Незримого Начала Тень
Шрифт:
— Мои осведомители следили за "инквизиторами", — ответил Генрих, — мы не носим отличительных мундиров, поэтому легко слились с водяным обществом.
— Любопытно, как "инквизиторы" освоили подземные дороги? — спросила Ольга.
— Выведали у горцев, — ответил Генрих, — Вербин, вы сами знаете, что черкесы весьма успешно изучили горные коридоры… За щедрую награду любой вызовется стать подземным проводником, а за время нескольких прогулок можно оставить знаки…
Генрих остановился у развилки, осветив фонарем подножие подземной арки.
— Взгляните, вот тут слева красный камешек, значит, налево, — указал он, — "инквизиторы" помечают путь красными камнями…
Из журнала Александры Каховской
Очнулась я на охапке хвороста, брошенной на земляной пол узкой комнатушки. Головная боль пронзала все тело. Сесть удалось с огромным трудом. Очень хотелось пить. Враги оказались гуманны, оставив кувшин с водою. Где я? Что происходит?
Чья-то рука легла мне на плечо, леденящий страх сжал сердце, но закричать не было силы.
— Не бойтесь, Аликс, — прозвучал шепот знакомого голоса.
— Князь! — прошептала я.
Радость от встречи переполняла меня, не будь слабости, то бросилась бы на шею своему спасителю, презрев все правила этикета.
— Да, я шел за вашими похитителями на шум по коридорам, — ответил он, — потом они отнесли вас в свое пристанище, которое, на счастье, оказалось недалеко, и злодеи были пешими…
— Они не стерегли меня? — изумилась я.
— Нет, — удивленно ответил князь, — не составило труда проникнуть к вам через окно…
С большим трудом я попыталась встать на ноги и, пошатнувшись от сильного головокружения, снова опустилась на пол. Ужас охватил меня, когда поняла, что у "инквизиторов" нет причины охранять пленницу, поскольку она не сможет ступить ни шагу. Злодеи даже не отняли меч.
Князь, не давая мне погрузиться в печальные размышления, протянул руку, помогая подняться вновь.
— Будьте спокойны, — произнес он ровно, — у меня вполне хватит силы донести вас…
От подобного предложения стало неловко, я уверенно попыталась подняться сама. Опираясь на плечо своего спасителя, ничего не видя перед собой из-за темной пены, окутавшей глаза, медленно перебирала ногами. Вечерний холодок немного вернул к жизни, и перед взором появились очертания окружающих предметов.
Уходя, я обернулась, увидев силуэт сложенной из камней избы, наверняка, ставшей местом ожидания казни для многих несчастных девушек.
Долгоруков рассуждал будто в ответ на мои мысли.
— Эх, найти бы, где их логово! — бормотал он, помогая мне перешагивать через горные булыжники.
Вдруг из темноты к нам вышел человек, горская одежда и косматая шапка которого указывали на непринадлежность к клану охотников на ведьм. Однако нежданный встречный на вечерней горной дороге не сулил ничего доброго. Князь выхватил саблю, готовясь защитить меня.
— Мне не нужна ни твоя жизнь, ни жизнь твоей женщины! — произнес горец. — Я Байсар, жаждущий крови злодеев, убивающих женщин и дев. Недалеко пещера, ставшая моим пристанищем, там вы отдохнете, а я поведаю вам о своей печали… Не бойтесь, я один…
Усталость оказалась настолько сильной, что победила всяческое благоразумие, и мы отправились за нашим новым знакомым. Байсар не солгал, в пещере никого не было.
— Значит, тебе тоже досадили охотники на ведьм? — хохотнул князь, опускаясь на каменистый пол. — Неужто они напали на твой аул?
Тон был шутлив от пережитого напряжения, но Долгоруков спрашивал серьезно.
— Они похитили мою невесту Лейлу, — ответил Байсар, — я прознал, что они убивают женщин, сжигая их тела!
— Они убили твою невесту? — спросила я.
— Не знаю, — ответил Байсар, — они украли ее…
— Не понимаю, — задумался Долгоруков, — неужто злодеи настолько обезумели, что ищут ведьм среди черкешенок, среди которых нет никакой тяги к колдовству? А ты уверен, что они похитили Лейлу? Вдруг тут вина твоего соперника?
— Нет-нет, — замотал головою горец, — Я знаю всех кто, желал взять Лейлу в жены…
— Постой, расскажи о своей невесте? — попросил князь. — Почему злодеи приняли ее за колдунью?
Вопрос оказался весьма верным.
— Не знаю, — ответил Байсар, — однажды в наш аул пришел путник в странной одежде. Увидев Лейлу, он захотел узнать, кто ее жених… Потом он позвал меня и сказал: "берегись этой девицы, у нее глаза дочери Шайтана".
— Почему ты не убил его? — удивился Долгоруков.
— С гостем был кунак, уважаемый нами человек, поэтому я не посмел причинить ему вреда, — рука Байсара сжала рукоять кинжала. — На следующий день после ухода гостя Лейла пропала… Один из стариков соседнего аула рассказал мне историю, услышанную от одного из странников, о злодеях, которые видят в женщинах детей шайтана, и убивают их.
Воцарилось молчание.
— Значит, ты желаешь, чтобы мы помогли тебе выследить похитителей? — спросил князь.
— Да, я видел, как ты спасал свою женщину, и слышал, что желаешь отыскать их логово, — ответил Байсар, — мы оба жаждем отомстить… Одному трудно справится. Их слишком много.
Долгоруков задумался.
— Буду рад помочь тебе, — произнес он, — сейчас мы возвращаемся в Кисловодск, завтра вечером я встречусь с тобою, и решим как действовать!
Байсар перевел взор на меня.
— Верно, надо проводить твою женщину домой, — согласился он.
Горец счел меня супругою князя, но Долгоруков пока не посмел разубедить его.
— Мой спутник не супруг мне, — поправила я, видя смущение офицера.
— После спасения брат с радостью отдаст тебя за храброго героя! — уверенно произнес Байсар, чем вызвал волнение князя. — Муж должен уметь защитить жену!
Выходит, горец знает про Константина Вербина, раз заговорил именно про брата.
Немного передохнув, мы тронулись в путь назад. Только теперь я вспомнила про Константина с Ольгой. Пропав на целый день, я заставила их побеспокоиться. Увы, находясь под властью призрака, я не думала о близких. Но что хотела сказать умершая, отправив меня в опасное путешествие? О том, что в плену злодеев находится горская девушка? И, возможно, не только она одна… Наверняка, у охотников на ведьм есть еще тюрьмы в лесах и горах.