Чтение онлайн

Дверь распахнулась и, дыша морозом, в комнату тяжелой поступью вошла пожилая женщина. Увидев Анри, она оторопела, а потом начала низко кланяться.

– Что ж ты не предложил стул господину, старый ты черт!

Анри сел, сделав глоток из поставленной перед ним кружки.

– Как вас зовут, добрые люди?

– Мари и Жак Люмпс, - отрапортовала женщина, сжимая узловатыми пальцами прохудившуюся шаль.

– Я ищу господина Кямоми, - Анри постарался придать голосу некое равнодушие.

В глазах Жака мелькнуло удивление.

– Так его давно нет..

– Мы ничего не знаем, господин, и никого не видели, - нарочито громко запричитала старуха, касаясь ладонью сердца и низко кланяясь. Но поздно, Анри поймал предостерегающие взгляды, которые Мари кидала мужа. Жак же явно нервничал. Венчик его седых волос, стал перпендикулярно над лысиной, блестящий от пота.

– Верно, продолжил Анри, госпожа Кямоми давно умерла. Их дочь, Катрин, была забрана в замок господином, - Мари, незаметно дотронулась до груди в области сердца, а Жак начал перебирать прикрепленные к толстому боку четки.
– Но что случилось с господином Кямоми, это загадка для меня.
– закончил Анри.

Люмпс побагровели. Было видно, что осторожность в них борется с желанием посплетничать.

– Он умер?
– как ни в чем не бывало спросил Анри.

– Сбежал, он от этих ведьм, вот что - наконец, не выдержал Жак.

Мари, поджав губы, укоряюще взглянула на мужа.

– Ведьм?
– удивился Анри, - У вас есть сведенья, что они занимались колдовством?

– Ну так младшую сожгли.. хотели сжечь на площади. Господин Арас, - Жак благочестиво положил пухлую пятерню с крупными желтыми ногтями на сердце.
– и госпожа графиня нашли проклятую метку у дочери Жизель. А так, - он пожал плечами.
– Тихие они были. Госпожа Жизель вот помогала спину лечить, пока жива была. Или если хворь какая приходила, весь город толкался на ее пороге. А вот младшей, та, которая ведьмой оказалась, дар не передался. Не могла она лечить. Травы продавала. - Только вот что я вам скажу, господин, - глаза Жака блеснули, - брак этот был ширмой!

Мари заохала и скрылась за тряпкой, что прикрывала дверной проем в другую комнату.

– Почему же ты так думаешь?
– спросил Анри, буравя взглядом собеседника.

– Из благородных была госпожа Жизель. Из благородных! Видел я ее в свите графини, когда она гуляла по стене, еще до нападения эльфов. Жизель косы свои золотые вокруг головы оборачивала и чепчик не носила. Отсюда хорошо видно.

Анри выглядел в окно и правда, за счет того, что домишки высоко поднимались в этой части города, сквозь мутное стекло хорошо просматривалась восточная стена, и можно было рассмотреть, кто идет по галерее.
– Каждый день они гуляли - графиня с черной косой, эта золотоволосая егоза и жрец, похожий на птицу, шел рядом.

– Это уже интересно, - подумал Анри, - матери набирали в свиту только дочерей вассалов, привозили их из дальних крепостей. Значит, Жизель, мать Катрин, была одной из них? Только чьей? К какой ветви рода она принадлежала?

Свеча, зашипев, погасла, погрузив собеседников во тьму.- Жена, тащи свечу!

Из соседней комнаты послышалось ворчание. Мари, скрипя половицами, вернулась, сжимая миску с зажжённым огарком другой свечи.

Анри обдумывал то, что ему сказал Жак. Нападение эльфов двадцать лет назад больно цараплнуло. Анри ведь было тогда не больше семи. В ту ночь ему показалось, что это были какие-то неправильные эльфы. Настолько они отличались от утонченных созданий, которых он видел в книге. Высокие и плечистые, закованные в тяжелую броню, на вороных конях, они сломили оборону города за считаные часы.

У Анри сжались кулаки. Перебили всех мужчин и убили отца! Отец не дал участвовать в той битве мальчишке. Защищай матушку, сказал он тогда.

И он защищал, он бросился в атаку на огромного воина со своим небольшим мечом. Тот играючи отбил нападение, Анри отлетел к стене. Удар был настолько силен, что он начал терять сознание, уплывающим зрением увидел, как воин снял шлем, черная шелковистая коса змеилась по мощной спине. А потом дернул медную ручку обшитой зеленым бархатом двери, дверь качнулась и Анри уплыл в небытие. Очнулся Анри уже, когда Жиль, младший братишка, возил по лицу грязными ручонками, обильно поливая его слезамии, хлюпая носом. Отец бы отодрал уши за такое, если бы был жив. Мать не стала носить траурный чепец.

Старик молчал. Уж очень щекотливое это дело с дочуркой Жизель. Ему искренне было жаль девчонку, от нее он знал только хорошее, и мазь она ему готовила. "Как вы, месье Жак?" - бывало спросит. Всему городу был известен бешеный нрав графини, а про графа Анри говорили, напротив, только хорошее, но Жак старался придерживаться генеральной линии относительно девушки, боясь навлечь на себя недовольство власть предержащих.

– Как же госпожа Кямоми тогда стала жить здесь, если она была знатной дамой?

– Так через год после нападения эльфов явилась. Самой свадьбы я не видел. Но была она уже на сносях. Обвенчал их жрец, и бургомистр там был.
– Жак четырежды прислонил руку к сердцу, затем отвесил поклон, - Роже мне сказал. Мне, говорит, свезло. Согрешил с Жизель вне брака, но в итоге счастье вышло, провели для нас обряд. А у самого лицо такое, словно схоронил кого. Но долго он с ними не прожил, ушел в леса, когда малышке было не больше пяти лет. А все по тому, что не мог смотреть на маленькую ведьму! Чужое отродье растить.

Анри поморщился. По сути, вся эта история строилась на ощущениях и смутных воспоминаниях Жака. Старик, конечно, не выглядел сумасшедшим. Но сам Анри не помнил Жизель, как ни старался. Вообще никаких фрейлин, которые бы не носили головные уборы, тем более с золотыми волосами. Или фрейлин, которых мать ненавидела бы чуть меньше, чем других.

– С чего ты взял, что Жизель и есть та самая девушка графини? Мало ли золотоволосых.

– Ну нет господин, такие волосы я видел потом у ее дочери только, Катрин. Жизель как появилась в доме Роже, тоже поначалу прятала их. Но старуха моя разглядела - Мари обреченно кивнула.
– И жрец.

– Что жрец?

– Приходил он к ним часто. Под плащом прятался. Да только меня не обманешь. Узнал я его.

Катрин На следующее утро я проснулась от.. тишины. Мягкий свет окутывал комнату. Вставать не хотелось, и я долго лежала, рассеянно поглаживая шелковистую поверхность постели. Вчера Жиль поцеловал меня. Это было горячо. Я, как девчонка, потеряла голову от всех этих острых и нежных ощущений. Еще бы немного, и я бы не раздумывая, подарила ему ... чужую невинность. Кровь прилила к щекам. Наверное, все же хорошо, что никакого продолжения не было. Потому что Жиль ушел. Почти убежал. Если бы я не успела заметить его взгляд, то подумала бы, что со мной что-то не то, ну или с Катрин. Но я видела.. безумное желание - вот, что я прочитала в потемневших глазах. Разумом я принимала, но не могла не злиться. Я чувствовала, будто у моей души оторвали половину, и внутри меня осталась только пустота. И меня мучил вопрос Навсегда ли это тело мое? А если не навсегда, то что будет со мной потом? Очарование утра пропало и я резко поднялась. Разыскивая разбросанную одежду, я думала о том, что вообще пора все это прекратить. Все эти качели. Пойду и проясню с ним вот прямо сейчас, мы оба взрослые люди и нас связывают исключительно деловые отношения. "Найдем эльфов и разойдемся в разные стороны" - думала я, сбегая по винтовой ажурной лестнице вниз. Я зашла в кабинет, затем в ванну, поднялась и еще раз обыскала второй этаж. Жиля нигде не было. Проверила даже не замеченный в первый раз подвал, но безуспешно! Да, он как сквозь землю провалился. Нехорошее предчувствие сжало сердце. А, может, Жиль пошел проведать Заката? Торопясь, я надела сапоги и выскочила на звенящий воздух.В конюшне его тоже не было.. Лошади были какие-то вялые. Оглядываясь, я подбежала ближе к черте, что волшебным кругом ограждало дом, и всмотрелась в лес. Волков не было видно. - Треклятый кулон, - внезапная догадка пронзила меня. Я обернулась, но черная гладь озера было недвижима. Я всматривалась в противоположный берег, не видела ничего. Внутри меня тем сильнее росла уверенность, что Жиль отправился на поиски кулона. Кулона Рона с прозрачным камнем. И наверняка вплавь. Может быть, Жиль сейчас на противоположном берегу, я просто не вижу его? Сумел обмануть бдительность волков? Безумная надежда затопила сердце. Или уже плывет обратно. Тогда ему нужно будет срочно согреться. Я посмотрела на дом - пожалуй, надо набрать ему ванну или приготовить теплое питье. Я глянула на лес и замерла. Вплотную к невидимому барьеру стояла высокая черная фигура, возле которой, словно стражи, застыли два волка. Первый порыв - убежать в дом и захлопнуть за собой дверь, запереть ее на сто замков - я подавила усилием воли. Фигуры чужаков не двигались, их головы были повернуты в другую сторону, они вряд ли видели меня. В пределах круга я была в абсолютной безопасности. Им никак не попасть внутрь без меня и волшебного кольца. Я набралась смелости и подошла к чужакам. И правда, моя догадка оказалась верна, незнакомец перевел взгляд по звуку моего шага, а волки заскулили, переминаясь с ноги на ногу. Когда я подошла еще ближе, фигура незнакомца уже не вызывала во мне такой ужас. Это, определенно, был человек. Молодой парень, высокий и плечистый, облаченный в длинный черный плащ. В чертах его довольно приятного лица угадывалось что-то неуловимо звериное - близкопосаженные глаза, треугольник волос, спускающийся на лоб, смуглая кожа. В принципе, если бы не два волка рядом с ним, я бы даже и не выделяла его как-то особо среди других обитателей этого странного мира. - Я знаю, что ты здесь, - наконец, проговорил незнакомец. У него был приятный густой голос, но слова он произносил излишне резко, как будто отрубал их кусками и кидал в пустоту. - Кто ты и что ты хочешь?
– решила я сразу перейти к делу. Незнакомец обратил на меня глаза, светло-коричневые, с темной каймой вокруг радужки. - Мое имя Лапиус, хотя оно вряд ли что-то скажет обо мне, человечка. Я из Деревни Свободных.
– ответили мне, - Ты должна пойти со мной. Я аж поперхнулась.- С чего бы это? - Ну, первая причина в том, что ты все равно, рано или поздно, захочешь выйти от сюда. Мы не торопимся и подождем, а мимо нас ты не пройдешь, - продолжал он, - Вторая причина - твой друг у нас. В ушах зашумело, поднялся ледяной ветер и когтистыми лапами впился мне в лицо. На мгновение я перестала его чувствовать. - Жиль?!
– проговорила я севшим голосом, непослушными пальцами прижимая накидку к себе. Я прокашлялась, стараясь привести мысли в порядок. - Правильно ли я поняла, - проговорила я наконец, изо всех сил надеясь, что мой голос звучал твердо, - вы удерживаете брата графа в своей деревне, и ожидаете, что я покорно пойду вслед за вами? А вы не боитесь гнева людей за то, что захватили родственника их правителя? По лицу Лапиуса, прошла рябь и мне даже показалось на мгновение, что я вижу волчью морду. Я отшатнулась, готовая бежать. Но наваждение прошло и он выглядел совершенно нормально. - Твой приятель, брат графа, убил нашего родича.
– прорычал собеседник.
– Мы в своем праве покарать убийцу. Ты - он ткнул пальцем в область плеча, хотя целью, наверное, была грудь, - его подельница. Я пришел предложить тебе сдаться. На мгновение я потеряла дар речи. - Про кого ты говоришь? Мы никого не убивали - только и смогла выдавить я. - Вы убили Рона и у нас есть доказательства. Тебе лучше пойти со мной, человечка. Иначе твоему другу будет очень долго умирать, как потом и жителям вашего города, когда наша стая доберется туда. Если против мучительной смерти жителей Эленойи я ничего особо не имела, ну хотя нет. Я же не людоед, в конце концов. Их тоже было жаль, там много детей. Но все же от обещания убить Жиля мне стало дурно. Мысли тяжело проворачивались в голове. Я старалась глубоко дышать, чтобы принять хоть какое-то решение, но тщетно. Перед глазами была только красная пелена паники. "А что, если Жиля у этих фанатиков нет?" - пришла мне, наконец, здравая мысль в голову. И правда, он же бегал от кого-то раненный половину той страшной ночи, когда я ждала его здесь, у дома. Может, и сейчас он убежал, а я, как дура, сдамся и подставлю его. И тогда эти блаженные заявятся к нему с нелепыми угрозами. Они настолько странные, что называют единственного оставшегося оборотня соплеменником, если только... Я вгляделась в лицо Лапиуса с немного короткой верхней губой, которая обнажала острые белые зубы. Волоски встали дыбом на затылке. "Если только они не оборотни сами". И кажется, он что-то говорил про стаю.. Истолковав мои сомнения по-своему, Лапиус решил меня поторопить. Он вытянул руку, уперев ладонь в невидимую преграду. Я отпрянула, но затем, приглядевшись, рассмотрела золотой кулон с продолговатым камнем. Пропавший кулон Рона. - Вот видишь, человеческая женщина! Это мы забрали у твоего дружка, убийцы. Вещь Рона! И если ты еще хочешь застать своего друга живым, то поторопись. Суд Духов будет уже этим вечером. - Так будет суд, - с надеждой выдохнула я. - В Деревне Свободных правит суровый закон, единый для всех! Даже для жалких человеческих предателей!
– торжественно провозгласил оборотень. Волки взвыли в подтверждение его слов. Я знала, что Жиль меня убьет. Мне следовало, конечно, тихонечко пробраться в дом эльфов и сидеть там до скончания веков. Или до тех пор, пока не закончится вся еда, даже та трехсотлетняя эльфийская мука, в изобилии разложенная по баночкам в буфете. С другой стороны, если будет суд, значит, есть надежда доказать, что мы не убийцы. Разве жителям деревни Свободных неважно покарать именно того, кто на самом деле убил их родича? - Мы не убивали Рона, - я начала свою речь слабым голосом, но по мере того, как продолжала, он становился все громче и увереннее. Под конец, я почти кричала. Кричала в лицо своим страхам, - Я иду с вами по доброй воле - это главное свидетельство нашей невиновности. Рон был другом Жиля, - губы оборотня на мгновение скривились, - И был оплакан и похоронен. Разве поступили бы так с ним убийцы? Если же вы действительно желаете найти злодеев, а не схватить первого встречного, то не будете чинить нам препятствия в нашем важном деле. Отдадите ту вещь, что мы были вынуждены взять у Рона. - Мы поступим так, как нам укажут духи. Свою волю они озвучат на Суде. Собирайся, женщина, мое предложение будет в силе еще совсем недолго. В противном случае, вини только себя, я вынесу приговор тебе самолично и сам исполню его!

Анри

Анри откланялся с хозяевами и вышел на улицу. Морозный воздух окутал его, день подошел к концу, и сгустившиеся сумерки опустились на город. Золотые звезды зажглись на небе. Его путь лежал в ратушу, где, он полагал, хранились записи обо всех жителях графства за все время существования Эленойи. Анри слышал, что где-то хранятся и старые эльфийские архивы, но не особо верил слухам. Чем больше он ковырялся в истории Катрин, тем скорее прирастали новые вопросы и загадки. Говорить с матерью было бесполезно, Анри понимал это, она и в добром настроении ему бы ничего не сказала, а после ссоры и подавно. Но должны же были остаться хоть какие-либо записи. По счастью, когда загорелась ратуша, огонь повредил только первый этаж здания и не успел добраться до архива в подвале. В Ратуше было безлюдно, лишь только вызванный им из дома Жак, бургомистр, встречал у дверей. Из комнаты охраны слышался глухой стук костей и ругательства. Мужчина бросил тревожный взгляд на синьора, боялся взбучки за разболтанность охраны. Наверное, и стоило бы это сделать, Анри лишь строго взглянул на него, мысленно пообещав разобраться позже, и спешным шагом пошел сквозь зал Истины. Лунный свет заглядывал в стрельчатые окна. Анри прошел мимо белой статуи Небесного грома с поднятым вверх перстом и его сестры, прекрасной и холодной Скиталицы, а маленький бургомистр, тяжело дыша, семенил рядом, освещая путь переносным фонарем. Зайдя за статуи, Жак остановился возле неприметной боковой двери, с поклоном распахнув ее. За ней следовал узкий длинный беленый коридор, освещенный эльфийскими светильниками, который упирался в витую лестницу. Спустившись, Анри очутился в величественном помещении, отделанным серым мрамором, высокий свод которого подпирался колоннами. На другом конце залы виднелась массиваная двустворчатая дверь, украшенная малахитом. Бургомистр, запыхавшись, достал гладкий черный ключ и отомкнул замок. Распахнув двери, произнес: - Нужна ли месье какая-то помощь от меня? Анри задумался, с одной стороны, ему не хотелось посвящать бургомистра в свои дела, с другой, рыться остаток дня в документах, прежде чем он найдет нужное, тоже не прельщало. В этот момент со стороны двери в коридор раздался грохот, а потом громкое витиеватое ругательство. Жак прижался к стене, а Анри положил руку на меч. Дверь распахнулась и на пороге показалась невысокая жилистая фигура. Жак облегченно выдохнул: - Месье Сартран, рад вас видеть. На некрасивом лице пришедшего - с кривым носом, обрамленным желтыми грязноватыми волосами, - расцвела довольная улыбка. Это, действительно, был Сартран, забияка и дебошир, храбрый воин, правитель Тиртца и, по совместительству, второй на свете человек, которому Анри доверял как себе. Первый был Жиль, его брат. Сартран приблизился и сжал друга в объятьях. - Ступай, Жак, - кивнул Анри. Бургомистр поклонился и, оставив зажжённый фонарь у двери, переваливающейся походкой покинул комнату. Сартран выглядел неплохо. Он был одет в неизменные кожаные доспехи, которые носил, не снимая, наверное, всю жизнь. - Давно приехал, друг? - Несколько часов назад! Сартран улыбался. - Конечно же, тебе не сиделось на месте Улыбка его стала еще шире, даже в глубине темной залы он напоминал довольного сытого кота, греющегося на солнышке. - В замок приехала Райна. Я насилу ноги унес, ну ты знаешь ее. В этот раз она решила стать великим торговцем. Она пыталась мне продать сто телег, вообрази себе, .. репы.
– Анри, не выдержав, расхохотался, представив, как невысокий поджарый Сартран удирал от высокой и грузной Райны.
– Дай, думаю, прогуляюсь по вашему чудному городишке. Дошел до площади, а там почти все здания сгорели. Тут-то я и приметил твой зеленый камзол на самом входе в башню. Ты быстро шел, приятель, но я тебя догнал, - продолжал беззаботно болтать Сартран. Внезапно лицо Сартрана стало серьезным: - Что у вас произошло, Жиль? Зачем ты собрал нас, дурные вести от короля? Анри кивнул на раскрытую дверь: - Пойдем, поговорим внутри. Они вошли в огромное помещение. В нос ударила пыль, летающая в сухом воздухе. На мраморной поверхности черного длинного стола, стоящего неподалеку, тускло поблескивали светильники, пятна света выхватывали вереницы стеллажей, окончание которых скрывалось во тьме. Там, где доставал свет, на стенах можно было различить кружевные эльфийские руны. Анри не знал эльфийского, но мог предположить, что таинственный архив первого народа находился здесь. Видимо, бургомистру удалось спасти зал от вездесущего жреца, огнем и мечом уничтожающего все эльфийское. Анри поставил фонарь на стол. Не было сомнений, что Сартрану можно рассказать все, но Анри .. и сам мало знал. - Отвечу сначала, друг, тебе на второй вопрос.
– произнес Анри после недолгой паузы, - Король хочет получить все. В первую очередь лес, а потом и все остальное.
– Анри вгляделся в лицо друга и не нашел в нем не было страха, только ярость, - Нас ждет война. - Лукавый его задери!
– воскликнул Сартран, вскочив на ноги. - А что касательно ответа на твой второй вопрос, я и сам не знаю. Моя мать, графиня Эленойская, пыталась казнить мою невесту, - брови на лице Сартрана поползли вверх, хотя Анри казалось, что друга сложно будет удивить еще больше, - Но Катрин сбежала, каким-то образом устроив пожар в городе. Вместе с ней исчез и брат. Мать утверждает, что видела метку первого народа у нее на теле. Это все, что мне известно на данный момент. - Мда, история - пробормотал Сартран.
– И ты пришел сюда, чтобы выяснить, кто же такая малышка Катрин на самом деле? - Я хочу найти метрики ее рождения, чтобы понять, кто был ее настоящим отцом. От кого она унаследовала свой дар. - А где она сама? - Кто знает ? Где-то ... в лесу. Жиль не даст ей погибнуть, в любом случае.
– рассеянно ответил Анри. Сартран твердо посмотрел ему в глаза.- Если я в чем-то и уверен, на этом свете, друг, так это в Жиле. Ну и немного в тебе, - улыбка на мгновение осветила некрасивое лицо Сартрана, затем он вновь стал серьезным, -Твой брат не предал тебя. У него, наверняка, были веские причины так поступить. И он пошел на это не ради себя. Сартран, как всегда, сумел разглядеть то, что Анри пытался скрыть - сомнения. - И я в это верю, друг!
– Анри бросил взгляд на бесконечную колонну стеллажей.
– Ну что ж приступим? Нам нужно найти книги, где зарегистрированы браки и рождения детей, что были чуть меньше двадцати лет назад.