Чтение онлайн

– - Я поверю только твоему слову.
– твердо сказал д' Орсини. Попробуй объяснить мне, как это все могло получиться.

Харвей вздохнул.

– - Это мое письмо. Я написал его больше года назад, во время морской экспедиции к берегам Фомариона. Мне тогда удалось почти полностью выжечь укрепления порта Мерлок. Я отправил Дагмару донесение. Вот оно. Не даром на нем оторвана дата.

– - Не оторвана, а отрезана.
– методично уточнил Симон.
– А остальное, похоже, те бумаги, которые украли у твоего инженера? Петреса?

– - Сдается, что так.
– кивнул Харвей.
– Вместе они производят сильное впечатление. Выходит, будто я поджог собственные форты. Как говорил Вебран. Да еще письмо Дагмара, которое должно все подтвердить.

– - Зачем Кларенсу понадобился такой подлог?
– серьезно спросил д' Орсини.
– Чтоб передать его в Совет и предотвратить твою коронацию?

– - Возможно. Но это на последний случай.
– отозвался Деми.
– А сначала просто показать их мне и угрожать обнародованием, если я не стану выполнять приказы из Плаймара.
– Харвей помолчал.
– - Пока они хотят, чтоб мы убрали войска с границы Западной Сальвы. Ты знаешь, что последует за этим, я тоже. Резня. Что они потребуют в следующий раз, один Бог знает.

Д' Орсини собрал со стола документы.

– - Что ты намерен с ними делать?
– подавленно спросил Харвей.

– - Да ничего.
– рыцарь разом положил всю охапку в камин.
– Чего ты собственно ожидал? Что я пойду в Совет?

Консорт, как зачарованный, смотрел на вспыхнувшую бумагу.

– - Но ты имел полное право...

– - Ничего я не имел.
– покачал головой Симон.
– Есть вещи...
– он осекся.
– Мне трудно тебе объяснить. Много лет назад из-за моей недоверчивости казнили человека, который ни в чем не был виноват... Он только пытался спасти оставшихся в живых братьев Золотой Розы, а его обвинили в государственной измене.

– - Ты говоришь о Монфоре?
– уточнил Деми.
– Это его имя все так боятся произносить в при королеве?

– - Да, -- кивнул Симон.
– Но будет лучше, если Хельви когда-нибудь расскажет тебе сама.
– озабоченное выражение не исчезало с лица рыцаря.
– Я еще вот что хотел спросить: этот Кларенс очень опасен для нас, как я понимаю?

Деми кивнул.

– - И он не оставит попыток давить на тебя.
– скорее утвердительно, чем вопросительно произнес д' Орсини.
– Он был прокурором во время твоего дела в Плаймаре?

Харвей внутренне подобрался.

– - Значит у него полно всяких бумаг, чтоб втоптать тебя в грязь?

– - Более чем достаточно.
– нехотя признался консорт.

– - Тогда его надо убить.
– мрачно заключил Симон.

По губам Деми скользнула вымученная улыбка.

– - Я уже почти принял это решение, как раз когда ты вошел в дверь. Он полмесяца торчит у меня, как кость в горле.

– - Зря я его не убил.
– процедил сквозь зубы рыцарь.
– Одним мерзавцем было бы меньше.

– - Благими помышлениями...
– махнул рукой Харвей.
– Снег уже улегся, через неделю назначена охота на волков. Там все и решится.

– - Сир, доверьте это мне.
– попросил Симон.
– Вы не можете лишний раз подвергать себя риску.

– - Нет, -- покачал головой Деми.
– Это мое и только дело. Я и так слишком долго тянул.
– он улыбнулся рыцарю.
– Иди спать. Не о чем не волнуйся.

– - Не гоните меня, сир.
– сказал д' Орсини.
– Я могу спать даже на сдвинутых стульях. Просто, - он смущенно крякнул, -- я немного боюсь оставлять вас одного нынче ночью. Извините за прямоту.

Харвей вздохнул.

– - Можешь не просить прощенья.
– кивнул он.
– Знаешь, я и сам не уверен, что мне сегодня придет в голову.
– он выразительно пожал руку д' Орсини.
– Я буду очень благодарен, если ты останешься. В соседней комнате большой диван. Я прикажу постелить.

Через полчаса оба легли. Правда, отдохнуть в эту ночь им не удалось. Деми до рассвета ворочался и вздыхал, а Симон вздрагивал и просыпался от малейшего звука.

Спустя неделю, по хорошо улегшемуся снегу в предгорьях невысокого Гранарского хребта, с севера подступавшего к столице, прокатилась большая королевская охота. Волков подняли еще до рассвета и погнали на заливистый собачий лай через овраги, обледеневшие кусты орешника и незамерзающие каменистые русла рек. Временами серые хозяева леса, обезумев от преследования, выскакивали на непрочный, сносимый водой лед горных рукавов Сальвы. Порой проваливались в полные сухих сучьев канавы, с краев которых на них немедленно набрасывались охрипшие от лая псы.

Единственной опасностью для всадников, участвовавших в травле, была всхолмленная местность с многочисленными оврагами, на которой лошади легко могли сломать ногу. Однако из всех видов охоты Хельви предпочитала именно зимний гон волков и никогда не отказывалась от этого рискованного развлечения. Она почти не испытывала сочувствия к серым разбойникам, в голодную пору спускавшимся к городским предместьям и открыто нападавшим на деревни.

Даже на шестом месяце королева не отказала себе в удовольствии взобраться в седло, хотя и муж, и д'Орсини, и, уж конечно, епископ Сальвский уговаривали ее не мерзнуть, не скакать галопом, а лучше вообще остаться дома. Но это оказалось выше сил Хельви. Менять свои привычки, когда она, быть может, не доживет до следующей травли! Королева так и сказала обступившим ее вельможам, гневно глядя на них с высоты седла.

– - Умоляю вас, сир, -- прошептал отец Робер на ухо консорту, -- не отъезжайте от нее далеко и все время будьте рядом. Мало ли что может случиться.

Деми раздраженно кивнул. Выезд Хельви на охоту очень ему мешал, он не собирался долго скакать возле нее. У него были сегодня свои планы, не терпевшие помех. Но посмотрев на жену, бодро сидевшую верхом и уверенно правившую Пенкой, Харвей успокоился. В конце концов она сама знает, что делает. Зачем мешать человеку наслаждаться?

Ему удалось довольно быстро поотстать от основной массы охотников и оказаться в хвосте, где ехали те, кому официальный статус при гранарском дворе предписывал принимать участие во всех увеселениях августейших особ, но кто вовсе не рвался ломать себе шею по буеракам. Именно в толпе этих почтенных сановников и ехал новый посол Беота, укутанный в накидку из куньего меха поверх алого бархатного дублета.

Сэр Джозеф выглядел смурным и ни с кем не вступал в беседу. Странная история о том, как служащие резиденции нашли его утром привязанного к стулу в непотребном виде, быстро распространилась при дворе, и теперь Кларенс испытывал полное отвращение к любому разговору с окружающими. Даже появление рядом с ним лорда Деми не вызвало ожидаемого удовольствия, хотя консорт выглядел именно так, как должен был выглядеть после их прошлого разговора. Помятый, не выспавшийся, подавленный.

– - Созрел?
– с коротким нервным смешком осведомился Свищ.

Деми кивнул.

– - Привез?
– посол был явно не склонен к долгой беседе.

Но Харвей должен был во что бы то ни стало выманить его из толпы придворных и остаться один на один.

– - Я не знаю, что именно тебе нужно.
– сказал он.
– Чертежи или карты промеров дна...

– - Опять все сначала!
– с досадой вскинулся на него Свищ.
– Отъедем, поговорим.

Консорт едва сдержал себя, чтоб не выдать радость при виде разворачивающегося коня Кларенса.

– - Я с тобой никуда не поеду!
– наиграл он неприкрытую панику.