Чтение онлайн

Спустя всего лишь час, мы с ней вышли из общежития. За все время сборов, Камилла так и не сказала мне ничего вразумительного о том, для чего на этом свидании ей понадобилась я. Зато, оказавшись на крыльце и заметив встречающих нас парней, я и сама все прекрасно поняла.

Рядом с Эваном Россом стоял его лучший друг и мой личный кошмар.

— Предательница! — прошипела я, мстительно щипая Камиллу за локоть.

Соседка только фыркнула в ответ и повела плечом. Улыбнулась парням.

С тех пор так и повелось. Раза два-три в неделю, Эван Росс приглашал свою невесту на свидание, а мы с Брокком их сопровождали. Зачем это было нужно? Камилла придумала потом, что она не может встречаться с парнем наедине, пусть даже этот самый парень является ее женихом. Пыталась рассказать мне что-то о приличиях и своей репутации, путалась в показаниях. Но я точно знала, что виноват во всем Брокк.

После того, как профессор Мастерс объявил, что будет курировать нас обоих, Лемм вообще рассудком помутился. В трактире, кстати, мы с ним едва не подрались из-за того, кто будет платить за заказанную еду. Я гордо (хоть сердце у меня и обливалось кровью из-за понимания того, что придется выложить остаток имеющихся у меня денег) пыталась отстоять свое право заплатить за себя, а Брокк рычал, что я его оскорбляю одним только предположением такого окончания этого свидания.

— У нас не свидание! — прошипела я.

— А ты хочешь пойти со мной на свидание? — тут же задал вопрос Лемм.

Я задохнулась и… не нашлась сразу, что ему ответить. Просто… где он, сын канцлера, аристократ и вообще, мечта любой девушки, и где я, Айрин Лайрон, сирота без роду-племени, без денег и связей.

— Ты же Леммард Брокк, какая девушка не хочет с тобой на свидание!

Лемм вздохнул, я отвела глаза. Разрядила обстановку Камилла. Устав ругаться со своим женихом, она громко фыркнула и припечатала, обращаясь к Брокку:

— Смирись, она тебя сделала!

Я решительно не понимала этих аристократов. Вот ни капельки!

И да, я была твердо уверена в том, что все эти свидания и сопровождения были изобретены с одной лишь целью — вмешаться в мою жизнь. Брокк просто не мог не исполнить свою угрозу, а ведь он обещал, что теперь будет контролировать не только мои тренировки, но и то, как, что и сколько я ем.

Я злилась, выговаривала Камилле, но соседка, полностью поглощенная бурно развивающимся романом с собственным женихом, только отмахивалась от меня и моего недовольства.

— Ну и чем ты недовольна? Лемм заботится о тебе, выказывает знаки внимания. Что тебя не устраивает?

— Я не привыкла жить за чужой счет? И мне… неприятно, что ты потакаешь ему и подставляешь меня.

— Айрин, — Камилла глубоко вздохнула, оторвалась от созерцания себя в зеркале и повернулась ко мне. — Я не знаю, что вас связывает с Брокком, понятия не имею, что именно он думает и чего пытается добиться, но мой тебе совет — не пытайся с ним спорить. Это все равно бесполезно. Если Лемм решил что-то, он это сделает так или иначе. Так что просто смирись. И потом, я не вижу ничего предосудительного в том, что молодой человек приглашает девушку на ужин. Главное, чтобы он потом за этот ужин ничего не потребовал.

— Вот! — я наконец-то нащупала в рассуждениях Камиллы слабое место и тут же поспешила воспользоваться этим. — А если он все же…

— Ой, да ладно тебе! — соседка даже не позволила мне договорить, махнула рукой и снова переключилась на собственное отражение в зеркале. — Лемм дворянин и честь для него не пустой звук. К тому же, что с тебя взять-то? Одни кости. И глаза. Кстати, — Камилла встрепенулась и снова развернулась ко мне лицом, прищурилась, — я вчера принесла тебя целый горшочек с маской для волос. Ты его использовала?

Я застонала. Попытки леди Делгар привести меня в приличный вид просто убивали.

— Не закатывай мне тут глаза, — строго произнесла соседка и встала. Прошествовала к моему шкафчику и, остановившись перед ним, приказала. — А ну, доставай.

— Камилла, это все просто не имеет смысла! — попыталась избежать экзекуции я. Просто знала уже, что когда она принимается делать из меня приличную девушку, лучше бежать. Далеко и без оглядки. Камилла же на полпути не останавливается и полумерами не довольствуется. И после маски для волос последуют различные притирания для лица, рук и всего остального. Обычно после всех этих процедур, я чувствую себя хуже, чем после многочасовой тренировке на полигоне.

— Айрин, я не шучу! — решительно произнесла соседка, складывая руки на груди. — Я специально готовила этот состав, учитывая то, в каком состоянии находятся твои волосы. Ты же не хочешь, чтобы мне поставили плохую оценку?

Вот как-то так мы и жили. Камилла экспериментировала во время своих практических, а затем испытывала продукты собственного изготовления на мне. И что сказать? Хвала всем богам, что моя соседка оказалась довольно-таки талантливым косметологом и очень аккуратно изготовляла свои бальзамы и крема. В противном случае, мне пришлось бы очень и очень несладко.

Следующим запоминающимся моментом в моем прошлом была встреча, которая в прямом смысле слова изменила всю мою жизнь, не без участия Брокка, стоит признать.

И пусть сам Лемм не имел отношения к этому знакомству, последствия целиком и полностью его вина.

Сангор готовился к празднованию очередной годовщины Дня победы в последней войне. В Академии тоже планировался ряд торжественных мероприятий, намечался бал и фейерверк. Девушки сходили с ума, выбирая наряды, парни… парни мечтали показать себя и свое мастерство в предполагаемом магическом турнире, традиционном для празднования Дня победы.

Я… очень сильно старалась не вылететь из Академии, по-прежнему пропадала или в библиотеке или на полигоне, пыталась спрятаться от Камиллы с ее масками и лосьонами и тихо, но отчаянно, ненавидела Мастерса и Брокка. Последние словно сговорились и действовали сообща. Профессор изводил меня непомерными тренировками на полигоне, заставлял доводить плетения до автоматизма, выжимал буквально досуха, пытаясь заставить мою искру гореть еще ярче. А Брокк… Леммард просто достал меня до печенок, заставляя бегать, прыгать, отжиматься… а еще в последнее время он задался целью сделать из меня мастера фехтования, не меньше.

В общем, в моей жизни ровным счетом ничего не изменилось, даже можно сказать, что все стало еще хуже.

Это происходило спустя месяц после того, как меня выпустили из лазарета. И если раньше я искренне считала, что муштра под предводительством Леммарда Брокка — это худшее, что могло произойти в моей жизни, то теперь я на сто процентов была уверена в том, что Лемм… да салага он, особенно, по сравнению с нашим куратором.

Тобиас Мастерс был монстром. Извергом. Садистом. А еще он просто в восторг приходил, когда начинал истязать несчастных и ни в чем не повинных младен… эм… адептов.