Чтение онлайн

Симптомы гиперактивностиобнаруживаются в виде высокой дви­гательной активности уже в 1-2-й годы жизни.

При двигательной гиперактивности (попрыгунчики) у детей отме­чается резко выраженный двигательный импульс к осуществлению бесцельных непрерывных движений, прыганию.

Ребенок раньше начинает ходить, забирается в любые места, хвата­ет и ломает все, что попадается на глаза, за ним необходим постоян­ный присмотр. Характерна бесцельность моторной активности: все, что он хватает, тут же отбрасывается. Отмечается деструктивность по­ведения, ребенок во все вмешивается, постоянно ерзает. В то же время в новой обстановке, при встрече с незнакомыми людьми, гиперактив­ность может временно затормозиться на фоне волнения. Именно она обычно становится первым и наиболее ярким признаком ГРДВ.

Импульсивностьхарактеризуется симптомами действия по принци­пу «здесь и сейчас», ребенок ведет себя как более младший по возрас­ту, нет предварительного обдумывания действий, поступки опережают намерения. Дети не соблюдают правил поведения, что часто приводит к травматизму. Они могут легко вмешиваться в разговор, в классе хо­дить во время урока, в игре не соблюдать правил. В социальном плане возможны ложь, кражи, отсутствие самоконтроля.

В более старшем возрасте импульсивность проявляется в трудно­стях планирования, логического обоснования своих действий.

В клинической картине ГРДВ отмечаются также сверхчувствитель­ность к раздражителям, уменьшенное чувство страха, нарушенное чув­ство дистанции при общении.

Уровень умственных способностей колеблется от нормы до час­тичного ослабления отдельных способностей. Высокая отвлекае-мость не дает возможности ребенку проявлять усидчивость и ус­тойчивое внимание во время различных занятий — в игре, в школе, при приготовлении заданий. Отвлекаемость не связана с мотива­цией, а является следствием колебания фокуса внимания, которое пе­реключается с одного объекта на другой.

При пониженной самооценке дети легко ранимы, в настроении лег­ко переходят от ярости к подавленности (Заваденко Н. Н., 2005; Кис­кер К. П. и др., 1999).

Характерно, что при медикаментозном лечении детей ГРДВ не дей­ствовали транквилизаторы и депрессанты, но они успокаивались при приеме риталина —препарата, оказывающего стимулирующее дей­ствие. Это позволило выдвинуть гипотезу, что у таких детей либо не­достаток стимуляции, либо они неспособны сосредоточить внимание на одной задаче, поскольку стимуляция от всех раздражителей оказы­вается одинаковой,Риталин снижал порог чувствительности к проис­ходящим вокруг событиям, повышая его для стоящей перед ребенком задачи и позволяя сосредоточиться на ней.

В соответствии с этой гипотезой альтернативной немедикаментоз­ной формой помощи детям с ГРДВ является перестройка окружающей среды путем ее упрощения, уменьшения количества и интенсивности от­влекающих факторов, повышения ясности объяснений и четкости по­становки задач (Крайг Г., 2000.)

В. Махлейдт считает, что ГРДВ может проявляться и как следствие органического повреждения мозга, так и как самостоятельный психо­патологический (психиатрический) синдром, не связанный с органи­ческим повреждением мозга. Это аргументируется наличием аномалий в ЭЭГ и микроневрологических симптомов только у 39 % восьмилет­них детей, которые имеют повышенный риск развития психического расстройства. В случае патопсихологического ГРДВ он рассматривает­ся как признак незрелости нервной системы (Кискер К. П. и др., 199 (9).

В отечественной психиатрии гиперактивность описывается в рабо­тах Г. Е. Сухаревой (1998), которая рассматривает ее как незакончен­ность развития мозга, проявляющуюся н виде психомоторного беспо­койства, импульсивности в поведении. Ослабленность тормозящего влияния коры на подкорковые образования приводит к увеличению двигательной активности, избыточным движениям.

В. Дуглас связывает ГРДВ с недостаточным функционированием трех механизмов:

включающих организацию, поддержание непрерывности внима­ния и активной деятельности;

тормозящих импульсивное поведение;

модулирующих уровни активности в соответствии с задачей и ситуацией (Н. Н. Заваденко, 2005).

Существует ряд теорий, связывающих регуляцию внимания с пра-вополушарными структурами. Так, например, М. М. Месалам разра­ботал нейропсихологическую модель внимания, в которой важную роль в регуляции внимания играет правое полушарие. Внимание обес­печивается работой двух функциональных систем: матрикса внима­нияи вектора внимания.

Матрикс внимания обеспечивается мозговыми структурами, регу­лирующими общий объем воспринимаемой и перерабатываемой ин­формации, и связан с ретикулярной формацией.

Вектор внимания отвечает за направление внимания на различные мишени во внешнем и внутреннем (память) пространстве. Он связан с избирательным вниманием, регулируемом структурами неокортекса.

Поскольку повреждение правого полушария обычно приводит к сим­птомам игнорирования, то можно предположить, что оно играет веду­щую роль в регуляции внимания в экстраперсональном пространстве. Левое полушарие связано с направленным вниманием лишь в правой половине пространства. В связи с этим нарушения внимания при по­ражении левого полушария могут быть компенсированы при сохран­ности правого полушария, в отличие от обратной ситуации. Пораже­ния правого полушария также сопровождаются обычно состоянием спутанности, что может свидетельствовать в пользу роли правого по­лушария в общей регуляции внимания.

Сходство клинических симптомов ГРДВ с нарушениями, наблюдае­мыми у больных с повреждением лобной области мозга, прежде всего ее префронтальных отделов, позволило многим исследователям связать ГРДВ с дисфункцией передних отделов мозга. Префронтальные отделы также (в соответствии с концепцией А. Р. Лурия о трех функциональных блоках мозга) отвечают за программирование, контроль и регуляцию сложных форм психической деятельности, осуществляют управляющие функции в поведении человека. Важную роль в обеспечении активации мозга играют структуры первого, энергетического блока мозга.

На связь ГРДВ с возможной дисфункцией лобной области и право­полушарных и подкорковых структур указывают и данные исследова­ний, связанных с нейровизуализацией.

С помощью магнитно-резонансной томографии у детей с ГРДВ было обнаружено некоторое уменьшение размеров префронтальной облас­ти в правом полушарии.

Также было подтверждено нарушение связей между префронталь­ной областью и подкорковыми узлами (хвостатым ядром). Следует учи­тывать, что хвостатое ядро уязвимо с точки зрения гипоксии и ишемии в период новорожденности.

Анализ выполнения заданий на торможение и отсрочку двигатель­ных реакций с использованием функциональной магнитно-резонанс­ной томографии (фМРТ) показал снижение активации в лобно-меди-альных отделах правого полушария. На основании этого был сделан вывод, что поведенческое торможение осуществляется с участием пра­вой лобной области и ее связей с хвостатым ядром.

Нейропсихологическое исследование 50 детей ГРДВ и 30 нормально развивающихся детей 5-6 лет проводилось Т. Г. Горячевой и А. С. Сул­тановой (2005).