Сережа задремал в кровати,Со службы «прапорщик» пришел,И Вы велели быстро КатеК обеду накрывать на стол.А мне довольно скучно было,Зевоты я сдержать не мог,Присел, взял ручку и чернилаИ написал Вам восемь строк.1920 г. 5 мая. Среда.Москва
О. Л. Леонидову. В альбом («Промчится быстро жизнь неистовая…»)
В альбом
Промчится быстро жизнь неистоваяИ на закате Ваших лет,Страницы эти перелистывая,Вы мой найдете легкий след.Черемухой повеет в комнатеИ вздоха Вам не уберечь,И с умилением Вы вспомнитеМинуты наших ранних встреч.1920 г. 8 мая. Суббота.Москва
«Прозрачно небо… Даль ясна…»
Прозрачно небо… Даль ясна…День напоен теплом и светом…Какою нежною веснаЯвилась к нам в апреле этом!Окутал ветки свежий пух,И окна и сердца раскрылись,И юркий крошечный лопухИз-под ворот на солнце вылез.Во всем восторг и торжество,День отдала весна во власть им,И счастьем веет от всего,И даже воздух пахнет счастьем.<28 июля 1920 г. Среда.Кантаурово, Нижегородская губерния.>
Истинное происшествие («Я вышел от прелестной Вари…»)
Я вышел от прелестной ВариИ, Сивцев-Вражек миновав,Сел на Пречистенском бульвареВдыхать осенний запах трав.И замирая от блаженства,Я был душой почти в раюИ думал: «Варя – совершенство!Она украсит жизнь мою!..»Изнемогая в страстной дрожи,Я все на свете позабыл,Тот миг мне был всего дороже,Я на десятом небе был.Но вдруг на самом сладком местеБлеснула мысль в уме моем,Что Тата с Катечкою вместеТеперь на даче и вдвоем.Они целуются бесспорно,Воркуя словно голубки,И я, рассвирепев, упорноСтирал о гравий каблуки.Моя душа набухла злостью,В ней стало сыро и темно,И я огрев скамейку тростьюПоехал к музам в «Домино».1920 г. 18 августа. Среда.Москва
«Томительные дни сомнения и лени…»
Томительные дни сомнения и лени…От жуткой пустоты душа изнемогла…Перед грядущей тьмой клоню в тоске колениВ уединении домашнего угла.А осень шелестит шелками покрывала,Шуршит валежником по травам шлейф влача;Тупая боль души еще не миновалаИ сердце ночи ждет как смертник палача.И хочется вослед за стаею утинойПокинуть берега для глуби мутных вод;Бестрепетен покой под выцветшею тинойИ сладок поцелуй забвения… И вотНе верю, не ищу, не знаю даже надо льНадеждою встречать улыбку поутру,Когда моя душа как лиственная падальМятется, трепеща, на жизненном ветру.<23 августа 1920 г. Понедельник.Москва>
«О, неизбежность наших встреч!…»
О, неизбежность наших встреч! —В прозрачной влаге пена яда…Как трудно сердце уберечьОт слишком ласкового взгляда!Прикосновенья жадных рукЕще робки, но не случайны,И с каждой встречей уже кругПод покрывалом сладкой тайны.Душа предчувствием жива,Надежды скрыты не в кольце ли?И рвутся мыслей кружеваНе достигая самой цели.Движенья медленные лгут,Они должны быть нежно-грубы,Когда так близко стерегутСлегка накрашенные губы.<24 августа 1920 г. Вторник.Москва>
«Истомной лени я…»
Истомной лени я Не одолею,В тупом томлении Мечту лелею.Душа взволнована, Ей сон неведом,Уже давно она Пленилась бредом.Томишься в зале ты Ненужной верой,И чувства залиты Тоскою серой.Ах, если можно мы, Готовя встречуС пустыми ножнами Пройдем сквозь сечу.И алый прах от ног Стряхнем легко мы,В просторах бархатных К любви влекомы.1920 г. 26 августа. Четверг.Москва
«Какие силы водят мной?!…»
Какие силы водят мной?!.Зачем иду к тебе я, осень?!.В саду тоскливо и темно,А только без четверти восемь.Глядят из каждого углаНасторожившиеся тени;Душа любви не сбереглаИ обессилела в смятеньи.И вот – остывшая – одна,Она в самодовольстве лживомНичьим волненьям не роднаИ не близка ничьим порывам.О, как ничтожен жребий мой:Отдать поклон соседке-девеИ не спеша идти домой,Когда часы покажут девять!..<27 августа 1920 г. Пятница.Москва>
«И тишина… И слабо пахнет мятой…»
И тишина… И слабо пахнет мятой…И полумрак ревниво озаря,Ее косы растрепанной и смятойСквозь тюль гардин касается заря.Ах, после ласк любовь еще дороже,Ясней глаза и щеки розовей,И гуще синь в мгновенья легкой дрожиПод траурными нитями бровей.<23 сентября 1920 г. Четверг.Москва>
«Самое близкое сердцу – осени, зимы и весны…»
Самое близкое сердцу – осени, зимы и весны,Самое лучшее в жизни – сумерки, ночи и дни;Пусть майским утром деревья благоуханны и роены,А в сентябре на закате ржавы и чахлы они.Есть красота и в недуге; мне одинаково милыШумная вешняя радость, строгий осенний покой;О, чаровница-природа, прелести символ и силы,Вечно была ты прекрасной, вечно и будешь такой!Где в этом мире лукавом лучше найду я подругу?Кто беззаветней полюбит? Кто приласкает нежней?Ты лишь одна улыбнешься в миг безнадежности другу,Ты лишь одна не изменишь мне до конца моих дней…<9 октября 1920 г. Суббота.Москва>
«Вчерашний день казался мне пустым…»
Вчерашний день казался мне пустым,Я тщетно ждал, чтоб нежное светилоИздалека сияньем золотым Меня слегка озолотило.Но день был сер и властвовала мгла,Текли часы и капали минуты,И все душа смириться не могла, Что к свету ей пути замкнуты.1920 г. 22 ноября. Понедельник.Москва