Чтение онлайн

Совсем иначе дело обстояло в Гранаре, где народ ходил с красными от земных поклонов лбами. При плаймарском дворе Деми, изредка испытывавший потребность причаститься, выглядел белой вороной. Зато в Гранаре он слыл едва ли не безбожником. Даже вечно занятый д' Орсини в принципе не понимал, как можно не сходить к исповеди в конце недели? А ведь командир королевской охраны тоже плясал тогда "Лилиен Бич" и был полон самых разнообразных сальвских суеверий. Либо он, Харвей, чего-то не понимает, либо мир, в котором живут окружающие люди, для них не так противоречив, как для него.

Монахи закончили петь литанию и вереницей двинулись через алтарь. В это время консорт увидел, как из купола на пол часовни упал широкий рассветный луч и в нем, словно соткалась из воздуха призрачная фигура, вставшая за спиной у Хельви. Харвей мог разглядеть лишь крылья и руки, легшие сзади на плечи молящейся королеве. Ударил колокол. Братья св. Гервасия двинулись из-за алтаря в обратный путь. Видение начало таять. Деми бросился к жене, но она уже сама поднималась с колен, ее лицо было светло и тихо.

– - С тобой все в порядке?
– консорт попытался подхватить Хельви на руки, но женщина остановила его жестом, показывая, что такой поступок в храме не уместен.

– - Мне хорошо.
– улыбнулась она, опершись на руку мужа.
– Так хорошо, как давно уже не было.

– - Кто это?
– Харвей не скрывал своего удивления.
– Лорд Монтаньяра?

– - Да, -- королева кивнула, ее губы дрогнули в нездешней улыбке.
– Он покровительствует дому гранарских королей и пришел, чтоб поддержать нас в трудное время. Хозяин светлой обители приказал отдать тебе его меч, который покоится здесь, под алтарем. Только так мы сможем противостоять "могильщикам".

– - Хельви, -- консорт приложил ладонь к ее лбу.
– ты явилась сюда ночью. У тебя может быть жар. Я вижу, как тебе трудно, и ты ничего не хочешь мне рассказать?

– - Давай вернемся домой.
– попросила она.
– Ты совсем застынешь здесь на ветру в одном халате и рубашке.
– молодая женщина окинула его взглядом с ног до головы.
– Что тебя понесло в часовню в таком виде?

– - Ты не ответила на мой вопрос, - Харвей сдвинул брови, -- как вообще в последнее время не отвечаешь ни на один вопрос, который я задаю.

Королева молчала до тех пор, пока они не вышли из часовни и не миновали холодную галерею. Уже брезжил рассвет, окрашивая подтаявший снег в парке розоватыми отблесками. Над темной полосой голых лип появилась малиновая борозда, разрезавшая серое небо.

– - Есть вещи, которые просто невозможно рассказать.
– произнесла Хельви, поднимаясь вверх по ступенькам.
– До того как встретиться, у нас была долгая жизнь, и ты ведь далеко не все говоришь мне о себе. Не так ли?
– женщина вскинула на мужа усталые глаза.
– Иначе многих нынешних неприятностей удалось бы избежать.

Деми проглотил комок в горле.

– - Ведь я просила тебя тогда подождать.
– продолжала она.
– Рано или поздно нашелся бы способ выставить Кларенса из страны... А ты рубанул по той нити, конца которой не знает никто.

– - Хельви, -- консорт почти до боли сжал ее локоть, -- поверь, не рубить по этой нити было бы еще хуже.
– твердо закончил он.

Ее губы сложились в скептическую усмешку.

– - Хуже будет завтра.
– веско произнесла она.
– Или послезавтра. Ты имеешь полное право знать то, что знаю я. Более того - в этом твоя святая обязанность. Но учти, после моих признаний меньше вопросов у тебя не станет.

Глава 2

Они миновали спальню, гардеробную, будуар и оказались в маленькой молельне. Под темным распятьем и узкой зеленовато-золотой иконой старо-монсальватского письма стоял аналой и бархатная скамеечка для преклонения колен. За ними у самой стены возвышался ларь черного дерева, инкрустированный слоновой костью. Толстая в тяжелом золотом переплете Библия оказалась открыта на Откровении Иоанна Богослова. Молодая женщина провела пальцем по выпуклому корешку, который, оказывается, открывался, как дверца, и извлекла из него увесистый ключ. Подступив с ним к черному ларю, она долго возилась с проржавленным замком, пока муж не отодвинул ее в сторону.

– - Дай-ка.
– Деми отобрал у Хельви ключ и со зверским выражением лица нажал на старое железо. Замок крайне недовольно заскрежетал и подделся грубой силе.
– Кажется, ты его давненько не открывала?

– - Десять лет.
– серьезно отозвалась Хельви.

– - И там лежит что-то ценное?
– с сомнением осведомился у нее муж. Что-то такое, без чего ты спокойно прожила все свое царствование, но что необходимо хранить аж в молельне, спрятав ключ в корешок Библии?

– - Одна из самых ценных вещей, которые у меня есть.
– кивнула королева.

Она откинула крышку. Ларь оказался почти пуст, только на дне лежал сверток темного бархата, завязанный витым золотым шнурком.

– - И это все?
– фыркнул Деми.
– Я-то думал. В таком сундуке мы бы с тобой поместились вдвоем.

– - Тише.
– Хельви без тени улыбки извлекла содержимое своей святая святых, развернула бархат и протянула мужу длинный не фаррадский кинжал-трехгранник.
– Посмотри внимательно, -- сказала она, -- там на лезвии.

Харвей приблизил тонкую сталь к глазам. У ручки виднелось золотое клеймо: саламандра в треугольнике.

– - Этим кинжалом десять лет назад был убит мой дядя король Филипп, -медленно произнесла женщина. Убийц мы не нашли. Вернее не догнали. Они успели бежать из Изора на фаррадском корабле, когда наши передовые отряды после захвата столицы ворвались в город.

Деми повертел кинжал в руках.

– - Что это доказывает? То, что Кларенс принадлежал к числу "могильщиков", как вы их называете?

– - Это еще не все.
– остановила его Хельви.
– В тот год совпали два события: свержение короля Филиппа в Гранаре и булла папы Гильдебранта об уничтожении ордена Золотой Розы. После разгрома братства его земли достались сопредельным королевствам. Гранарской короне в первую очередь, потому что мой дядя сразу же поддержал святой престол, надеясь на часть богатств ордена. Внешне конец Золотой Розы и гибель короля-миротворца не были никак связаны.
– она надолго замолчала, глядя на кинжал.

– - Но связь была?
– осторожно подтолкнул ее Харвей.

Королева вздрогнула, словно голос мужа вывел ее из оцепенения.

– - А что ты вообще знаешь о разгроме Золотой Розы?
– вдруг спросила она.

Деми развел руками.

– - То же, что и все.
– Папа зарился на богатства ордена и обвинил братство в ереси. Рыцарям приписали колдовство, жертвоприношения, дьяволопоклонничество и другой бред. Лишь немногим удалось спастись. Остальные были схвачены, показания выбивали под пытками... Что ты мотаешь головой?
– Деми заметил, как королева, сидя напротив него, отрицательно качает головой.
– Что ты хочешь сказать?