Чтение онлайн

Комитет по присуждению медали возглавлял тогда Б. А. Беренд, давний друг Теслы, талантливейший инженер, который был в состоянии в полной мере оценить его вклад в развитие науки и техники. Именно он выдвинул кандидатуру Теслы и был обескуражен его протестами. Тесла сказал ему, что изобретение, за которое будет присуждена медаль, – система переменного тока, – сделано тридцать лет назад, и если Институт не наградил его тогда, сейчас это делать неуместно. Однако Беренд не отступался, между ним и Теслой состоялось несколько бесед, и в конце концов Тесла согласился принять медаль.

Беренд вздохнул с облегчением – но он не знал, какие приключения ждут его впереди. Ему казалось, что он все предусмотрел: в день вручения награды Беренд на всякий случай сопровождал Теслу повсюду. Они вместе поехали в отель «Сент-Регис», где Тесла тогда жил, вместе отправились на торжественный обед в честь лауреата в клубе Института инженеров, вместе вышли из клуба… Оставалось всего лишь перейти проулок и войти в здание Объединения технических обществ, где и должна была пройти церемония.

Зал был набит до отказа, на сцену вышли светила электротехники и медалисты прошлых лет, публика замерла в ожидании – и тут оказалось, что Теслы нигде нет. Его бросились искать – но ни в здании Общества, ни в клубе его не оказалось. Никто не имел понятия, куда он мог исчезнуть, тем более что человека такой броской внешности, такого высокого роста, да еще и в вечернем костюме с белым галстуком, едва ли можно было потерять в толпе. Беренд рвал на себе волосы и проклинал себя за недостаток бдительности. Церемония в отсутствие протагониста задерживалась.

И вдруг Беренда осенило.

Он выбежал из здания и бросился на площадь к Публичной библиотеке. Над площадью в сгущавшихся сумерках кружило множество голубей, они десятками садились на мостовую, и посреди волнующегося моря сизых и белых птичьих спин высился Тесла. Голуби порхали над ним, сидели у него на голове и на плечах черного фрака, а он сыпал и сыпал им зерно из пакетика.

Беренд застыл, завороженный этим зрелищем. Он и раньше знал о том, что Тесла всегда в определенное время ходит кормить голубей – или к Публичной библиотеке, или к собору Св. Патрика, – но только сейчас понял, что это не прихоть чудаковатого стареющего ученого, а настоящее священнодействие.

Тесла не просто любил кормить голубей. В его номере в отеле всегда стояло для них несколько корзинок с мягкой подстилкой. Как-то раз он подобрал голубя со сломанным крылом, придумал и сделал ему сложный лубок и несколько месяцев лечил птицу, потратив на это немало средств. Любопытно, что «невроз чистоты», паническая боязнь заразы, заставлявшая Теслу всегда носить перчатки и избегать рукопожатий (о более тесных телесных контактах и речи не было), совершенно не мешал ему общаться с этими, мягко говоря, не самыми чистоплотными представителями городской фауны, из-за которых у него к тому же возникало много сложностей с гостиничными служащими.

Марголотта фон Гибервальд выдвинула печальную, хотя и любопытную гипотезу, объясняющую подобную страсть к голубям. Она предполагает, что в свое время сэр Уильям Стерн подсказал Тесле, что прирученные птицы… могут стать источником питания: их кровь вполне способна заменить человеческую (ему самому для утоления голода служили утки). Но Тесла наотрез отказался добывать пищу таким способом. Более того, своей любовью к голубям он словно бы извинялся перед ними за то, что их в принципе могли использовать в столь низменных целях.

Если сам ученый по тем или иным причинам не мог покормить голубей вовремя, он отправлял посыльного. Когда у него совсем не было денег, он на последние медяки покупал корм для птиц.

Беренд не стал нарушать священнодействие и мешать Тесле. Впрочем, тот почти сразу заметил его и двинулся навстречу, а голуби неохотно снимались с его плеч и рук и спархивали на землю.

Беренд уговорил Теслу вернуться в зал и объяснил устроителям вечера, что-де лауреату стало нехорошо, но теперь ему лучше и можно начинать церемонию. Задержалась она на двадцать минут.

Беренд произнес запланированную вступительную речь. В ней он перечислял заслуги Теслы, особенно подробно остановившись на многофазной системе переменного тока.

В заключение Беренд произнес фразу, которая почти всем присутствующим показалась загадочной – «Мы просим мистера Теслу принять эту медаль», – и перефразировал эпитафию Ньютону Александра Поупа:

Как ни грустно, но для большинства зрителей сообщение Беренда оказалось несколько неожиданным. Ведь прошло уже четверть века с тех пор, как Тесла был на пике славы, и большинство молодых инженеров-электриков едва ли даже помнили его фамилию – ведь они учились по учебникам, где она упоминалась лишь мельком. И престижная награда никак не повлияла на его жизнь. Великий Тесла был немолод, беден и одинок.

По всей видимости, летом 1917 года Тесла решил начать новую жизнь. Он переехал в Чикаго, писал заказанную редактором журнала «Электрикал Экспериментер» Хьюго Гернсбеком автобиографию и фонтанировал идеями: в августе 1917 года в «Электрикал Экспериментер» появилась его заметка, в которой он предвосхищает появление радаров, он изобретает турбины усовершенствованной конструкции и в целом доволен жизнью: его устраивали и служащие, и администрация фирмы, с которой он сотрудничал. Сутью его работы были поиски сплавов, из которых делались диски его безлопастных турбин, – надо было уменьшить износ. Это отчасти удалось, и к 1918 году Тесла получил несколько заказов на установку своих турбин. Изобретатель был полон радужных надежд – он рассчитывал, что турбины принесут 25 000 000 долларов в год, – однако на деле расходы оказались больше доходов. Кроме того, Тесла погряз в старых долгах – и в безумном количестве судебных дел, связанных с его патентами; какие-то он выигрывал, какие-то проигрывал, но почему-то всегда оказывался в убытке.

Тесла ненадолго вернулся в Нью-Йорк под Рождество 1918 года и провел праздники у Джонсонов. Кэтрин относилась к нему с прежней нежностью – а он по-прежнему был к ней холодноват. В 1919 году Кэтрин заболела смертельно опасным гриппом – испанкой; от этого заболевания умерли миллионы человек на всей планете, но Кэтрин выздоровела, однако здоровье ее было подорвано, и к Новому году она падала в обмороки по нескольку раз в день. А Тесла, который к тому времени поправил свои финансовые дела за счет выплат по патентам, понемногу помогал Джонсонам деньгами.

В 1919 году Тесла напечатал свою знаменитую автобиографию – эта пространная статья называется «Мои изобретения» – в «Электрикал Экспериментер». Сотрудничество с Гернсбеком было взаимовыгодным – тиражи журнала стремительно возросли, а у Теслы наконец-то появился стабильный доход.

Но до прежней славы было далеко. Можно представить себе, как возмущался Тесла, наблюдая, какой невероятной популярностью пользовался в те годы плагиатор Маркони! Тот даже утверждал, будто «получил отчетливые сигналы внеземного происхождения», и всерьез предлагал отправлять в космос что-нибудь вроде «дважды два четыре» и дожидаться ответа: математика везде одинаковая (именно такой способ контакта с инопланетными цивилизациями предлагают и многие современные уфологи). Тесла писал возмущенные статьи-опровержения, где объяснял, что Маркони на самом деле регистрировал радиопомехи от земных станций. Газетчики потешались: «Мистер Тесла не верит утверждениям Маркони о том, что с жителями других планет можно связаться посредством математики. Он бы предпочел отправлять им беспроволочные изображения, например, человеческого лица. Но допустим, что Марсу не понравится ваше лицо. Это будет прискорбным ударом по научным исследованиям. Если цивилизация Марса настолько стара, как нас уверяют, то, несомненно, у марсиан особый вкус в отношении лиц».