Чтение онлайн

Здесь я должен сделать некоторое лирическое отступление и вспомнить парламент или точнее Верховную Раду Украины, в которую, за свидетельством отдельных депутатов, избрано 203 депутата еврейской национальности. Если бы они говорили на иврите или идише, тогда украинский парламент напоминал бы кнесет Израиля, хотя и так он защищает интересы не украинского народа, а интересы Израиля.

После убийства короля Карла I раввин Манасе–бен–Израиль делается близким советником Кромвеля. И “Кромвель, благодарный Израилю, — пишет еврей–историк Дармештетер, — открыл евреям двери Англии”. Еврей Дармештетер умалчивает, что этот загадочный раввин Манасия приезжал в Англию из Голландии как посланец синедриона. Допущенные в Англию евреи настолько зазнались, что стали себе позволять глубоко оскорбительные для христианства выходки. Так, один еврействующий, Томас Кольер, издал сочинение, в коем оправдывал распятие Христа евреями и заканчивал свои писания так: “Мы должны поставить евреев высоко! Будемте же ожидать славного дня, в который им будет отведено место во главе народов! О, уже близко то время, когда будет чувствовать себя счастливым всякий, кому доведется хоть прикоснуться рукою к одежде еврея” [457] . Однако отвращение английского народа к евреям было так сильно, что даже свирепый цареубийца Кромвель со своим иудействующим парламентом, который он несколько раз переизбирал, и пуританами не был в силах осуществить обещанное им синедриону “равноправие” евреев в Англии. Этого евреям пришлось ждать еще сто лет.

Кальвин взрастил и организовал большое количество революционных ораторов, немалое количество которых было послано в Англию и Шотландию. Таким образом, под прикрытием религиозного движения была создана сеть агитаторов, которые явились катализатором и основанием английской революции.

Агитаторы–демагоги стали проповедовать строгое соблюдение “Шабата” (Закона о субботе). “Страна была искусно разделена на тех, кто соблюдает Шабат, и на остальных… Кальвин, — говорит далее Исаак Дизраэли, — считал, что Шабат, имея своим источником еврейскую религию, ограничен в своем соблюдении кругом святых людей”. Продолжая свое повествование, Дизраэли утверждает, что кальвинисты держали фактически всю страну в своей власти: “Казалось, что религия, согласно им, состояла из шабатской казуистики и что Британский сенат был фактически превращен в компанию раввинов”.

Затем он добавляет: “В 1650 г., после казни короля Карла I в 1649 г., был принят закон, согласно которому те, кто не соблюдал Шабат, подвергались наказанию” [458] .

Тремя главными фигурами в окружении короля были Бэкингэм, Страффорд и Лод — это были люди, которым была небезразлична судьба нации, кому были дороги ее традиции и на чью лояльность и преданность мог положиться король Карл I. Бэкингэм, который пользовался полным доверием короля Джеймса I, а также тех, кто спас его жизнь во время смуты, начатой каббалистами, был убит при таинственных обстоятельствах в ранние годы правления короля Карла I.

Страффорд поначалу поддерживал оппозиционную фракцию, затем отошел от них и стал сторонником короля. Эта оппозиционная фракция становилась все более и более враждебной королю, и, когда ее возглавил Пим, они решили провести импичмент Страффорду. “Король, — пишет Дизраэли, — считал эту фракцию своими врагами, и он заявляет, что глава фракции был Бэффорд. Согласно католическому историку Волшу, купец вин, еврей Россел, основал эту фракцию во времена Тюдоров” [459] .

После импичмента и казни Страффорда, силы, стоящие за растущим заговором кальвинистов начали выходить из-за кулис и еще более обнажать свои цели. В это время в Лондоне неожиданно стали появляться вооруженные банды боевиков. Об этом периоде Исаак Дизраэли пишет: “Их число доходило до десяти тысяч, и у них было настоящее оружие. Это была милиция повстанцев, которая готова была делать свою разрушительную работу дешево и в любое время. Когда видишь, как эти банды, вооруженные кинжалами и дубинами, терроризируют город, становится ясно, что их появление — это результат работы, которая была начата задолго до этого” [460] .

Еще до казни Страффорда, когда эти банды впервые появились, и те, кто контролировал события из-за кулис, явно ставили своей целью провоцирование гражданской войны. Эти вооруженные банды запугивали многих, включая обе палаты Парламента и дворец. Впоследствии этот же метод был использован позже, во время французской и русской революций.

Исаак Дизраэли проводит поразительные параллели между революциями в Англии и Франции. Тактика прессы была в явную поддержку революции, страна была наводнена революционными брошюрами и листовками. С 1640 г. по 1660 г. их вышло около тридцати тысяч. То же самое произошло позже и во Франции, во время смуты там тоже выходило огромное количество революционных плакатов и брошюр.

Рука, которая руководила всем этим из-за кулис, даже составила список пятидесяти девяти сторонников Страффорда, заклеймив их “предателями Родины”.

Чья это рука? Несмотря на то что Дизраэли знал об этом так много, тем не менее, решил не снимать вуаль тайны с тех событий и предоставил читателю самому сделать соответствующие заключения.

Чтобы сделать это, давайте обратимся к другим книгам, например, к работе Зомбарта “Евреи и хозяйственная жизнь” [461] . И мы можем увидеть, что Кромвель, главная фигура революции, был в тесном контакте с крупными еврейскими банкирами в Голландии. Один из них, Манассе Бен Израиль, предоставил ему значительные суммы денег.

В книге “Евреи в Англии” написано: “В 1643 г. большой контингент евреев прибыл в Англию, они крутились вокруг дома посла Португалии Де Суза, который был марраном (еврей, формально принявший христианство). Фернандес Карвахал, один из новоприбывших евреев и заработавший кличку “Великий еврей”, стал главным подрядчиком и поставщиком армии. В январе предыдущего года попытка ареста пяти из новоприбывших явилась результатом мобилизации боевиков и беспорядков в городе”.

Появилось множество прокламаций, которые, согласно Дизраэли, “напоминали зловещий еврейский клич — “Поднимайся, о Израиль!”. Вскоре после тех событий король с семьей покинули дворец в Уайтхолле. Те пятеро, которых ранее пытались арестовать, вместе с боевиками и знаменами совершили триумфальное шествие к Вестминстеру, где им был оказан восторженный прием. Таким образом, была создана сцена для восхождения к власти еврея Карвахала с соплеменниками и их ставленника Кромвеля.

Ситуация в стране была уже другая, разгорелась самая настоящая гражданская война. К 1647 г. Насеби был завоеван, а затем опять потерян. Король практически является пленником, но пока с ним обращаются как с почетным гостем в доме Холмби.

Вот выдержка из письма, напечатанного в сентябре 1647 г. в газете Межнедельный обзор, издаваемой и редактируемой лордом Алфредом Дугласом [462] .

“Совет Старейшин Сиона существует гораздо дольше, чем подозревалось до сих пор. Мой друг, г–н Л. Д. Ван Валкерт из Амстердама недавно прислал мне письмо, содержащее две выдержки из архива синагоги в Мюльхайме. Том, в котором они содержались, был потерян во время наполеоновской войны, но затем оказался во владении г–на Ван Валкерта. Он написан по–немецки и содержит выдержки из писем, посланных, а также полученных синагогой. Он мне прислал копии нескольких писем. Одно из них датировано 16 июня 1647 г.

“От О. К. (Оливера Кромвеля) к Эбенезеру Пратту.

В обмен на финансовую поддержку буду бороться за разрешение евреям вернуться в Англию. Но это невозможно, пока Карл I жив. Но его нельзя казнить без суда, достаточные основания на данный момент не существуют. Поэтому я советую его убить, но сам не буду заниматься поиском человека, готового это сделать, хотя я согласен помочь организовать его побег”.

На это письмо был послан ответ следующего содержания.

“12 июля 1647 г.

Для О. К. от Э. Пратта. Предоставлю финансовую помощь, как только Чарльз будет убран и евреям разрешен въезд. Убийство слишком опасно. Карлу надо предоставить возможность попытаться совершить побег. Это даст повод для его суда после того, как он будет схвачен и казнен. Поддержка будет щедрой, но до тех пор, пока суд не начался, вряд ли стоит обсуждать условия”.

Имея эту информацию в нашем распоряжении, мы в состоянии проанализировать шаги убийц короля.

4 июня 1647 г. Корнет Джойс, действуя по секретному приказу от самого Кромвеля, который, согласно Дизраэли, не был известен даже командующему генералу Фэйрфаксу, захватил короля с помощью трехсот своих боевиков. Король в то время находился в доме Холмби. Дизраэли пишет, что “план был принят 30 мая на секретном совещании в доме Кромвеля, хотя позже Кромвель стал утверждать, что это было сделано без его участия” [463] .