Чтение онлайн

– Когда мы поженимся?

Она подняла голову и заглянула ему в глаза:

– Тебе вовсе не обязательно жениться на мне. Учитывая мое прошлое, ты рискуешь нарваться на грандиозный скандал. С меня довольно и того, что я буду твоей любовницей.

– Да, но мне этого мало, - возразил Николас. Коса Мадлен расплелась, и ее волосы рассыпались по груди Николаев. Он погладил темные локоны, а затем наклонился и поцеловал женщину в лоб. Мэдди была уже немолода, лицо ее избороздили морщины, но он все равно любил ее.

– Всю жизнь, - заговорил он, - всю свою жизнь я исполнял долг в Хазелдауне, старался держаться как достойный член семьи Фарнсвортов. А теперь, знаешь ли, мне хочется хоть что-то сделать для себя.

Усмехнувшись, Мадлен крепче прижалась к нему.

– Что ж, если к утру ты не передумаешь, то мы подробнее обсудим твое предложение.

Засыпая, Мадлен подумала, что утром надо будет непременно сказать Диане, что в своих покровителей все же можно влюбляться.

***

За те годы, что Диана знала Мадлен, она видела свою старшую подругу в разных состояниях - от глубокого отчаяния до тихой меланхоличной грусти. И вдруг девушка впервые увидела, что Мадлен так и светится от радости. Всю следующую неделю лорд Фарнсворт провел в их доме. Поскольку он сам занимался всеми делами, касающимися поместья, то не мог отсутствовать слишком долго, особенно летом, поэтому ему все же пришлось уехать на некоторое время. Фарнсворт был жизнерадостным человеком, живым в словах и поступках. Иногда он весело смотрел на Мадлен, и Диана мечтала о том, чтобы и Джерваз бросал на нее такие же, а не мрачные и тяжелые взгляды.

Когда лорд Фарнсворт уехал, дом непривычно затих, поэтому Диана с радостью приняла Франсиса Брэнделина.

Хоть молодой человек и был, как обычно, вежливым и очаровательным, но держался чуть развязно, и Диана догадалась, что он немного пьян. Может, он выпил для храбрости? За чаем они вели отвлеченный разговор, и Франсис вовсю расхваливал булочки, хотя ни одной не попробовал. Он напомнил девушке ее сына - мальчик точно так же вел себя, когда хотел что-то скрыть.

Решив, что настало время раскрыть карты, Диана налила себе еще чаю и спросила напрямую:

– Франсис, может, ты хочешь что-то обсудить со мной?
– Они быстро перешли на "ты". Откинувшись на спинку стула, Диана уверенно добавила:

– Ты же знаешь: все, что ты мне скажешь, останется между нами.

Осторожно поставив чашку, молодой человек неуверенно произнес:

– Я знаю. Но.., об этом все еще нельзя говорить .

– ..Потому что, - продолжила за него Диана, - слова имеют большую силу, и если ты произнесешь их вслух, то твои страхи могут оправдаться?

Помолчав, он улыбнулся:

– Наверное, так и есть. Ты прекрасно все понимаешь.

– Да нет, дело не в том, - с сожалением сказала девушка.
– Это опыт. Я тоже часто не могу произнести того, что надо бы сказать.

Франсис вопросительно посмотрел на нее, но сейчас было не время говорить о проблемах Дианы.

– Конечно, страхи могут оправдаться, но ведь можно и освободиться от них именно потому, что слова имеют большую силу, - промолвила девушка.

Встав из-за стола, Франсис начал метаться по комнате, а затем остановился у окна.

– Да знаю я, Диана. Думаю, именно поэтому я хочу рассказать тебе о моей.., слабости. Может быть, излив тебе душу, я смогу освободиться?..

Диана подошла к Франсису и встала сбоку от него.

– Ты хочешь сказать, на балу о тебе говорили правду?
– подсказала девушка.

– И правду, и не правду, - Франсис с трудом сглотнул.
– Мальчишки, попадающие в школу, оказываются оторванными от всего, к чему привыкли в домашней жизни, и над ними нередко начинают издеваться старшие ученики. Поэтому младшие могут.., очень подружиться. Иногда они ведут себя несколько.., ну-у-у противоестественно.
– Франсис повернулся к Диане:

– Большинство мужчин спокойно переживают это, а потом прикидываются, что в прошлом ничего такого не было. Они с презрением относятся к подобным вещам и к тем людям, которые этими вещами занимались или занимаются...

– Но ты не переменился?
– ласково поинтересовалась Диана.

– Нет, я не переменился, - равнодушно ответил Франсис.
– Я надеялся, молился, чтобы меня оставили.., противоестественные желания. Взрослым я ничем подобным не занимался, но это не важно. Желание по-прежнему во мне.
– Пожав плечами, молодой человек смотрел перед собой отсутствующим взглядом.
– Ирония в том, что я не похож на других мужчин. Мне нравятся женщины, правда нравятся...
– Он робко взглянул на Диану:

– Ты, например.
– Франсис вновь отвернулся от нее.
– Но я не хочу.., заниматься с ними любовью. И не только Итон... Я думал, что родился таким и никогда не стану мужчиной, которого можно считать нормальным.

Диана начала догадываться:

– Но недавно что-то изменилось, не так ли?

– Ты и в самом деле все понимаешь.
– Повернувшись к окну, он безучастно смотрел на улицу.
– Вернувшись из университета, я стал вести себя, как обычно ведут себя молодые люди моего круга - ходил на балы, флиртовал с девушками, хотя никогда не заводил дела слишком далеко. И все же я надеялся, что однажды встречу девушку и смогу страстно полюбить ее, то есть жажда любви была в моем сердце. Я надеялся, верил, что все будет хорошо, но.., этого не произошло.

– И потом...
– подсказала Диана.

– Я и в самом деле страстно влюбился.
– Он крепко сжал челюсти и, помолчав, добавил:

– Но не.., не в женщину.

Диана ничего не знала о таких вещах, но она сочувствовала Франсису и надеялась, что сможет сказать нужные ему слова:

– А он.., он отвечает тебе взаимностью?

– Мы никогда не говорили об этом.
– Франсис теребил край парчовой портьеры.
– Он на несколько лет старше меня и более опытен. Думаю, мы с ним.., одинаковые... Если мы с ним просто вместе стоим или беседуем, окружающие не замечают ничего особенного... Зато, когда он смотрит на меня.., у него такой взгляд...
– Его голос сорвался.

Только теперь Диана поняла все до конца, но не видела в том, что рассказал Франсис, ничего дурного. В голосе молодого человека была такая любовь, которая.., ничем не отличалась от любви Джерваза к ней или Николаев к Мадлен... Диана не могла поверить, что любовь может быть злом.

– Ужасно, что ты не можешь спокойно говорить об этом. Жаль, что, узнав, над тобой будут издеваться, - сочувственно заговорила девушка.

Тонкие пальцы Франсиса крепче сжали портьеру.

– Дело не только в том, что надо мной станут смеяться. То, о чем мы говорим, - тяжкое преступление. Мужчин каждый год отправляют за такие вещи на виселицу. Человек может лишиться жизни только по подозрению.

Ах, если бы она только знала об этом побольше! Диана нерешительно спросила:

– А в других странах?.. То же самое? Франсис отпустил портьеру.

– Нет, мне кажется, Британия - самая невыносимая страна. Древние не считали любовь между существами одного пола грехом. Даже сейчас в Греции и Италии к этому относятся более терпимо. Слышал, некоторые англичане уехали туда, чтобы жить спокойно. Может, это и есть единственный выход?

– Возможно, тебе стоит посоветоваться с твоим.., другом. Кто знает, может, он захочет поехать с тобой...
– предложила Диана.
– В Италию или Грецию.