Чтение онлайн

И что-то мне подсказывало, что она имеет в виду не само нахождение за столом, а нечто большее. Но меня это ни капельки не радовало – нутром я чувствовала какой-то подвох. Зачем Глоуду, этому богачу, может понадобиться простушка без наследства, пусть даже аристократка? У меня за душой нет ничего кроме старого дома. Сколько нас таких, не переживших новую эпоху.

Взгляд упал за окно – сумерки окутали Торнвуд плотным коконом, и теперь фонари казались одинокими маяками, затерянными среди бесконечного моря. До ужаса хотелось закрыть глаза и очнуться где-нибудь подальше от громких разговоров и взрывов хохота, визгливой музыки и картин, от которых щёки начинали предательски алеть. Некоторые женщины беззастенчиво усаживались на колени своим спутникам, за столиком напротив юный повеса что-то шептал на ушко морщинистой напудренной даме, а та томно улыбалась и хихикала. Кто-то громко кричал, что его обыграли в карты нечестно, и требовал вернуть деньги. Господин в камзоле, облитом вином, приставал к бутафорским доспехам у стены. Кажется, те ответили ему что-то обидное, потому что мужчина размахнулся и хотел заехать кулаком по шлему, но промахнулся и растянулся на полу.

Напитки лились рекой, сыпались монеты и карты, гости становились всё смелей и раскрепощённей. Неужели это – высшее общество?

– Что ты сидишь, как птица на жёрдочке? Расслабься, - Люсинда подвинула ко мне бокал с вином, а я метнула опасливый взгляд на Торна, увлечённого беседой с дядюшкой. Хоть перестал смотреть на меня, и на том спасибо.

– Я не хочу, - ответила резко, но Люсинда не унималась.

– Что ты о себе возомнила, дурочка? Используй свой шанс с умом, иначе никогда не выберешься из грязи и нищеты, - горячее дыхание и пары алкоголя обожгли ухо. – Я ведь была такой же, как ты…

– Замолчите! – я отшатнулась, задела рукой вилку – та со звоном упала на пол.

– Что случилось, Розалин? Вас что-то не устраивает? – с беспокойством поинтересовался Торн. – Вы так бледны.

– Нет-нет, уверяю, всё хорошо, - ответила скороговоркой и вцепилась в салфетку. – Просто здесь так шумно…

Не знаю, что я ещё могла наговорить, если бы положение не спас человек в зелёном мундире охранника. Он отвлёк Глоуда, наклонившись над ним и заговорив так, что слышать его мог только хозяин.

Торн раздражённо поджал губы, потом встал и собрался за охранником на выход.

– Эти упрямцы настаивают, что под окнами мечется то ли неуловимое чудовище, то ли волк, то ли блохастая собака, - он иронично усмехнулся. – Я скоро вернусь, а вы, дорогие гости, чувствуйте себя как дома.

Последняя фраза была адресована мне, но я почти не слушала. Сердце скакало неровно, часто, а платье сдавило грудь. Казалось, если сейчас встану – непременно упаду!

Волк. Снова волк… Неужели совпадение?

Слишком много в последнее время странных совпадений и пугающих событий. А что, если это и впрямь мой друг? Что, если его поймают?!

Я резко поднялась, благо, дядя и Люсинда на меня не смотрели, так увлеклись болтовней с другими гостями. Стараясь превратиться в незаметную тень, я вдоль стенки направилась к дверям.

Мне удалось выскользнуть за дверь незамеченной. Озираясь по сторонам, как какой-то воришка, я полетела по коридору, потом по лестнице вниз. Благо память у меня была хорошей – найду выход, не запутаюсь.

Сердце стучало в горле, билось беспокойной птичкой. Я сама не знала, что буду делать, что предприму, у меня не было никакого плана. Но сидеть, сложа руки, пока мой, - а я была в этом почти уверена, - Волчок в опасности? Нет уж, увольте. Я, конечно, трусиха, но не настолько.

– Мисс, на улице может быть опасно… - попытался остановить меня дворецкий, но я ответила, что хочу подышать воздухом, и меня ничто не остановит. Потом накинула на плечи плащик тёмной стороной наружу – чтобы не бросаться в глаза, и нырнула в осеннюю прохладу.

Сад был пустынен. По крайней мере, так казалось на первый взгляд. Где-то в отдалении слышались голоса, но я направилась в противоположную сторону – в самую неосвящённую его часть. Ветер забрался под капюшон, срывая его с головы, запарусил нарядную юбку, но и лишь плотнее запахнула полы плаща. Мраморные фигуры сатиров и нимф усмехались, когда я проходила мимо. Они сплетались в страстных объятьях по двое, трое и даже пятеро, притягивая против воли мой неискушённый взгляд. Пару раз даже показалось, что каменные головы поворачивались мне в след, а в глазницах зажигался потусторонний огонёк.

Я зябко поёжилась. Что за странное место? Впрочем, каков хозяин, таков и дом. Приличный человек не будет украшать сад столь бесстыдными скульптурами. 

Звук ружейного выстрела заставил подскочить на месте. Колени подогнулись, и я ухватилась за постамент с изогнувшейся в немыслимой позе девой.

Повисла глухая тишина, какая обычно бывает перед грозой.

Нет-нет, даже думать не буду… Они не могли подстрелить моего Волчка! Он не такой глупый, чтобы даться в лапы этим людям. Но тогда где он? Неужели меня не чует?

От следующего залпа я вскрикнула и зажала рот ладонью. Надо было что-то делать, куда-то идти, но ноги приморозило к месту. Ветер утих, но мне было холодно – аж зубы застучали.

Не знаю, сколько времени провела вот так, с бешено колотящимся сердцем, если бы за спиной не послышался тихий скулёж. Я обернулась и встретилась взглядом с мохнатым зверем, что стоял в каких-то пяти шагах.

– Волчок, это ты? – шепнула одними губами и бросилась к нему, обняла серую шею.

Он ткнулся мокрым носом в плечо и плюхнулся тяжёлым задом на куст розовых хризантем. Заурчал довольно, будто говорил – ну вот, наконец-то я тебя нашёл.

– Ты что здесь делаешь? – спросила сурово, когда радость встречи схлынула. – Ты бежал за каретой? Зачем? Это ведь опасно, тебя могут убить!

Но в ответ тот лишь фыркнул презрительно, мол, ничего эти людишки мне не сделают.

Я покачала головой:

– Глупый, я бы сама пришла в лес. А сейчас тебе надо бежать. Я не хочу, чтобы тебя подстрелили.

 Волк лишь втянул носом запах моих волос и довольно фыркнул.

– Что, съесть собираешься? – усмехнулась и вдруг вспомнила кое-что важное. То, что не давало покоя почти неделю. 

Я сжала огромную морду ладонями и заглянула в глаза. В этот момент послышался гомон – кто-то приближался.

– Волчок, та перчатка принадлежит, часом, не принцу Эрику? Это ты его слопал?

Он вырвался из плена моих рук и, затрусив головой, шагнул назад. Мне показалось, что на морде отчётливо проступили боль, грусть, отчаянье...

– Прости, я не хотела тебя обидеть... – протянула руку, чтобы погладить, но тот отшатнулся, а потом забегал вокруг меня кругами. – Стой, прекрати, что ты делаешь? – я зашипела, пытаясь схватить за шею и косясь на дорожку - сюда шли с факелами!