Чтение онлайн

Поскольку у Хён Чжу никак не проявлялись симптомы синбён, ей было сложно найти опытную мусогин, которая провела бы для нее обряд посвящения нэрим кут. Окружавшие ее люди думали, что она просто сошла с ума. Она вспоминает о том, как в результате своего необычного поведения стала темой сплетен для всей округи. Однако после того, как она обратилась к нескольким мусогин и рассказала им свою историю, одна из них взяла ее в ученицы, тем самым начав ее посвящение в самую древнюю корейскую традицию.

Сегодня мусогин не считаются изгоями общества, как это было в эпоху Чосон, поскольку классовая система прошлого перестала существовать. Однако из-за их духовной силы многие люди боятся их и поэтому избегают встречи с ними. Для обычного человека мусогин – это кто-то, к кому стоит обратиться в трудные времена и кого стоит избегать в других случаях. Если писатель или антрополог соберется посетить мусогин, то его друзья, скорее всего, предостерегут его, посоветовав быть осторожнее.

Мусогин, которую позвали провести кут, танцует и поет, чтобы связаться с духами. Она облачается в разноцветные одежды, которые отражают ее профессию. Во время подобного ритуала она может демонстрировать «танец ножей». Это самое известное проявление шаманского искусства, когда в состоянии глубокого транса или экстаза мусогин голыми ногами танцует на лезвии ножа, но при этом не ранит себя, тем самым показывая свое мастерство и отпугивая злых духов. У других мусогин есть свои визитные карточки. Говорят, что Хён Чжу может поднять корову с земли и посадить ее на кол, чтобы продемонстрировать физическую силу, которую ей дали ее боги.

Мусогин также проводят более мелкие ритуалы в домах или на работе клиента. Например, при открытии нового дела предприниматель может позвать мусогин провести обряд для привлечения удачи. С этой целью шаманка помещает купюры меж копытец мертвой свиньи (они символизируют деньги и удачу), а также оставляет в помещении сушеный минтай. Иногда эту рыбу можно видеть еще долгое время после того, как церемония была окончена. Считается, что она приносит удачу до того момента, пока ее не уберут.

Наиболее частой услугой является чом – встреча с шаманкой тет-а-тет. Если у человека есть вопрос – например, «Когда я выйду замуж?» или «Стоит ли мне открыть свое дело?», то он может обратиться к мусогин за советом из мира духов. Многие мусогин используют чом для того, чтобы порекомендовать клиентам последующие услуги – например, посоветовать провести кут. Однако Хён Чжу считает, что кут могут себе позволить «только богатые люди». Проведение ритуала стоит огромной суммы денег, одна церемония может обойтись клиенту в восемь миллионов вон (около 7500 долларов) или больше – она никогда не рекомендует их простым людям, вместо этого предлагая им пойти вместе с ней в горы, чтобы помолиться. Большая часть работы Хён Чжу состоит в том, чтобы выслушать рассказ человека о его проблемах и дать совет, почти как личный психолог.

Многие представители современной южнокорейской элиты используют кут так же, как это делала королева Мин в XIX веке. Сообщалось, что члены семей, которым принадлежат чеболь (крупные семейные бизнес-группы, которые доминируют в южнокорейской экономике), пользовались шаманскими услугами для самых различных целей, начиная от успеха в бизнесе и заканчивая вопросами более личного характера: например, политики обращались к мусогин с просьбой помочь добиться успеха на выборах. У Хён Чжу было несколько клиентов из политических и бизнес-кругов, а также знаменитостей. Она утверждает, что смогла предсказать банкротство одного из своих богатейших клиентов после того, как ей привиделся его образ в лохмотьях.

Мусок так разнообразен и практичен, что его очень сложно свести к системе верований и поведенческих установок. По сути, это форма анимизма, которая уходит корнями в далекое прошлое. В анимизме все сущее в природе обладает духом или жизненной силой точно так же, как и люди, – даже предметы, которые жители Запада считают неодушевленными, такие как камни и деревья.

Некоторые природные объекты обладают большей духовной силой, чем остальные. Например, считается, что вековые сосны обладают собственными характером и личностью. Могучее дерево может быть покровителем или стражем деревни, принося удачу и являясь местом деревенских собраний. Старейшины деревни устраивали собрания рядом с такими деревьями для принятия важных решений. Однако эти почтенные существа могли злиться, если к ним относились неподобающе. Поговаривали, что одно из деревьев в городе Кимчже приносило несчастье семье любого, кто осмелился сорвать с этого дерева хотя бы один листочек. В подобных случаях мусогин предлагала провести церемонию кут, чтобы успокоить духа дерева.

Животные также играли духовную роль. Тигр, которому уделяется значительное внимание в мифе об основании Кореи и который считается корейским национальным символом, считался посланником горных духов и их покровителем в одном лице. Одним из наиболее важных вместилищ анимистических духов являются горы. Семьдесят процентов полуострова покрыто горами, поэтому кажется вполне естественным, что высокие горные вершины Пэктусан, Чирисан и Халласан глубоко отложились в умах корейцев. Восхождение в горы всегда считалось способом стать ближе к миру духов, и поэтому существует устоявшаяся традиция проводить шаманские обряды высоко в горах.

Нет единой системы ранжирования гор по их духовной силе, и у каждой мусогин есть свои любимые горные вершины. Однако существует широко распространенное мнение, что некоторые горы важнее остальных. Халласан, самая высокая гора в Южной Корее, расположен на острове Чеджудо, который известен своей богатой шаманской культурой. Согласно некоторым источникам, в прошлом шаманы острова Чеджудо использовали в своей практике «магические» грибы квандэ посот. Местные жители настолько почитают Халласан, что в 1901 году, когда немецкий журналист Зигфрид Генте посетил остров, губернатор сказал ему: «Даже не смейте забираться на гору Халласан». Люди верили, что подобный поступок разгневает бога горы, который в наказание ниспошлет на островитян стихийные бедствия и неурожай.

Одна из гор Сеула, Инвансан, – это средоточие кут и другой ритуальной активности. Шаманов здесь раньше было так много, что местные власти разместили знаки, ограничивающие проведение обрядов. На склонах этой горы находится Куксадан, бывшее шаманское святилище королевской семьи, перенесенное сюда с Намсан, другой сеульской горы, к которой мусогин испытывают слабость (в том числе и Хён Чжу, которая там живет). Считается, что в Куксадан покоится дух вана Тхэчжо, основателя династии Чосон. Когда Куксадан был королевской святыней, вход туда был воспрещен. В современной же Корее, впрочем, попасть туда могут все желающие. Мусогин, желающие отточить свои навыки, приходят туда ежедневно. В Корее находится много публичных святилищ, и они, как и Куксадан, обычно расположены на холмах и склонах гор. Они очень различаются по своему размеру и физическому состоянию. У кансинму мусогин есть и свои личные святилища. У Хён Чжу, к примеру, в доме есть алтарь, посвященный ее китайскому монаху.

Обычному человеку может показаться, что Куксадан представляет собой маленький буддийский храм, но буквально каждый день там можно наблюдать за тем, как мусогин проводят свои ритуалы – разделывают внутренности животных (это замена жертвоприношению), произносят заклинания и танцуют. В небольшом магазинчике рядом с Куксадан наряду с напитками и газетами продается минтай – рыба, которая часто используется в шаманских обрядах.

Инвансан и святилище Куксадан находятся рядом с Чхонвадэ (Голубым Домом) – резиденцией южнокорейского президента, которая расположена за главным дворцом династии Чосон, Кёнбоккуном. Эта гора, находящаяся совсем недалеко от важнейших достопримечательностей Сеула, представляет собой место самой оживленной шаманской практики в Корее. Этот факт известен не так широко, как этого можно было бы ожидать, что лишний раз свидетельствует о парадоксальном статусе Мусок как загадочного и нетипичного вида деятельности, который на самом деле является неотъемлемой частью корейской культуры.