Чтение онлайн

Так и на сей раз я брела вдоль могильных холмов с покосившимися крестами, позабыв о мире живых — оказалась в мире мертвых. Призраки отвечали на мои приветствия. Души печальные, страдающие, счастливые — вечный покой и вечная боль сменяли друг друга.

Вдруг кто-то накинул мне удавку на шею. Я попыталась закричать, но почувствовала, что лишь хватаю воздух. В глазах потемнело, сознание покидало меня. Вдруг удушье резко ослабло. Вырвавшись, я упала на колени и увидела, как рука в черной перчатке ловко перерезает горло нападавшему.

— Простят меня мертвые, что осквернил их землю, — произнес мой спаситель.

Первые лучи осветили его лицо, предо мной стоял князь Долгоруков, печально взиравший на поверженного врага.

— Благодарю, — неуклюже произнесла я, поднимаясь.

— Теперь понимаю, какая сила заставила подняться до рассвета и отправиться на кладбище! — воскликнул он. — Право, начало казаться, что мистические искания свели меня с ума… Любопытно, кто ваш "приятель"?

Не представлялось возможным удовлетворить любопытство князя. От пережитого волнения, я даже не смогла произнести ни слова.

— Не абрек, судя по одежде и наружности, на грабителя не похож, — задумался Долгоруков, вытирая кинжал платком, — не посыльный ли достопочтимого проповедника брата Генриха?

— Брат Генрих оказался весьма любезен со мною, — робко возразила я.

Долгоруков, вздрогнув, насупился, вызвав мое недоумение. Потом Ольга объяснила мне, что, испытывая ко мне сердечную склонность, князь мог неверно понять слово "любезен".

— Комедиант! — с презрением произнес мой поклонник, пнув тело поверженного врага. — Лицемер! Прошу вас, держитесь от него подальше. Слащавые речи влекут за собою нож в спину!

В словах князя прозвучала истина.

— Вы правы, простите, я слишком наивна, — ответила я взволнованно, — Еще раз благодарю за спасение…

— Право, не стоит, мадемуазель, — улыбнулся мой спаситель, — уверяю вас, что расцениваю случившееся как величайшее везение!

Кажется, я покраснела.

Мы поспешили поделиться с Константином нашими новостями, оставив труп на попечение кладбищенского сторожа. Ужас еще не отпустил меня. Кому понадобилась моя смерть? Неужто обезумевшему фанатику, который сжег деревенскую ворожею? Или хладнокровный корыстный убийца, опасающийся моих видений? Но почему погибшая ведунья больше не говорила со мною?

Из сумрака могил

Из журнала Константина Вербина

Получив тревожную новость о покушении на Аликс, я немедля отправился отсмотреть труп злодея. Александра вернулась к Ребровым, дабы не напугать Нину своим внезапным отсутствием.

— Что скажете? — поинтересовался Долгоруков.

— Горло перерезано превосходно, — мрачной шуткой я вновь благодарил князя за спасение Аликс.

Князь смущенно промолчал.

— Весьма странно, — задумался я, — человек холеной внешности, взгляните на его руки… Да и его костюм непригоден для странствия… Наемный убийца? В наших краях для этой роли куда пригоднее ловкие абреки.

— Неужто из свиты брата Генриха? — предположил князь.

— Возможно, пред нами чей-то преданный слуга, — задумался я, — но вот из чьей свиты? Тут уж вопрос не столь прост…

Я обратил внимание на тонкую черную ленту-удавку, которую мертвец сжимал в руках.

— Он напал на Аликс не с ножом, — отметил я.

Неужто для того, чтобы не пролить кровь ведьмы на кладбищенскую землю, а потом сжечь тело? Я поморщился.

— Обряд безумцев! — князя посетили похожие мысли.

— Не стоит спешить с выводами! — прервал я пыл Долгорукова, который был готов немедля отправиться к брату Генриху и предъявить публичные обвинения.

Возможно, нападавший не желал убивать Аликс. Удавкой можно не задушить насмерть, а всего лишь заставить жертву потерять сознание.

— А к чему медлить? — пылко возразил он.

Рука князя сжала эфес сабли.

— Мой друг, у меня внушительный список подозреваемых, — напомнил я, — если все наше внимание будет обращено к фанатику, можно упустить истинного убийцу…

— Вы правы, — сконфуженно произнес Долгоруков, — но проповедник…

— Буду вам весьма признателен, если вы попытаетесь не спускать глаз с брата Генриха, — просьба не делала князю одолжения, подобная помощь была незаменима, — увы, жандармы Юрьева не особо внимательны…

Я решил не добавлять, что у господ жандармов попросту нет личных причин для пристального внимания к персоне фанатика.

Беседы с подозреваемыми не принесли желаемых результатов. Абсолютного алиби не было ни у кого, каждому в предполагаемое время убийства вдруг вздумалось выйти в парк подышать свежим вечерним воздухом. Лишь серёжка Лизаньки оставалась единственной осязаемой уликой, но я повременил с выводами, решив не предавать новость о находке огласке.

Дабы передохнуть после вынужденных бесед, я отправился к колодцу с Нарзаном. Сделав несколько глотков воды, я почувствовал, как утраченные силы возвращаются ко мне.

— Доброго вам дня, Вербин, — прозвучал приветливый голос.

Я поперхнулся, узнав по интонации брата Генриха. Учитывая тревожное происшествие этого утра, мне стоило больших трудов дать вежливый ответ на любезное обращение.

— Благодарю, брат Генрих, — произнес я учтиво, — увы, сегодняшнее утро принесло мне немало огорчений…

Вопреки моему ожиданию, проповедник и бровью не повел, и его лицо ответило мне гримасой искреннего сочувствия.

— Как это ужасно! — воскликнул он. — Не знаю, как выразить свое негодование!

Генрих вздохнул, сетуя на безысходность нашего жестокого мира. К моей радости, он не изменил своему правилу проповедовать только в кругу избранных, и удалось избежать занудных высказываний, которые столь любят новомодные проповедники.

Наша короткая беседа завершилась. В стороне я заметил Долгорукова, весело болтавшего в компании молодежи. Когда проповедник скрылся из виду, князь подошел ко мне.

— Готов представить донесение о сегодняшнем времяпровождении брата Генриха, — шепнул он, передав конверт, — отыскал осведомителей, которые наблюдают за господином проповедником в различных уголках Кисловодска… Увы, на сегодня ничего важного — обычный распорядок курортника… А ночь слежки оставлю для себя…

Оставалось порадоваться, что князь держит обещание наблюдать за Генрихом, причем ведет слежку весьма умно.

— Благодарю! Весьма недурно! — похвалил я. — Могу рекомендовать вам только послеполуденный сон, дабы набраться сил перед ночной прогулкой… По себе сужу, стоит не выспаться, так ни на что не годен!

— С вами не поспоришь! — согласился Долгоруков.

Мы отправились вдоль парковой аллеи, и вскорости забрели весьма далеко от излюбленной для прогулок водяным обществом местности. Журчание реки заглушало наши неспешные речи. Вновь знакомое беспокойство. Шум воды приносящий умиротворение, заставляет насторожиться того, кому довелось странствовать по опасным горным тропам. Журчание воды способно заглушить шаги ловкого врага. Странное предчувствие, вызванное опытом бывалого следопыта. Рука сама потянулась к пистолету в кармане сюртука. Я перевел взор на князя, удивительно, но мое беспокойство во взгляде мгновенно передалось ему. Этот малый не так-то прост!