Чтение онлайн

Я успела подумать, что сюда явно требовался экзорцист с кулинарным образованием, как из-за котла донёсся хрипловатый голос:

— Ну что, смертная, готова познать тайны взвара?

Я чуть не подпрыгнула. Из-за котла вышло нечто, напоминающее помесь ёжика и дедушки, которого прервали во время обеда.

— Я Петрушка, домовой этого замка. Главный хранитель порядка и... иногда совести.

— Мира, — сказала я. — Потеряшка с факультета фольклористики.

Он осмотрел меня сверху донизу.

— Ну хоть не в спортивках. Уже хорошо.

— Спасибо. А теперь — что тут вообще происходит?

— Урок выживания. Если не научишься варить взвар — магия тебя не признает.

Я скептически взглянула на котёл. Он гудел и подозрительно шевелился, будто в нём кто-то жил.

— Варить взвар, значит? Я, между прочим, умею варить кофе.

— Кофе? — Петрушка нахмурился. — Это что, ослабленная версия ведьминского зелья?

— Ну… если пить натощак, то да.

Домовой фыркнул.

— Ладно, посмотрим, из чего ты сделана. Подходи.

Он кинул в котёл пучок чего-то зелёного, отчего запахло… травой. Только не той, что в аптеке, а той, за которую в деревнях выгоняют из избы.

— Крапива, — пояснил он. — Для бодрости духа.

— Бодрость я уже чувствую, — буркнула я, — особенно когда она прыгает мне в лицо.

Следом полетела ложка серой золы. Котёл недовольно буркнул.

— Это для устойчивости заклятия. Теперь ты.

— Я?

— Щепоть пепла бессмертных. Банка с подписью «НЕ ТРОГАТЬ».

— Если там так и написано, может, не будем?..

— Будем. И быстро.

Я потянулась к полке. Банка сама отъехала ближе, как будто решила помочь. Я потянулась сильнее. Банка издала звук «пф!» и взорвалась.

Фиолетовое облако заполнило кухню так быстро, что я даже не успела придумать, что в этот раз уроню. Пол жалобно заскрипел, ложки дружно забились в угол, а из котла раздался тонкий, истеричный свист.

— Прекрасно, — кашлянула я. — То ли алхимия, то ли попытка убийства кухни.

Пары завихрились, будто танцевали. Из них вылетел светящийся клубок — не существо, не дух. Просто плотная магия. Чистая энергия, похожая на миниатюрный кометный хвост. Он завис над котлом, покрутился и погас, как будто сказал: «Ну и всё, я пошёл».

Я застыла.

— Петрушка, — хрипло позвала я. — Я что сейчас сотворил?

Домовой согнулся пополам от смеха.

— Поздравляю. Ты создала отклик.

— Создала что?

— Магическую вспышку. Свою.

Он вытер глаза.

— А вообще-то взвар так реагирует только на магов.

— Но… я не маг! Я человек!

— Тогда объясни, — он кивнул на котёл, — почему воздух тебя слушается.

Я посмотрела на мерцающие остатки фиолетового пара. И внутри что-то дрогнуло — странное, знакомое… как будто это всегда было во мне, просто спало.

— Я… не знаю, — прошептала я. — Может, у меня аллергия на здравый смысл?

Домовой присвистнул.

— Никому ни слова. Поняла? Ни Кощею, ни Яге. Особенно Кощею.

— А что будет, если он узнает?

— Ты станешь невестой не по обмену. Ты станешь трофеем.

— Великолепно, — выдохнула я. — Всю жизнь мечтала быть объектом коллекционирования.

Он хмыкнул.

— Ведьмы, которые шутят, живут дольше.

— Ну значит, я бессмертная, — ухмыльнулась я. — Я шучу по расписанию.

Когда я проснулась, первое, что услышала, оглушительный грохот. Когда открыла глаза поняла, что этот грохот вошёл в мою комнату. Дверь распахнулась так, будто её открыл не человек, а генеральный апокалипсис. И в дверях стояла Баба Яга. С корзиной. Которую она держала так, будто в ней хранилась судьба мира. Или швейная машина демонического происхождения.

Из корзины свисали: куски мерцающей ткани, блестящие пуговицы, и, кажется, чья-то рука манекена. Композиция выглядела так, будто «Золушка» встретилась с «Сайлент Хиллом».

— Подъём, невеста! — заявила она бодро.

— Я невеста только по обмену, а не по вдохновению… — простонала я, ныряя обратно под одеяло.

— Без разницы. Сегодня праздник равноденствия.

— И?..

— И ты идёшь туда.

Я осторожно выглянула.

— Может… без меня? Я пока не адаптировалась к… зубастым видам местной фауны.

— Нельзя. У Кощея должна быть спутница.

— Может, взять спутницу попроще?

— Попроще уже сбежала, — отрезала ведьма. — Теперь очередь сложной.

Я села.

— Яга, я не умею блистать. Максимум — случайно загореться.

Но ведьма уже вытаскивала платье. Оно было длинным, серебристым, текучим, как лунная дорожка. И… шевелилось.

— Оно живое? — спросила я тихо.

— Нет, — улыбнулась ведьма. — Оно просто знает своё место. А твоё — в нём.

Платье поднялось само, обвилось вокруг меня, и через секунду я стояла в сиянии, будто меня одела лично Луна.

Я посмотрела в зеркало и вздрогнула. Это… была не я. Какая-то уверенная, дерзкая, красивая ведьма смотрела на меня с лёгкой усмешкой и блеском в глазах.

— Что вы со мной сделали?! — ахнула я.

— Подкорректировала ауру, — сказала Яга спокойно. — Добавила шарма.

— Можно было просто пудрой…

— Пудра временная. А это эффект «невеста из пророчества».

— Прекрасно… — вздохнула я. — Одна невеста сбежала, другая под гипнозом ткани.

Яга щёлкнула пальцами, в воздухе вспыхнули золотые руны.

— Не груби. Не пей то, что шипит. Не трогай зеркала. Улыбайся.

Она наклонилась ближе.

— Кощей не обсуждается.

— Извините, можно последний пункт поподробнее?

— Нельзя. У нас с ним история.

— А у меня стресс.

Она подправила мою косу.

Если бы неловкость можно было измерять в единицах стыда, то, когда я вошла в зал, прибор бы взорвался.

Музыка стихла, будто кто-то оборвал нить. Сотни глаз — ведьмы, духи, бессмертные, кто-то с крыльями, кто-то без лица, но с отменным чувством моды — повернулись на меня одновременно. И всё замерло.