Чтение онлайн

– Ты помог бы мне, … потерять мое сердце. Правда? Именно это и случиться, если я пойду за тобой. Я потеряла бы сердце. И чтобы выжить, я должна буду разрушить чью-либо жизнь. Приговоря их к Туннелям.

Коул встал и подошел к окну.

– С тобой невозможно разговаривать, когда ты ведешь себя так. Дай знать, когда обстоятельства изменятся. Тогда, возможно, я смогу помочь.

– Подожди.

Он остановился.

– Что?

– Когда мы были в Нижнем мире, ты когда-либо говорил мне об Орфее и Эвридике?

Он прищурился.

– Нет.

– Но ты сказал мне, что рассказал все истории о Нижнем Мире. Почему не...

Он не дал мне закончить.

– Потому что этой никогда не было.

IPhone в кармане завибрировал, и он уставился на экран.

– Я должен идти.

Он начал вылезать в окно.

– Но...

– Ник, сейчас не время для образования, - он наклонил голову к моему плечу. К тому, на котором была метка.
– Время на исходе.

Он скользнул в окно, громко хлопнув с такой силой, что фотография в рамке со мной и с моей мамой рухнула на пол.

Я проверила свою метку. Она увеличилась в три раза. Она покалывала, когда я говорила о Туннелях, как будто тени под моей кожей заволновались при упоминании о своем доме.

Я опустилась в кресло на мгновение. В последний раз Коул был здесь, когда получил сообщение, он должен был завершить что-то с Максом в магазине.

Я знала, что должна сделать. Я поступила бы глупо, если бы не пошла в магазин, когда Макса и Коула не было здесь. Может быть, что бы ни случилось в магазине, это было вызвано только Максом или Коулом.

Я бросилась из комнаты по коридору на кухню, чтобы взять ключи от своей машины. Если получиться, я смогла бы поймать их обоих в магазине, может быть, тогда я поняла бы все.

"Купи и Иди".

Я остановилась за улицу до магазина "Купи и Иди" и пешком прошла оставшуюся часть пути. Велосипед Коула не был припаркован у входа, и я не могла увидеть через витрину, что происходило внутри магазина.

Может, Коула там нет. Может, смс была от кого-то еще.

Я подходила ближе к зданию, быстро нагибаясь в случае, если Коул был поблизости, но потом я закатила глаза. Зачем Коул будет скрываться? Ожидая меня в засаде на всякий случай, если я решу прогуляться вниз по улице?

Я направилась в сторону магазина, откуда могла ясно увидеть происходящее внутри через витрину. Там никого не было. Ни старика, ни Максвелла, ни бутылки. Оттуда я могла увидеть и главную дверь. Я решила подождать и посмотреть, если Коул или Максвелл появятся.

Мой тонкий балахон не особо и согревал, поэтому я терла руки и двигалась на месте, пытаясь согреться. Через несколько минут, передние двери магазина распахнулись. Я шагнула чуть ближе к стеклу, чтобы получше увидеть, и я заметила, как Максвелл шел с женщиной, которую я никогда раньше не видела. Из-за моего дыхания немного запотело стекло, поэтому я вытерла его и продолжила наблюдать.

Женщина была белокурой, с плохо взявшейся краской и несколькими дюймами перероста. На ней была короткая юбка, плотная, расшитая блестками сверху, которых сейчас почти не осталось и пальто, которое было ей велико, как будто сделано для мужчины.

Под глазами у нее черные пятна и полосы туши для ресниц текли по щекам. Она не походила на обычную поклонницу "Мертвых Элвисов".

Максвелл кивнул продавцу - и снова Эзра - как только они зашли, и Эзра лениво махнул в ответ. Женщина шаталась, и Максвелл обнял ее, чтобы успокоить. Что он с ней делал?

Они направились к тому прилавку с изюмом в шоколаде, и я отпрянула, чтобы Максвелл не увидел меня, если случайно взглянет через витрину. Я не помню, чтобы что-то было у меня за спиной, поэтому, когда я отступила во что-то, я подпрыгнула.

Две сильные руки обхватили меня сзади, прижимая мои кисти по бокам.

– Привет, Ник. Думаю, можно уже и перестать прятаться, - послышался голос Коула в моем ухе.

Я дернулась, стараясь вырваться.

– Отпусти!

– Зачем? Ты же так хотела узнать, что происходит в "Купи и Иди". Давай же выясним, что ли?
– Он прислонил меня ближе к витрине. Женщина сидела на полу, прислонившись к стеллажам с порошком для пончиков. Максвелл присел рядом и протянул ей маленький белый объект в ладони.

– Что это?
– спросила я.

– Шшш. Просто смотри.

Женщина посмотрела на Максвелла с жалостным выражением лица, а затем решительно кивнула. Макс протянул ей объект, а женщина поднесла его к губам.

– Нет!
– закричала я, и постаралась оттолкнуть Коула, чтобы вырваться на свободу. Я даже не знала, что это были за таблетки, но Максвелл не приносит добро. Я приложила ноги к стене под витриной и оттолкнулась, но Коул впитал в себя силу и схватил меня за запястье, сжав их за спиной и скрутив их до такой боли, чтобы я перестала брыкаться.

– Перестань бороться, Ник. Я не хочу причинить тебе боль.
– Он немного ослабил хватку.
– Ты обещаешь успокоиться?- Я кивнула.
– Хорошо. Я просто не хочу, чтобы ты пропустила кое-что, из-за чего можно и умереть.

Женщина положила таблетку в рот и проглотила. Она закрыла глаза и облокотилась о стойку рядом с ней. Максвелл оставил ее там и вышел из магазина. Казалось, что женщина провалилась в сон.

А затем произошло нечто странное. Ее кожа приобрела глянцевый блеск, будто она внезапно покрылась жидкостью. Ее глаза распахнулись, и рот исказился в беззвучном крике ... а потом она провалилась сквозь землю.

Какого ...? Я моргнула, пытаясь осознать увиденное мною. Она провалилась через пол, словно призрак. Не осталось ни дырки, ни трещины на плитке. Ничего не осталось.

Коул облегчил хватку моего запястья и помог мне встать. Он держал мою руку в своей, рассматривая синяки, которые остались на моей коже.

– Извини, Ник.

Я дернула руку, и он озорно мне улыбнулся...

– До свадьбы заживет.

Я указала на витрину.

– Что это было? Что с ней случилось?

– Я говорил, что мы должны пойти на жертвы ради нашей королевы. Насыщаться в туннелях. Эта женщина, которую ты видела, потерянная душа, ищет легких путей свого жалкого существования. Максвелл помог ей в этом.

– Туннели? Легкий путь?
– недоверчиво спросила я.

Коул кивнул.

– Подумай об этом, Ник. Это чертовски лучше, чем самоубийство. Это похоже на легкую форму самоубийства. Она будет становиться физической частью Туннелей, и пройдет много времени, прежде чем она почувствует боль, потому, что у нее так много слоев ненависти к себе.