Чтение онлайн

— Сожжёте?! — у меня глаза на лоб лезут. — Да ладно! Вы блефуете.

— Проверим?

Я раздражённо вскакиваю, прикрываясь полотенцем, которым он меня вытирал.

Ладно. Если он решил играть — будем играть. Я беру из кучи одежды рваные джинсы и майку с бабочкой из страз, которые мне приглянулись.

Ухожу в ванную. Чёрт. Бельё осталось в комнате. Плевать, натягиваю одежду на голое тело. Выхожу.

Марк осматривает меня. Внимательно, медленно скользит взглядом с ног до головы.

— Хм, — хмыкает он и улыбается.

— Что? — спрашиваю я, смущаясь.

— Неплохо, — выговаривает Марк.

Я прищуриваюсь.

— Снова стебётесь? — в голос просачивается досада.

— Нет. — Он говорит спокойно. — Тебе правда идёт.

Я не знаю, что на это ответить. Он поднимает охапку с пола и направляется к двери.

— Марк! — бросаю я. Он не останавливается. Зараза!

Я иду за ним.

— Вы серьёзно? — догоняю его в коридоре.

— Абсолютно, — этот гад даже не поворачивается. Идёт к задней двери дома и выходит на лужайку. Я выбегаю за ним. В шоке, злая, растерянная. На этот раз Андрей меня не останавливает.

Марк невозмутимо шагает до высокой слегка обугленной бочки во дворе и бросает туда одежду. Берёт канистру с земли.

— Вы с ума сошли?! — вырывается у меня.

Он спокойно поливает вещи бензином.

— Марк! — кричу, подбегая к нему.

Он чиркает зажигалкой. Пламя вспыхивает мгновенно.

Я смотрю, как горят свитера, юбки и пиджаки.

— Вы псих, — выговариваю сипло.

— Возможно, — Он смотрит на огонь. — Так будет со всем, что мне не нравится.

Я скрещиваю руки.

— Тогда и меня надо на костёр отправить!

Он переводит на меня долгий тяжёлый взгляд, который я уже знаю. Чёрт.

— Нет, — говорит довольно и хрипло. — Ты-то мне как раз нравишься.

От его взгляда и голоса у меня по спине пробегает холодок. Я разворачиваюсь и почти бегу обратно в дом. Потому что знаю этот взгляд. Ещё минута — и он снова начнёт меня соблазнять. И соблазнит же!

Я влетаю в спальню, запираю дверь, прячусь в ванной. Минуты проходят одна за одной, но он не приходит.

Чёрт с ним. До вечера остаюсь в комнате, даже не спускаясь на ужин. Слишком злюсь на него. И на себя. Ложусь в кровать одна. Слушаю тишину дома.

И не понимаю, почему мне от этого вдруг становится пусто.

Я засыпаю так же одна. И просыпаюсь в пустой постели. Тепла Марка рядом нет.

На тумбочке лежит сложенный лист бумаги. Оставил мне записку? Гад.

Читать или не читать?

Юлиана

Я смотрю на чёртову записку. Сложенный вдвое лист плотной белой бумаги. Трогать не хочется, будто он может укусить.

Конечно, Марк не просто так его оставил. Новый стёб? Надизание? Приказ?

В то, что в ней будет что-то хорошее, я просто не верю.

Я беру бумагу и разворачиваю. Написано от руки. Почерк у него красивый, ровный. Строки не ползут. Буквы чуть квадратные. Умеренный нажим. Всё выдаёт уверенного человека.

«Доброе утро, Юлиана.

Надеюсь, проснувшись, ты вспоминаешь мои руки.

Сегодня вечером в доме будут гости. Тебе придётся проявить изобретательность, чтобы выглядеть прилично.

Удачи.

М.»

Я несколько секунд смотрю на бумагу. Потом ожесточённо сминаю её. Падаю на подушку.

— Засранец… — бормочу в воздух.

Этот гад просто стебётся! Конечно он стебётся. Похитить женщину, посадить под замок, одевать как куклу. И удивляться, что она не хочет подчиняться! Невыносимый человек.

Я смотрю в потолок.

Гости, чёрт. Из одежды у меня только свадебное платье и джинсы с майкой, которые я смогла себе оставить.

Ну и прекрасно! Я могу вообще не спускаться, отсидеться в своей комнате.

Я поднимаюсь, уже не сокрушаясь внутренне натягиваю рубашку Марка, смотрю на себя в зеркало и ухмыляюсь. Или я спущусь к его гостям пярмо так. В одной мужской рубашке.

Пусть Марк объясняет это своим влиятельным гостям. Пусть краснеет. Пусть пожалеет, что начал эту войну.

Эта мысль мне нравится, греет.

Я умываюсь и спускаюсь завтракать. Марка дома нет. Шаги Владимира слышны только на втором этаже. На кухне тихо. Сирин на месте.

Он ставит передо мной чашку кофе и тарелку с омлетом.

— Доброе утро, Юлиана, — произносит мягко.

Мне кажется, только Сирин здесь относится ко мне по-доброму.

— Если это утро можно назвать добрым, — бурчу в ответ.

— Плохо спалось? — переспрашивает он поднимая бровь.

Я беру вилку.

— Спала прекрасно, — накалываю кусок омлета. — Но некоторые люди слишком любят издеваться.

Сирин тихо усмехается и молча уходит обратно в кухню.

Я спокойно доедаю, ставлю тарелку с чашкой на стойку и возвращаюсь в комнату. Сажусь на кровать. Снова смотрю на шкаф, где остались джинсы и майка с бабочкой. А чем это не одежда для вечеринки? Тем более, что Марк сам не оставил мне выбора.

Гад.

Я отхожу к окну, смотрю на патрулируемый охраной двор. На крыши дорогих домов за забором. Это не мой мир. Не моя жизнь. Я не должна была тут оказаться.

В дверь вдруг кто-то стучит.

— Войдите, — бросаю я, оборачиваясь.

Дверь открывается. Входит управляющий, Владимир, вносит по очереди две картонные коробки. Большие, как для переезда. Без единого опознавательного знака.

Он аккуратно ставит их на пол друг рядом с другом.

— Марк просил передать вам, Юлиана, — произносит он.

Я хмурюсь.

— Что это? — спрашиваю и делаю шаг к коробкам.

— Я не в курсе, — он смотрит куда угодно, явно стараясь не видеть меня в мужской рубашке. — Если что-то понадобится, позовите.