Чтение онлайн

Между Камероном и остальными завязалась перебранка. Было заметно, что щербатый, не смотря на замашки вождя, все же не пользуется в своем разношерстном отряде полной властью. Босуорт только хмыкнул, он скорее удавился бы, чем потерпел у себя в войсках такую дисциплину.

Наконец, Камерон зло махнул рукой, и двое воинов оттащили пленника в сарай, где и бросили, привалив для верность дверь камнями.

Откинувшись на старую, вмерзшую в землю солому, горец прикрыл веки и чертыхнулся. "Это надо же было так влипнуть! Не спас Феону, потерял собственную голову, а мальчишка уж явно замерзнет там под елками еще до вечера. Что я за дурак такой? Нет, не зря Хельви меня прогнала. Такому остолопу место на обледенелой ветке".

Прошел час. За ним второй. Без движения Босуорт замерз. Его связанные руки и ноги затекли. Мысли давно ушли из его головы. Она была совершенно пустой, точно выстуженной. Вдруг где-то справа за брошенной повозкой со сломанным колесом раздался слабый шорох. Потом еще и еще.

Босуорт с трудом повернул голову - шея тоже затекла - и увидел два знакомых круглых глаза ярко-орехового цвета под всклокоченной шапкой каштановых волос.

– - А это я.
– заявил Персиваль, выползая из-под телеги, за которой светилась дыра в стене, не больше кошачьего лаза.
– Смотри, чего я спер. мальчик покрутил перед носом у Дерлока увесистым ножом.

Горец не выдал ни своего удивления, ни восхищения. В конце концов он сам сказал пареньку, что вдвоем они кое-чего стоят. Босуорт только благодарно кивнул ему и протянул вперед связанные руки, а когда Персиваль с большим трудом перепилил веревку, забрал нож, чтоб освободить ноги.

– - Ну вот мы, кажется, почти в порядке.
– заявил он, вставая с пола.
– Пойдем, попытаемся выбраться отсюда.

И тут, как в дешевом представлении странствующего балагана, двери в сарай отворились и им навстречу ввалились человек десять молодых воинов. Немая сцена длилась с минуту, затем вышедший вперед Мак-Даган сказал:

– - Я вижу, ты и сам со всем справился. Мы пришли развязать тебя, потому что считаем, что ты должен драться с Камерном, раз бросил ему вызов.

– - Остальные тоже так считают?
– осведомился Босуорт, кладя Персивалю руку на плечо и задвигая мальчика себе за спину.

– - Не все.
– мрачно покачал головой Мак-Даган.
– В отряде, кроме нас, было 12 старых воинов. Шестерых ты убил. Осталось еще шесть, они на стороне Камерона.

– - И это вы называете отрядом?
– хмыкнул Дерлок.
– Воистину, горы вырождаются. Все приличные мужчины давно ушли вниз служить или обрабатывать землю, чтоб их семьи больше не голодали. Остались только мародеры вроде Камерона, не умеющие ни воевать, ни работать, и сколачивающие шайки из юнцов! Попробовал бы ты у меня в отряде поднять бунт. Я бы тебя повесил.

Он помолчал, глядя на пристыженных подростков.

– - Судя по цветам, вы все из порядочных кланов. Что вас понесло?

– - О нас забыли.
– зло бросил Мак-Даген.
– Сидим со стариками и женщинами дома. И так всю жизнь? Когда Чизелхолмы и Мак-Дуфы и спустились с гор и позвали всех желающих грабить долину, мы подумали: наше время.

– - Н-да, -- протянул Босуорт, окидывая взглядом зеленое воинство. Конечно, против заматеревших бандитов Камерноа эти мальчишки тянули едва-едва, но через пару-тройку лет и они станут вполне сносными солдатами для его отрядов в долине. Если выживут, конечно.
– Если я одержу победу над вашим главарем, -- сказал он, -- будете мне повиноваться и поможете справиться с его людьми?

Мак-Даган кивнул.

– - Но ты должен дать слово, что Камерон лжет, когда говорит, что ты предал наши роды.

Босуорт вздохнул.

– - Я помог кланам получить землю и жить бок о бок с другими людьми, пользуясь богатством равнины. А Щербатый опять загоняет вас в медвежьи шкуры. Верьте, кому хотите.

– - Идем.
– Дерлоку вернули оружие и вывели на улицу.

Персиваль все время жался возле своего грозного покровителя, видимо, не веря, что горцы не собираются нанизать его на меч.

Камерон и его воины уже ждали перед домом.

– - Эй, Босуорт, прикрылся сопляками?
– крикнул Щербатый.
– Думаешь мы не завалим тебя и молокососов?

– - Может выйдешь на поединок?
– устало предложил лорд, стягивая ножны со своего меча.

Камерон, подталкиваемый товарищами, вышел вперед, и воины закружились по небольшой утрамбованной площадке. Против Дерлока Щербатый был не боец. Босуорт завалил его с третьего удара на землю и, не став разбираться в вопросе, стоит ли предавать бандита суду клана, всадил ему в горло меч.

Все произошло быстрее, чем рассчитывали зрители. Двое бандитов Камернона кинулись на лорда, но он отразил их нападение, когда в дело вмешались мальчишки Мак-Дагана. Бывшие соратники Щербатого, отбиваясь, убили трех подростков, но и сами потеряли четверых, в основном благодаря Босуорту, конечно. Двое оставшихся в живых сдались на милость победителей. Дерлок сегодня явно был не склонен к милосердию и приказал их повесить.

– - Все вы станете воинами.
– сурово бросил он.
– Некоторые даже получат в Гранаре рыцарское достоинство. Пообещайте друг другу забыть о том, как начался для вас путь меча. Потому что нет на войне худшего греха, чем мародерство и участие в грабеже. Я, лорд Босуорт, узнал это, когда мне было уже за 20. Ваше счастье, что вы не успели еще хорошенько разойтись.

Потом Дерлок нашел Феону, которая наблюдала за всем происходящим из-за двери хижины, и помог ей выбраться на свет. Он приказал молодым воинам прочесать окрестный лес в поисках пятилетней девочки Молли.

– - Даже если она упала с обрыва и сломала себе шею, привезите матери тело.
– распорядился Босуорт.

Но Молли вовсе не собиралась ломать себе шею. Она весь день просидела на дереве и совершенно окоченела. Когда через два часа Мак-Даган передал ее Феоне, девочка едва дышала от холода.

– - Ничего, будет жить.
– попытался успокоить женщину Дерлок.
– В ней кровь Мак-Финнов, а значит она должна спокойно переносить морозы. Ты-то как сама?

– - Жива.
– мотнула головой Феона, кутая дочь в меховой плащ Босуотра и укладывая ее у огня.

"Достойная женщина.
– подумал про себя Дерлок.
– Не скулит и не жалуется". Даже сейчас, изможденная и напуганная, с грязным осунувшимся лицом, она оставалась очень красивой.

– - А давненько я тебя не видел такой оборванной.
– улыбнулся горец Феоне.
– С битвы при Колвилле, когда ты все свои тряпки пустила на бинты для раненых.

– - Да.
– протянула Феона, -- Я тоже давненько не видела тебя, Дерлок, с такой побитой физиономией.
– она слабо улыбнулась, и показалась ему еще прекраснее.
– Помоложе мы тогда были... Жаль, что все так грустно кончилось, я о Мак-Финне.
– женщина смахнула слезу.
– Вот теперь Молли... И за что меня дуру Бог так наказывает?

И опять Дерлок удивился, что женщина не говорит о себе. Только о муже и дочери.

– - Слава Всевышнему, еще с Персивалем ничего не случилось.
– она виновато заулыбалась.
– Привязалась я к нему, сил нет. Хоть чужое дитя, а все равно как свое.