступила.

Выражение радушия исчезло моментально, уступив место сначала удивлению, а за ним гневу. Черты лица молодого мужчины и ранее не отличавшегося красотой, сейчас еще более исказились злостью.

— Ты пустила ее в дом?! Ее?! В такой радостный день?!

Сати выскочила за калитку, и припустила к лошади, в поисках травы ушедшей чуть дальше того места, где она ее оставила. Сзади кричал Магомет, практически сразу к его голосу присоединились другие. Единственное, что она разобрала, пока взбиралась на Барину, прижимая к себе хлеб, и, пришпорив лошадь, поскакала обратно, были слова: «За ней!».

Большой черный внедорожник остановился недалеко от поляны и затих. Открыв водительскую дверь,? я вылез из салона, огляделся вокруг и в очередной раз убедился, что поляна пуста. «Пассажирка» просто материализовалась рядом, издалека ее было не отличить от настоящего человека.

— Симпатично. Экологично. Экзотично, — прокомментировала пейзаж Гайя.

— Ты видишь ее? — мне, напротив, было совсем не до красот природы.

— Жилое строение с единицей по шкале комфортности вижу, животное в количестве одного экземпляра вижу, девушку не вижу, — спокойно сказала Гайя.

— Где это непарнокопытное? — если лошадь здесь, значит Сати неподалеку.

— Лис обыкновенный не относится к классу непарнокопытных.

Только сейчас я рассмотрел знакомого лисенка, жмущегося к дереву, то ли от холода, то ли от страха. Почему он постоянно трется возле человека? Насколько я знаю, дикое животное сильно инстинктами и они точно будут гнать его в лес, ну уж никак не к человеческому жилищу. Если только его мать не убили. Я вытащил припасенное вяленое мясо и поманил детеныша. Лисенок нюхал воздух, доносивший до него ароматный запах, но ко мне не шел, боялся.

Пискнул телефон, на секунду поймавший сигнал и уловивший входящий звонок от начальства, которое просто так лично не звонило. Связь была откровенно хреновой, и все мои попытки ответить не увенчались успехом.

— Я поднимусь на холм, — сообщил Гайе. — Сейчас вернусь.

Девчонка ничего не ответила, прохаживаясь по поляне и внимательно все разглядывая. Я сунул телефон в карман и полез по крутому склону наверх.

Варвара бросила сумку у входа, скинула сапоги, прошла на кухню и поставила пакеты на стол.

— Кофе будешь? — крикнула мужу.

— Нет, я сейчас занят, — раздалось из кабинета.

Ну, раз кабинет, значит, точно занят, и беспокоить не стоит. Зашумела кофеварка, заваривая капучино, запыхтел носик с молоком и спустя тридцать секунд по кухне поплыл тягучий аромат. Варвара подхватила чашку обеими руками, согревая замерзшие пальцы и вдыхая влажное тепло, поднимающееся от белой пены. Она окинула взглядом пакеты с продуктами, из которых вечером собиралась приготовить ужин — кролика, тушеного в сливках и белом вине с гарниром из пропаренной спаржи. Для ее рук это практически кулинарный подвиг и чувство ответственности за результат мешало наслаждаться процессом приготовления еды. Уверенность приходит с опытом, твердила ей экономка, но хочется ведь все и сразу, не так ли? Русское авось в облегченном варианте.

На стол прыгнул Федька, с важным видом заглянул в пакеты, заинтересовался упаковкой с кроликом, получил по загривку за попытку вскрыть ее когтем и обиженно удалился в гараж. Была у него дурацкая привычка высиживать свою обиду на капоте Гайи, но симбионт почему-то воспринимал это совершенно спокойно.

Варвара накинула домашнюю обувь и прямо с чашкой последовала за котом в гараж. Но когда она вошла внутрь, ни Федьки, ни машины там не оказалось. Это было что-то новенькое. Варвара вернулась в дом, постучалась и толкнула дверь в кабинет. Антон был окружен бумагами, экранами — на одном из которых текущие показатели компании на рынке, на втором постоянно обновляющаяся сводка из ведомства, на третьем их давняя фотография возле фитнес-центра — и другой разнообразной техникой.

— Кофе не нужно, — медленно протянул Громов, вчитываясь в биржевые сводки.

— Антош, где Гайя? — спросила Варвара, присев на единственный свободный кусочек стола.

— Спроси у Лидии Михайловны, — щелк мышкой.

— Ты же знаешь, она ее боится, — пальчики человечком прошагали по договору аренды производственной площади в Свердловской области и прыгнули на коврик в виде кляксы.

— В гараже искала? — пальчики были подхвачены, поцелованы, но глаза продолжали следить за кривой стоимости акций.

— Искала, — пальчик коснулся зубов.

— Каковы успехи? — кусь и тихий ах.

— Нулевые Антош, — Варвара притворно-недовольно подула на палец.

Громов оторвался от экрана, нажал на кнопку громкой связи.

— Игорь, где машина?

— Самостоятельно покинула гараж вчера вечером в 19:27, - отозвался неизменный помощник.

— Что значит самостоятельно? — Громов сдвинул брови.

— Активировала открытие ворот и уехала.

— И ее никто не остановил? — вклинилась с вопросом Варвара.

— У нас нет на это полномочий, Варвара Ярополковна.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем больших антикварных часов.

Никогда раньше ей не было страшно так, как сейчас. Это чувство заставляло гнать уставшую голодную лошадь, покрикивая на нее и беспрестанно оборачиваться в надежде не увидеть ничего. Но сегодня боги были жестоки и в отдалении зверем ревела машина, быстро сокращающая расстояние между ними. Сати резко свернула лошадь с дороги, заставив животное пронестись между кустами, царапающими бока Барины. Это она сейчас, пока галопом несется по приказу хозяйки, ничего не чувствует, но потом… Сати не хотела думать о том, что будет потом, важно было лишь «сейчас».

Маневр позволил выиграть пять минут, когда ей казалось, что они оторвались, но механический звук мотора, вскоре раздавшийся позади сжег последнюю надежду. Прогремевшие выстрелы — пока еще в воздух — испугали лошадь, вставшую на дыбы, и Сати от неожиданности упустила поводья. Больно ударившись о землю спиной, она тем не менее, перекатилась на бок и встала. Барина, выросшая в тиши гор и не привыкшая к шуму, ускакала, оставив девушку на дороге одну. Подхватив полы своего платья, Сати побежала. До поляны, где сама природа хранит в воздухе ее слова и где морок навести гораздо легче, чем здесь, осталось совсем не много. Взмолившись богам, предавшим ее сегодня, она устремилась вперед, но, не добежав нескольких метров, резко остановилась. Рядом с ее домом стоял большой черный автомобиль, такой, какие иногда появлялись в аулах и к которым Сати так боялась подходить. Сердце и до этого бившееся подобно заячьему, сейчас зашлось в сумасшедшем ритме. Неужели все? Неужели пришел ее срок?