Чтение онлайн

Но шагов через десять догнал и плёлся рядом до самой опушки, точно тень.

Сбрасывая мокрое платье, бельё и чулки, я улыбалась. Несмотря на то, что сегодня я побывала на пороге смерти и нахлебалась стоячей воды, внутри загорелась искорка отчаянной надежды. Я начинала верить, что не безнадёжна. Не бесполезна вопреки жестоким словам дяди Джеймса.

Я не просто так вошла в Лес. Не случайно встретилась и подружилась с Волчком, а потом оказалась в «Лавке тётушки Лаванды». Вдруг это значит, что именно мне суждено спасти Сердце Леса?

Руки дрожали, когда я натягивала чистое сухое бельё. Рубашка не слушалась, волосы разметались по спине, не желая собираться в косу.

– Деточка, я тебе горячего чая принесла, - в комнату заглянула миссис Бёркинс с подносом. Над большой глиняной чашкой вился ароматный дымок.

Я выудила из дядиного кошелька несколько монет и с чувством глубокой признательности положила в карман разрумянившейся женщины.

– Спасибо вам за доброту, я знаю, нам часто нечем было вас отблагодарить…

Она отнекивалась, но я велела купить что-нибудь для внуков, раз именно ей эти деньги не нужны.

– Ах, дорогая, ещё мои бабка с дедом служили здесь. От вашей семьи мы видели только хорошее. Я была разбита, когда этот дом опустел на долгие годы, но теперь я счастлива, что под этой крышей снова появилась молодая хозяйка.

Миссис Бёркинс хлюпнула носом и с чувством обняла меня, похлопав по спине. А я выпила обжигающий чай и нырнула под одеяло. Метнула настороженный взгляд на забитое окно.

Надеюсь, сегодня ворона не посмеет вломиться, в противном случае останется без перьев. Я сегодня настроена решительно.

Но ворона не пожаловала. Всю ночь я спала, как убитая, и снилось мне, будто иду я по длинному-длинному коридору. Я уже была в этом месте, видела развешанные на стенах картины – глаза их следили за каждым моим шагом. Взгляды давно умерших, но увековеченных рукою мастера людей, вызывали толпы мурашек и заставляли волоски на руках вставать дыбом.

Свет лился сквозь витражные окна, солнечные зайчики прыгали по стенам, но, несмотря на приторную красоту и позолоту, меня не покидало тревожное чувство. Совсем как в замороженном лесу из прошлого сновидения.

Набравшись смелости, - в конце концов, это всего лишь сон, - я стала подходить к старинным полотнам и читать надписи под ними. Кое-где буквы истерлись, а краски съело время. Но, чем дальше я продвигалась, тем чётче становились надписи.

Это были имена королей и королев древности, членов династии Сан-Ульф. Они правили нашей страной уже больше тысячи лет. Говорят, сами небеса благословили её основателя, Эрика Доброхода, на царствование.

Я протянула руку и коснулась пальцами пыльного холста. На меня, как на докучливую мошку, взирала черноволосая женщина с птичьими чертами.

«Брунгильда Сан-Ульф».

Она была по-своему красива, но холодна. И жила эта королева пятьсот лет назад.

– Глупая Рози…

Я отдёрнула руку. Губы Брунгильды шевелились, а по поверхности холста пошла рябь.

– Глупая малышшка… беги! Спасайся!

Ноги помчали меня прочь по коридору. Мимо неслась вереница незнакомых лиц: они кривлялись, дразнились, скалились и шипели вслед проклятья. Вот-вот выскочат из рам и кинутся, как стая ворон.

Мамочки, как же страшно! Я больше всего на свете сейчас желала проснуться, но с каждым мигом всё сильней увязала в сновидении. Коридор сужался и, чем дальше я забегала, тем темней становилось в нём. Окна пропали, и свет источали только факелы в железных держателях. В углах колыхались никем не убранные лоскуты паутины.

Я остановилась, прижавшись к стене. Дыхание с шумом срывалось с губ, во рту пересохло, а виски и лоб покрылись испариной. Спустя невероятно долгие мгновения, наполненные лишь стуком моего сердца, я смогла оглядеться.

Впереди, стоит сделать лишь шаг, виднелась последняя картина. Золотая рама потускнела, но холст был ярким, будто художник писал его вчера. Не мигая, на меня смотрел молодой мужчина, почти юноша, с умными, но печальными глазами. Рот был сжат в напряжённую линию, а рука покоилась на рукояти меча. Такими сейчас не пользуются, если только на парадах и торжествах.

«Эрик. Последний из династии Сан-Ульф. Некоронованный Принц».

Прочитала я и похолодела. Так вон он какой, этот пропавший принц, про которого последние два года только и говорят. Совсем молодой. Красивый. Жив ли он ещё? Ведь, если не вернётся к Новогодью, королём станет Лорд Регент. А его народ не слишком жалует.

Не удержавшись, я протянула к Эрику руку – показалось, что губы дрогнули в попытке улыбнуться.

А потом я проснулась.

Утром я не смогла встать с постели.

Лютая простуда накрепко вцепилась в меня и рвала когтями горло, мучила жаром и ознобом. Я здорово замёрзла после купания в озере, а стылый осенний ветер и дорога под дождём внесли свою лепту. Несколько дней пролетели незаметно, пока в полудрёме я куталась в одеяло, тряслась от влажного кашля и чихала так, что казалось – сейчас с нашего старого дома сорвёт крышу.

Бедная бабуля места не находила от беспокойства, причитая и пытаясь хоть чем-то помочь, но я со всей суровостью, на которую только была способна, выпроводила её из своей комнаты. Болезнь, с которой молодое тело справилось бы без труда и потерь, могла стать для бабули тяжёлым испытанием. Я этого не хотела.

Приходил доктор – степенный, аккуратный, отрешённый. Послушал меня деревянной трубочкой, осмотрел горло, выписал микстуру и порошок, велев соблюдать постельный режим. Постельный, так постельный. Всё равно я чувствовала себя настолько отвратительно, что походила больше на привидение, чем на человека.

Обидно было чувствовать себя немощной и ни на что не годной, тем более, я полностью признавала свою вину. Глупая, самонадеянная, неосторожная девчонка!

Зато было время подумать над своей жизнью и всем, что происходило в последнее время. Утирая зудящий нос платком, я размышляла о чудесах таинственного леса, о вороне, что едва не заклевала меня, и, конечно о снах.

Не просто так они начали являться ко мне с завидным постоянством. Передо мной мельтешили разрозненные куски мозаики, которые требовалось собрать воедино. Я как будто тянула к ним руки, но они ускользали и таяли в темноте.

Тропинка в заснеженном лесу. Болезненно искривлённые деревья. Вороньё, что таращилось на меня во все глаза. Картинная галерея с ожившими портретами. Принц Эрик… Тот самый пропавший принц, которого уже два года не могут разыскать.

Он исчез после смерти старого короля, незадолго до собственной коронации. Тела и никаких следов не нашли, а значит, он вроде бы жив, а вроде бы и нет. Всё это время страной управляют Лорд Регент и Высочайший совет, но недавно последний вынес требование признать, наконец, принца Эрика погибшим, и выбрать нового короля.