Чтение онлайн

И я сразу решила, что моего бигля будут звать Хантер. Он будет убегать, а я буду делать вид, что злюсь, хотя на самом деле буду счастлива.

Я тогда даже не думала, что это важно. Просто глупый пост. Один из сотен. Я правда мечтала о бигле, но родители не позволили. И бигль здесь, сейчас — как предмет из другой реальности.

— Юлиана Алексеевна, — спокойно говорит охранник, чуть склоняя голову. — Он ждёт именно вас.

Бигль замечает меня, резко оживляется, тянется вперёд, хвост ходит из стороны в сторону так, будто сейчас оторвётся.

Я подхожу ближе. На ошейнике аккуратный бант и жетон.

Я наклоняюсь, беру металлический кружок, читаю выбитое имя — «Хантер»!

Меня будто током бьёт, отдёргиваю руку.

Вот это уже… не случайность.

Это точное попадание.

— Откуда… — шепчу сама себе.

Ответ приходит сам. Марк нашёл тот пост и понял, куда надо ударить, чтобы попасть остриём в самое сердце.

Внутри что-то холодно сжимается. Но пёс не виноват в том, что Марк такой гад.

Я закрываю глаза на секунду.

— Ты серьёзно?.. — выдыхаю.

Бигль в этот момент тыкается носом мне в ладонь, облизывает пальцы, как будто мы знакомы сто лет.

И всё. Меня это доламывает. Я обнимаю его толстую шею, позволяю ему тыкнуться носом мне в лицо.

— Он твой, — вдруг раздаётся голос сзади.

Я резко выпрямляюсь. Конечно, кому же ещё здесь быть. Это Марк.

Я не оборачиваюсь сразу. Даю себе секунду. Две. Возвращаю дыханию ровность и лицу нормальное выражение.

Поворачиваюсь.

Марк стоит на крыльце дома, спокойно, будто мы обсуждаем покупку мебели.

— Ты сможешь гулять с ним во дворе, — добавляет он.

Я колюче улыбаюсь.

— Как щедро, — тяну едко. — Мне расширили загон.

Он чуть склоняет голову.

— Это не загон, — отвечает тихо.

— Правда? — я веду плечом. — А я, видимо, просто по доброй воле тут живу.

— Ты здесь, потому что ты моя жена, — цедит Марк. — В противном случае тебя бы здесь не было.

— Вы заставили меня… — вырывается у меня.

— Да, — выпаливает он.

Я открываю рот и закрываю. Нет смысла снова это говорить. Марк отлично знает, что вынудил меня выйти за него, знает, что посадил в клетку, знает, что не отпусти и теперь просто адаптирует меня к своей среде.

Он подходит ближе.

— Ты хотела собаку, — цедит строго. — Я тебе её подарил.

Я смотрю ему прямо в глаза.

— Я не просила её у вас, — сама слышу в голосе яд.

— Я знаю, — спокойно отвечает он. — Мне не нужно разрешение, чтобы сделать приятное своей женщине.

Спокойный. Контролирующий. Уверенный в своём праве. Бесит! Я отворачиваюсь, иначе снова что-то ляпну.

— Ты недовольна? — вдруг свирепо спрашивает Марк.

Я сжимаю пальцы.

— Нет, дорогой муж! — я впиваюсь в него взглядом, которым хотела бы придушить. — Я радуюсь. Видите? Я счастлива!

Сарказм из меня прямо плещет. Марк задерживает на мне взгляд ещё секунду. Потом кивает.

— Наслаждайся, — говорит коротко и уходит в дом будто ничего не произошло.

Будто не залез мне в голову и не вытащил оттуда кусок прошлого.

Я смотрю ему вслед, потом на своего бигля. Внутри одновременно тепло — осуществилась юношеская мечта. И гадко, что эту мечту исполнил человек, который держит меня при себе как домашнее животное.

Бигль тянет поводок. Я перевожу взгляд на него.

— Ну что, Хантер… — говорю тихо. — Пойдём побегаем?

Он тут же оживляется, будто понял. Я невольно улыбаюсь. Чёрт. Этот пёс растапливает моё сердце.

Мы бегаем по лужайке во дворе, пока я не перестаю чувствовать ног. Хантер — просто неутомимый и гораздо более выносливый, чем я.

Я веду его в дом, попутно размышляя, что мне для него нужно, и застываю у лестницы. Ничего мне не нужно. Марк предусмотрел абсолютно всё.

Юлиана

Марк не дал мне ни одного шанса «передумать». У лестницы уже всё стоит.

Лежанка — мягкая, аккуратная, бежевого нейтрального цвета, будто её подбирали под интерьер, а не под собаку. Миски. Пакеты с кормом. Игрушки. Поводки. Щётки. Шампуни.

Всё в упаковках, но разложено так, чтобы я увидела. Не «разберись сама». А просто «живи».

Я провожу ладонью по лицу и только после этого замечаю конверт, аккуратно положенный на лежанку. Открываю.

Внутри записка: «Реши, где он будет спать. Сама. М.».

Я смотрю на эту строчку дольше, чем она заслуживает.

Ну да. Конечно. Марк в своём амплуа — не указывает мне всё до мелочей, даёт пространство… но только там, где это безопасно для него.

Я перевожу взгляд на Хантера.

— Пойдём, поставим твои миски на правильное место, — говорю и беру аккуратно упакованные в пластик металлические лоханки.

Мы вместе идём в столовую, распоковав, я ставлю их на пол около стойки, между столовой и кухней. Потом беру одну и иду на кухню к фильтровочному крану. Набираю воды. Хантер семенит рядом. Смешной и влюблённый.

— Юлиана, я могу набирать ему воду, — вызывается Сирин, заметив меня.

— Спасибо, Сирин, — отвечаю я, закрывая кран. — Собака моя и ответственность тоже моя.

Он не спорит. Я ставлю воду, насыпаю Хантеру корма. Он сразу тянется к миске, с интересом обнюхивает, потом смотрит на меня, будто спрашивает разрешения.

Я криво усмехаюсь.

— Да ешь ты уже, — говорю, потрепав его за ухо.

Он не заставляет себя ждать.

А я задумываюсь. Надо решить, где он будет спать.

— В кровать ты не пойдёшь, — говорю спокойно.

Он не реагирует. Увлечённо хрустит кормом и вообще не думает о философии власти.

— И дело не в том, что ты плохой, — добавляю, чуть мягче. — Просто это негигиенично, к тому же шерсть…

Я выхожу и обвожу взглядом гостиную. Тёплый свет, диван, ковёр.

— Здесь, — решаю. — Будешь жить здесь.

Лежанка встаёт у одной из стен, под огромной плазмой, не мешает в проходе, но и не ютится в углу. Игрушки и поводки я складываю в шкаф у входа.