Среди бар и мужиков,При прощаньи и при встрече,Наш советский ХлестаковНе обходится без речи.Но каков бы ни был фон,Тот же ляпает узорецВсесоюзный грамофонИ всемирный «миротворец».<23 мая 1960>
«Юпитер сердится, а значит он не прав…»
Юпитер сердится, а значит он не прав: —В земную метя цель, попал он пальцем в небо,Но смертным для чего показывать свой нрав,Ведь на Олимпе есть жена-богиня Геба.Так вознесись туда и, лежа на печи,Там громы ты в нее и молнии мечи.<25 мая 1960>
«Целый день ты трешься средь собак…»
Целый день ты трешься средь собак,Надрываясь в «пиль», «тубо» и кличках,А стемнеет – тащишься в кабак,Хоть живешь у черта на куличках.Чтобы псам в развитии помочь,Ты завел особенные баки,Став физиономией точь-в-точьНекиим подобием собаки.А на людях, всем наперекор,Ты с шпионско-сыщицких романовСразу переводишь разговорНа бульдогов и на доберманов.А когда под ой-ру и матчишВкруг пойдет наполненная чарка,Ты от удовольствия рычишьСловно волкодав или овчарка.Нет, брат, нужно дело и досугСообразовать в созвучьи с веком!Разве ты средь кобелей и сукСделаешься новым человеком?..Ты от жизни прячешься в кусты,Так нельзя, брат!.. Сядь-ка, да побачим:Ведь совсем окобелился ты,Пребывая в обществе собачьем.<26 мая 1960>
«Ясень, осина, береза, ольха…»
Ясень, осина, береза, ольха…Небо к востоку чуть-чуть розовеет,Ветер отсутствует, роща тиха,Лишь предрассветною свежестью веет.И через миг ты почувствуешь вдруг: —Явь это – сон, а действительность – греза,Если тебя обступили вокругЯсень, осина, ольха и береза.1 июня 1960
«Я – не я, и лошадь не моя!..»
«Я – не я, и лошадь не моя!..»Этот постоянный наш девизДаже в чужеземные краяНыне отправляется без виз.Для чего нам думать да гадать,Ведь с горы что надобно видней,Если свет, так это – благодать,Если тьма, – мечтали мы о ней.Нынче этак, послезавтра так,В среду – да, а в понедельник – нет,Что в апреле ценится в пятак,В мае будет стоить сто монет.Подан знак и сразу все встают,И, подобострастья не тая,Хором, как положено, поют:«Я – не я, и лошадь не моя!..»<4 июня 1960>
«У нас с тобой сегодня праздник, Муза…»
У нас с тобой сегодня праздник, Муза:Пятидесятилетие союза,В который мы с волнением в кровиНа утре лет вступили по любви.Свершилось как бы жизни озаренье,Когда в шестнадцать строк стихотворенье,При помощи твоей, из мира грезВпервые я в тетрадку перенес.И пусть не раз, не два за эти годыНас на пути встречали непогоды,Но средь тревог, тоски и темнотыМеня всегда поддерживала ты.Мы прожили полвека не впустую,И нынче нашу свадьбу золотуюПриветствуют великолепный деньИ распускающаяся сирень.11 июня 1960
«Что ты жадно глядишь из окошка…»
Что ты жадно глядишь на дорогу…
Н. А. Некрасов
Что ты жадно глядишь из окошка,В стороне от бездомных подруг,Видно, ты растревожилась, кошка,Что глаза твои вспыхнули вдруг?И зачем, громыхая бутылкой,Ты за мухою прыгаешь вмиг?На тебя с глуповатой ухмылкойЗагляделся прохожий мужик.На тебя заглядеться не диво,Утащить тебя всякий не прочь;Скачут резвые блохи игривоПо спине твоей черной как ночь.Не гляди в переулок Калашный,Зазевавшихся мух не лови,И такою закускою страшнойДобровольно себя не трави.Зря своих коготков не топыря,Ты уймись, желтоглазая Пыря:Мухи сдохнут к зиме, а мужикЛовит кошек, чтоб сшить воротник.1962 г. 19 сентября. Среда.Москва
«Кверху ушки оттопыря…»
Кверху ушки оттопыря,Вороша за шкафом хлам,Грациозно скачет ПыряПо скамейкам и столам.Не капроновую юбку,Ей природа для красыСшила бархатную шубкуИ приклеила усы.А когда ее дремотаКлонит долу, в полуснеМне она мурлычет что-тоИ ласкается ко мне.И за песенку и ласкуЯ сегодня воспоюЧерношерстку златоглазку, —Киску милую мою.1962 г. 15 декабря. Суббота.Москва
Д. И. Шепеленко («То поясница, то коленка…»)
Надпись на книге
То поясница, то коленка,То ноет здесь, то там болит,А значит, Дмитрий Шепеленко,Теперь я тоже инвалид.В такие годы – тут хоть тресни! —Мы по велению судьбыПриобретаем и болезниИ, кстати, палку для ходьбы.Так пусть поэзия поможет: —Ведь вместо жирной требухиНам запретить никто не можетВкушать нежирные стихи.И Вам свою вручая дочку,Которой тридцать восемь лет,Я в заключенье ставлю точкуИ шлю лирический привет.1964 г. 22 марта. Воскресенье.Москва
М. М. Марьяновой («Извините Бога ради…»)
В альбом
Извините Бога ради,Что до нынешнего дняВы в автографной тетрадиОбходились без меня.Прогоню сейчас же лень яИ уже без промедленьяЗалатаю сей пробел,О котором так скорбел.И со мною, не старея,В ритмах легкого хорея,Заведут свой хороводРифмы звонкие – и вотДля сердечного поминаСтроки стройные весьмаОт поэта Ник-Ник-МинаПоэтессе Ма-Ми-Ма.1964 г. 12 мая. Вторник.Москва
А. Я. Марееву («Почти что год, как на прощанье…»)
Почти что год, как на прощанье,Перед собой и мной греша,Ты повторяешь обещаньеМне дать напиться из ковша.Но, видно, требуется чудо,Или настырность Лейб и Мовш,Чтобы извлек ты из-под спудаНа воздух кованый свой ковш.Не маг я и не из евреев,Я как и ты русак-москвич,Ах, Саша, Саша!.. Ох, Мареев!..Эх, Александр Яковлевич!..1964 г. 9 июля. Четверг.Москва
Стихи неизвестных лет
«Облаков белоснежные нити…»
Облаков белоснежные нитиОт закатных лучшей розовея,В победившей лазури паритеСновиденьями сладкими вея.Убаюкайте тенью надеждыУтомившихся в жизненной битве,И сомкните усталые веждыДень проведших в труде и молитве.И когда на траве заблистаютЛетней ночи алмазные слезы, —Вы бесследно растайте, как таютОбманувшие юные грезы.