Чтение онлайн

– Эти лошади знают, где их дом, – ответил я. – Нужно лишь суметь на них взобраться и они сами отвезут нас туда, куда нужно. Главное, постараться не упасть.

Решив, что другого способа найти Аморея у нас нет, мы принялись карабкаться на лошадей, которые недовольно шарахались в стороны и гневно скалили свои зубы. Лошадь, которую Стен пытался укротить, вообще, начала брыкаться и бедняга едва не угодил под ее копыта, в последний момент едва успев отскочить. Мистер Лири выбрал себе лошаденку по спокойней, но ему никак не удавалось закинуть свою ногу наверх и Свенсену пришлось подставить ему плечо, чтобы тот, в конце концов, усадил свое немощное тело поближе к голове животного. Я, с горем пополам, сумел взгромоздиться на спину высокого жеребца и посадил перед собой Джека, который к этому моменту уже почти не подавал признаков жизни и бессильно повис на шее животного, обхватив ее руками. Стен со Свенсеном, вдвоем уселись на одного коня и медленно потрусили в сторону, которую выбрало их животное, доверившись его инстинктам. Весь табун увязался за нами, и я понял, что кто-то из нас оседлал вожака, который и повел за собой остальных. Осмотрев всю эту гривасто-хвостатую компанию, я отметил про себя, что конокрадом мне еще не приходилось быть. Мало того, что мы без приглашения ступили на землю амореев, так мы еще при этом увели их табун. После такого поступка, надеяться на их радушный прием, уже не приходилось.

Ехать верхом было, конечно, намного удобней. Мы не торопили своих лошадей, давая им возможность изредка останавливаться и щипать молодую травку, которая росла здесь в изобилии. Поскольку, нам ничего делать особенно не приходилось, то мы занимались кто чем. Мистер Лири вскоре задремал и лишь пару раз открыл глаза, чтобы убедиться в том, что его лошадка идет рядом с нами. Свенсен и Стен о чем-то негромко разговаривали. А я следил за тем, чтобы Джек не упал вниз и временами поглядывал вперед, стараясь быть готовым ко всяким неожиданностям. Однажды мальчуган пошевелился и издал тихий стон. Я попытался окликнуть его по имени, но он снова впал в беспамятство и после этого уже не приходил в себя. Яд слизняка, наверное, уже проник во все части его тела и парализовал работу организма. За несколько дней я очень привязался к этому бедняге. Его заводной характер и удивительная смекалка напоминали мне меня самого в детстве. Так же, как и я, он ничего не боялся и старался быть впереди всех, мало заботясь о собственной безопасности. Так же, как и у меня, в нем не было ни малейших сомнений по поводу того, нужно или не нужно идти на риск, если от этого зависит исход дела. Но, сейчас этот сорванец находился на волоске от смерти, и я считал своим долгом спасти его жизнь. Ведь, по сути, именно я разрешил ему идти с нами, и именно он сделал так много для нас.

Когда на востоке показался краешек солнца, мы были уже далеко от пещеры. Несмотря на то, что мы ехали очень медленно, позади осталась значительная часть равнины. Вскоре показался еще один табун лошадей, даже больше нашего по размеру, который растянулся на целый километр, мимо которого мы проехали, особо не задерживаясь. Меня удивляло то, что нас до сих пор никто не обнаружил. Неужели, амореи были настолько уверены в собственной силе, что даже не потрудились выставить охрану? Несколько часов мы двигались по их территории и увидели только бесчисленное количество лошадей, которое паслось без присмотра. Сколько еще времени мы будем оставаться незамеченными? Постепенно, я начал замечать, что наш табун разбредается в разные стороны. Видимо, мы достигли места, где животные проводили все свое дневное время, и это означало, что очень скоро здесь окажутся их хозяева. Теперь мы продолжали двигаться на своих лошадях без сопровождения всего табуна. Внезапно, мой конь встал на месте и больше уже не хотел никуда идти, как я его не уговаривал. Оставалось, только, спрыгнуть на землю и идти пешком. Но куда?

– Мистер Лири, как вы думаете, что нам делать дальше? – спросил я у него, когда тот окончательно проснулся.

– Мне кажется, что с Джеком на руках, мы далеко не уйдем. Остается надеяться на то, что нас найдут раньше, прежде чем он умрет, – ответил старик, оглянувшись по сторонам. – Кстати, я, по-моему, вижу клубы пыли впереди. Посмотрите теперь вы.

Я напряг зрение и увидел примерно в километре от нас пыльное облако, которое срывало от наших глаз причину своего появления.

– Похоже, вы правы. Если я не ошибаюсь, то наше одиночество заканчивается. Это амореи!

– Майки, что-то у меня плохое предчувствие, – взволнованно заявил Стен. – Может, на всякий случай, спрячем книгу? Мало ли что.

– Я уже об этом позаботился. Книга за пазухой у Джека. Не думаю, что его станут обыскивать. Ведь он болен.

– А если, все-таки, ее найдут? Что тогда?

– Тогда нам не повезло. Но будем надеяться на лучшее. Сейчас мы без оружия и вступать в бой бесполезно. Сохраняйте спокойствие и постарайтесь им понравиться, – сказал я всем присутствующим, сам не зная, как буду это делать.

Враг приближался. Теперь мы отчетливо могли различить с десяток всадников, во весь опор несущихся в нашу сторону. Нас заметили. На всякий случай стоило подальше отогнать от себя лошадей, чтобы не давать амореям лишнего повода для злости. Через минуту они были уже совсем близко, и их оказалось больше, чем я думал. Исписанные с ног до головы непонятными символами и держащие в своих руках короткие мечи, амореи выглядели еще более угрожающе, чем те, которых мы видели раньше. Но в отличие от того случая, когда погиб Мельдеш, они не набросились на нас со всего ходу, а окружили плотным кольцом, и мы оказались в ловушке, вырваться из которой уже не могли. Глотая пыль, мы стояли в центре кольца и боялись сделать лишнее движение. Сейчас все зависело от того, как мы себя поведем. Всадники, без всякого сомнения, заметили раненого Джека, и это немного охладило их наступательный пыл. Мы, явно, не подходили на роль достойного соперника, и убить нас можно было бы в любой момент. Скорее, мы вызвали у амореев некоторый интерес. По крайней мере, я не заметил на их лицах особого гнева от вторжения не прошенных гостей. Да, они крепко сжимали в ладонях рукояти своих мечей и смотрели на нас диким взглядом, но мы до сих пор были живы, и это давало нам некоторую надежду. Или это только до поры, до времени?

Я избегал смотреть врагу в глаза, четко понимая, что это может выглядеть как вызов. Но, вдруг, один всадник выехал вперед и кончиком оружия заставил меня поднять подбородок. Острое лезвие уперлось мне прямо в кадык, и я почувствовал, что малейшим движением руки, аморей сможет проткнуть мою шею насквозь. Проглотив ком, подступивший к горлу, я смело взглянул ему в глаза и увидел в них некоторую заинтересованность. Дикарь долго смотрел на меня, и, казалось, пытался прочитать мои мысли. Затем он убрал меч, и ни с того, ни с сего, громко расхохотался. Хотя смехом это назвать можно было с большой натяжкой. Скорее, это было какое-то нервное рычание, похожее на голос гиены. Я отважно выдержал это испытание и отвел взгляд. Аморей поднял вверх руку и издал вопль, который подхватили остальные всадники. Лошади под ними начали перебирать копытами и, однажды, я даже подумал, что они нас затопчут. Но этого не произошло. Возможно, наши враги были сегодня в хорошем расположении духа и забавлялись тем, что пугали нас своим внешним видом и своими душераздирающими криками? Глядя на нас, это было неудивительно. Ну, какие из нас были воины? Чтобы нас прикончить, достаточно будет несколько раз взмахнуть мечом и дело будет сделано. Как ни странно, но нас спасла наша собственная слабость. Что теперь?

Внезапно, дикий смех прекратился, и тот же самый аморей обратился ко мне своим звериным голосом:

– Кто ты, и кто это с тобой? Отвечай!

Пересилив дрожь в голосе, я, не мешкая, ответил:

– Меня зовут Майкл, а это мои друзья.

– Как ты посмел прийти сюда? За это тебя ждет смерть!

– Я…мы…, – подбирая слова, я не знал, что ответить. – В общем…

– Мы сбежали от Нифилимов, – вдруг послышался сзади меня голос мистера Лири. – Нам еле удалось унести ноги.

Аморей удивленно на него посмотрел, но тут же его лицо исказила гримаса ярости и он, блеснув глазами, закричал:

– Ты лжешь! От Нифилимов невозможно убежать! Вы пришли сюда, чтобы украсть наших лошадей!

Я почувствовал, что настает критический момент. Срочно нужно было что-то ответить, иначе последствия окажутся очень плачевными.

– Мы не воры, – сказал я первое, что пришло мне на ум. – Случайно, мы нашли проход под рекой и поэтому Нифилимы нас не поймали. Мы хотим служить вашему Колдуну и будем просить его о пощаде.

После этих слов наступила короткая пауза, а секундой позже амореи начали так хохотать, что у меня заклало уши. Это беснование продолжалось не менее пяти минут, в течение которых мы не знали, хорошо это или плохо. Наконец, они пришли в себя, и их радость закончилась так же внезапно, как и началась. Похоже, они очень быстро переходили из одного состояния в другое, что можно было объяснить только тем, что Аморей постоянно опаивал их тем зельем, которое мне уже приходилось однажды отведать.

– Колдун обязательно возьмет вас на службу, но только в виде мертвецов, – зловеще протянул один из всадников. – Не думаю, что вы доживете до заката солнца. Ему нужно много крови.

Я услышал, как слева от меня вздрогнул Стен. У меня у самого внутри все сжалось, и я почувствовал, как холодок пробежал по моей спине. Слишком уж убедительно говорил этот дикарь, чтобы мы ему не поверили. Стало понятно, что объяснять этим безумцам что-либо, бесполезно.

– А вы можете отвести нас к Аморею? – внезапно спокойным голосом произнес Свенсен. – У нас есть, что ему рассказать.

– Мы отведем вас к нему, и он вырвет ваши сердца! – гневно воскликнул всадник. – Жить вам осталось недолго.

После этого он резко развернулся и помчался в обратную сторону, окатив нас пылью и камнями. Несколько его подчиненных поскакали за ним, но большинство осталось на месте. Нас связали длинной веревкой между собой и погнали пешими вперед, иногда покалывая мечами в спину, когда мы замедляли ход. Джека мы несли по очереди. Мальчишка, по-прежнему, находился без сознания, но это мало беспокоило наших мучителей. На него они, вообще, не обращали никакого внимания. Для них он был живым трупом и лишь кровь, текущая в его жилах, могла пригодиться их Колдуну. Таким образом, книга была в относительной сохранности.