Чтение онлайн

Он аккуратно двинулся к дому, стараясь до последней минуты укрываться за кустами подлеска. Голые ветки были плохой защитой, но его не заметили до тех пор, пока он не отворил дверь и не проник в дом. Первого горца, в изумлении вставшего ему на встречу, Дерлок сбил ударом в челюсть, второго обхватил рукой за шею и сломал ему позвоночник раньше, чем тот успел вскрикнуть. Но из-за клубов пара, валивших от очага, топившегося по черному, Босуорт не заметил третьего разбойника, лежавшего на низком топчане возле самого огня. Воин закричал, зовя на помощь товарищей, и тут же захлебнулся воплем, потому что Дерлок всадил ему меч в горло. Но было уже поздно. Он успел только схватить забившуюся в угол Феону за руку, но в дверях они налетели на ввалившихся в хижину горцев. Завязалась драка и, хотя Босуорт положил еще троих, перевес явно был не на его стороне.

Дерлока скрутили и выволокли на улицу, попутно надавав пинков по ребрам. Вокруг него собралась целая шайка.

– - Вот он! Камерон, смотри!

– - Эта скотина зарезала шестерых наших.

– - Вздернуть его! Вздернуть!

– - Перерезать ему сухожилия и выбросить в горы!

К Дерлоку, который уже смотрел на белый свет одним глазом, потому что второй, подбитый, у него заплыл, вразвалку подошел тот, кого называли Камероном. Невысокий малый с круглым рябым лицом и щербатой усмешкой. Видимо, он был здесь за командира.

Приглядевшись, горец с трудом припомнил этого парня, одного из рядовых лучников большого отряда, спустившегося когда-то вместе с ним в долину. В памяти всплыло также и то, что после первой же драки Камерона и пару его товарищей Дерлок приказал высечь за мародерство и вернуть награбленное крестьянам одной из долинных деревень. После этого случая часть горцев, недовольная таким отношением командира, повернула обратно. Среди них был и этот рябой.

Теперь они, кажется, поменялись местами. Малый, сощурив глаза, долго всматривался в разбитое лицо Дерлока и, наконец, издал удивленный возглас.

– - Ба! Да это же Босуорт. Собственной персоной! Кто к нам пожаловал. Один и, как я вижу, без охраны.
– в голосе Камерона послышалась угроза. Вот мы и свиделись, Дерлок. А я уж и не чаял.

Услышав грозное имя пленника, многие из горцев переглянулись и сгрудились еще ближе, желая быть свидетелями разговора своего предводителя с самим легендарным лордом Босуортом.

– - Все разбойничаешь?
– Дерлок сплюнул кровью на снег.
– Зачем ты напал на королевский отряд и увез женщину? Кажется, сейчас в горах нет голода, чтоб сбиваться в шайки и грабить на дорогах!

Резкий удар по лицу оборвал слова Босуорта.

– - Кажется! Тебе всегда кажется, Дерлок!
– закричал бандит.
– Ты совсем продался трусам из долины. Военную добычу называешь грабежом. Честное ремесло горца - разбоем.

Стоявшие вокруг воины согласно закивали, бросая на Босуорта враждебные взгляды.

– - Мы не разбойничаем.
– с чувством собственного достоинства заявил Камерон.
– Мы сражаемся за независимость своих кланов от диктата равнинных бри-сальвов. Этой нечистокровной сволочи, которой ты нас продал, запутавшись в юбках гранарсой потаскушки!

– - Ты говоришь о королеве!
– в бешенстве взвыл Дерлок, безуспешно стараясь освободить связанные руки.

– - Она нам не королева.
– бросил щербатый.
– Гранар - не королевство. Горцы сами по себе.

– - Ну да, -- с горечью хмыкнул Босуорт, -- голодные, оборванные, зазнавшиеся, ничего на свете не видевшие, кроме вонючих овец и крови на тупом оружии!

Сгрудившиеся вокруг горцы возмущенно загудели.

– - Я говорю правду!
– выкрикнул Дерлок.
– Если я лгу, зачем вы сняли сапоги с мертвых? У вас нет даже сапог!

Камерон снова ударил его в челюсть, а затем ногой поддых.

– - У нас есть сапоги.
– с издевкой заявил он.
– Хорошие кованные сапоги с королевских покойников. И это наша военная добыча. Правда ребята?
– он обернулся к своим. Те одобрительно шумели.
– А ты, Босуорт, ты - ублюдок. Предал наши законы. Сговорился с гранаркой о земле в долине. Веками те, на равнине, не могли нас сломать в открытом бою. Но вползли в сердце гор, как змеи. И ты показал им путь!

– - О чем ты говоришь?
– не выдержал Дерлок.
– Люди получили землю. Могут не голодать. Ездить по Гранару, куда захотят. Никто на них не нападает. Наши парни есть и в столице, и на севере, и даже на Мальдоре.

– - Вот именно.
– Камерон сжал кулаки.
– Ты разбросал горцев по свету, как сор. Нарушил наше братство. Теперь мы больше не кулак, способный отразить врага, а растопыренные пальцы, которые вывернут по одному. Семьи уходят с гор на твои хваленые земли в долине, бросают свои кланы, перестают подчиняться, вступают в браки с чужаками с равнины. Чистая сальвская кровь исчезает. Гранарцы губят нас!

– - Вы тоже гранарцы!
– рявкнул Дерлок. Ему стало не по себе от того, что Щербатый бросал ему в лицо слова, которые сам Босуорт часто бубнил под нос, когда находило настроение побрюзжать. А он вынужден был возражать именно то, что отвечала ему в подобных случаях Хельви.
– Законы клана великая сила, но если человек может прожить внизу один, значит для него пришло время слушаться других законов. Разве плохо, что люди из долины роднятся с нами? Это значит они приняли горцев как равных, больше не боятся, считают своими. Та женщина, которую вы похитили, она с равнины, но ее фамилия Мак-Финн, она вдова одного из наших, а вы надругались над ней.

Многие из стоявших рядом переглянулись. В горах не было принято нападать на своих женщин.

– - Посмотри на них.
– продолжал Босуорт, обводя глазами воинов Камерона, -- Кого ты собрал в отряд? Это же мальчишки. Те, кто успел вырасти за последние шесть лет, после того как мы ушли. Эй вы, ублюдки, это для вас первый поход?
– крикнул он переминавшимся с ноги подросткам.
– Вот ты, рыжий, в килте Мак-Даганов. Твой брат служит у меня в Гранаре заместителем и ест на серебре. Небось, домой не мало посылает? Почему ты не поехал к нему, а забрался в шайку? Силу захотелось попробовать?
– Босуорт снова повернулся к щербатому Камерону.
– - Ты их вяжешь первой кровью и первым насилием, сволочь. Небось, всех в очередь выстроил? Ну как же, они ведь впервые в жизни увидели бабу не из клана! Дикари.
– он плюнул под ноги.
– Были умники-командиры, которые и меня вязали также. Мне тоже в 15 лет дали в руки тупой меч и разрешили убивать в долине. Но и там люди!

– - Заткнись!
– Камерон схватил горсть снега и залепил ею в лицо противника.
– Или я вырежу твой язык! Сволочь и предатель здесь только ты. Остальные все достойные воины, включая и молодых.

– - Докажи.
– выплюнув снег, потребовал Дерлок.
– Развяжи мне руки и сразись со мной, как и предписывают законы, которые ты так защищаешь! Я, лорд Босуорт, хозяин Мак-Дуя, оспариваю у тебя право командовать этими сопляками.

Камерон только расхохотался.

– - Вздерните его!
– приказал он.
– Чего стоите? Я сказал.

Но обступившие их молодые горцы переминались с ноги на ногу.

– - Так не пойдет.
– наконец, мрачно заявил рыжий Мак-Даган, который, как видно, верховодил остальными подростками.
– Он из наших, с гор, и судить его может только сам клан. Так будет по закону.
– парень помялся. А женщину надо отпустить, раз она... вдова Мак-Финна.

– - Нет, вы и верно дикари.
– воскликнул Дерлок.
– Отпустите ее, отпустите. Выгоните ее оборванную на мороз, пусть идет! Если вы решили передать меня клану, то и женщина должна поехать со мной.