Чтение онлайн

– Рад нашей встречи, принцесса Риднис! Рыцарь Родерик Фернес, к вашим услугам. - церемонно поклонившись, проговорил он.

Реальность сузилась, а события стали проноситься мимо меня с молниеносной скоростью: роскошные покои; пир, белая крепость; мальчик и девочка с золотыми волосами сидящие на зеленом лугу; раскаленные улочки, мощенные выбеленным булыжником; знамя с жемчужно-серым деревом; омерзительное перекошенное лицо с ледяными глазами? нависающее прямо надо мной; приближающиеся скалы и такое близкое прозрачное море. Затем свет погас, словно кто-то его выключил.

– Ну, что вспомнила, - усмехнулась давняя старуха тонкими губами.

– Это не я, - крикнула я, задыхаясь.

Даже здесь, среди застывшего леса в безвременье, моя душа разрывалась на части от пережитого чужого горя. Сердце колотилось, а тело дрожало, как в лихорадке.

– Тебе нужно вспомнить, - умоляла черноволосая красавица, с тревогой заглядывая мне в глаза.

И вновь декорации поменялись. На этот раз я стояла на потертом коричневом полу, возле большой сундука, окованного железными прутьями, с распахнутой крышкой - смутное узнавание шевелилось в глубинах моей памяти. Мягкий солнечный луч лизнул щеку, и я медленно повернулась. Так и есть - у окна стояло бабушкино кресло. Не веря своим глазам, я подошла и дотронулась до него. Оно было реальное, только слишком большое. Пораженная, я пожирала глазами железную кровать, ситцевые занавески в мелкий красный цветочек, старый лаковый сервант. Все так, как я и помнила. Эта комната бабушки в ее деревенском доме. Только все вещи были большими, как будто я уменьшилась.

Было очень странно вновь оказаться здесь, после стольких лет. Ведь я закрыла ставшим мертвым дом на замок сразу после ее смерти и никогда больше не возвращалась.

Но сейчас... дом был жив, нос щекотал аромат выпекающихся пирожков, ровно так, как я это помнила. Солнце пробивалось сквозь приоткрытые ситцевые занавески, птичий гомон с улицы прорезал тишину.

Бабушка очень любила деревья и цветы. Ее дом утопал в зелени, тогда как другие селяне предпочитали высаживать плодовые деревья, овощи, и держать скот. Но бабушке все это было не нужно, потому что ей приносили муку, молоко, яйца, овощи в обмен на целебные травы и лечебные заговоры.

– Катюша, Катюша, - услышала я звонкий голос.

В комнату заглянула красивая светловолосая женщина и тепло улыбнулась мне.

Она была не похожа на бабушку... По крайней мере, так как я ее запомнила, но я не сомневалась передо мной стояла она - Дарина Павловна Светозарова, моя бабушка.

"Почему я запомнила ее другой, дряхлой и сморщенной?
– спросила я себя"

– Ты нашла кольцо, малышка.

Я перевела взгляд на руки. Руки пятилетнего ребенка! На разжатой ладошке сияло кольцо принцессы Риднис. В центре прозрачного камня тлела розовая искра.

Я машинально протянула перстень. Камень потух и затянулся белой пленкой. Мягкая ладонь коснулась моей макушки.

– Когда-нибудь я отдам его тебе, но не сегодня.

– Ну что поняла теперь? Поняла?
– старуха с тропы смотрела на меня безумным взглядом.

Раздался щелчок и позади нее вспыхнул портал, сквозь который я увидела логово безумной Мелунды.

Ни трупа жреца, ни солдат не было в зале. Лишь Жиль, обложенный амулетами со всех сторон. Его лицо покрылось щетиной, а волосы отрасли. На теле не было даже следов тех страшных ран, которые я заметила в день суда. Склонившаяся над мужчиной Мелунда окуривала его каким-то дымом из матовой черной трубки. Губы ведьмы беспрестанно двигались, а глаза сверкали, как два агата.

Она коснулась лба и Жиль открыл глаза. Я кинулась скорее к порталу. Но вцепившаяся в мой рукав старуха не дала мне ступить и шагу. Я повернулась к ней, чтобы хорошенько ее оттолкнуть.

– Рано, - прошамкала она мне в лицо, - Рано, принцесса.

И щелкнула пальцами перед моим носом. Теперь это был уже какой-то город. Я стояла посредине пустынной улицы, мощенной белым булыжником. Дул ветер, но мои волосы лежали неподвижно, как и одежда. В этот раз я была в теле Катрин. Эльфийский мужской кафтан, что доставал мне до колена, бриджи из жемчужно-серой ткани. Шелковистые штаны призваны были облегать чьи-то ноги, но на мне они болтались как шаровары. В этой одежде я и попала в Деревню Свободных. Даже перстень Жиля сидел на указательном пальце правой руки.

Я настолько вымоталась всеми этими перемещениями, наполненными ужасом и болью картинами, что если бы сейчас под моими ногами разверзлась бы бездна, я бы мало удивилась.

Ветер усилися, поднимая тучи пыли. Небо затянуло грозовыми тучами, а мой перстень полыхнул розовым цветом... Сзади раздались шаги, и я резко развернулась. Это был высокий мужчина с внешностью аристократа. Синие глаза упрямо горели на уставшем лице, а кровавая ссадина пересекала щеку. Он удивительно напоминал графиню Эленойскую.

"Анри, - с упавшим сердцем подумала я, застыв, как соляная статуя".

Он продолжил идти, припадая на одну ногу, не обратив на меня ни малейшего внимания. - Анри, Анри - отмерев, я попыталась схватить его за плечо, но моя рука прошла насквозь.

Затем события закрутились с удвоенной скоростью. Из-за угла здания показался Жиль. Выглядел он не лучше Анри, уставший и небритый, прижимая к себе раненую руку, и удерживая меч в другой.

– Что с портом?

– Отбили три атаки, но они подтягивают новые корабли. - устало ответил Анри, - Что западными воротами?

Издалека донеслись нарастающие звуки битвы. Жалобные стоны перемешивались со зверинными криками, грохали выстрелы и звенела сталь.

– Одна из граней подорвана, они вошли в нижний ярус, - сказал Жиль, - мы долго не выдержим. Надо отступать к скалам.

Он замер, из его рта струйкой потекла кровь. Я оцепенела, не в силах отвести взгляда от любимого лица. Стало еще темнее, подул ледяной ветер со стороны моря. Я рванула к Жилю, пытаясь схватить его за плечи, но мои руки проскальзывали мимо, словно он был сделан из воздуха, ну или я.

– Жиль, Жиль, - закричал Анри, подбегая к брату и подхватывая его тело.

Из-за угла выбежали люди в алых плащах, пересеченных белыми полосами, и с криками бросились на Анри. Анри выхватил меч и успел достать первых четверых вояк.

– Анри, сзади, - закричала я, увидев, как к нему подбирается верзила с топором в руке.

Тот замер на мгновение, с изумлением глядя на место, где я стояла. Как будто он увидел меня. Верзила воспользовался замешательством Анри и нанес сокрушительный удар по голове, а стоящий впереди воин пронзил сердце.

– Нет, - закричала я, нет.

– Все в порядке, Катрин. Ты должна проснуться.
– послышался серьезный голос Лапиуса.

Анри

– Людовик предаст нас, - сказал Сартран.

Анри вздрогнул. Это было единственное, что Сартран сказал с тех пор, как они покинули Эленойю. Башни родного города давно скрылись из виду, и вот уже много часов они ехали по лесной дороге.

Лошади брели по изгвазданной земле, а изматывающий моросящий дождь просачивался через плотный свод, образованный кронами вековых елей. Ткань плащей путешественников давно пропиталась влагой насквозь, а от их дыхания поднимались облачка пара.