Ночь Патриарха
Шрифт:
Очередной народный подъём вытеснил из сознания населения беды вымирающей от голода деревни. Вождь в который раз доказал, что был хорошим психологом.
Патриарх наслаждался своим всесилием, чувствовал, как в страхе перед ним замерла страна, ему нравилось, как её население, живущее в нищете и бесправии, искренне прославляет его.
Для того, чтобы направить сознание народа в нужное русло, чтобы объяснить, почему обещанное светлое будущее никак не наступает, стали готовить показательные процессы о вредительстве в разных отраслях: сфабрикованные «Шахтинское дело», дело Промпартии взбудоражили страну — народ искренне поверил, что во всех неудачах виноваты вредители, ненавидящие советскую власть.
Ягоде дали поручение найти вредителей во всех отраслях, и он, как всегда, с этим отлично справился. Прошла целая серия показательных процессов, и стало понятно, почему в стране нет мяса, не хватает хлеба, молока, других продуктов, пропали с магазинных полок текстиль, обувь, одежда — во всём виноваты наймиты боящихся социализма капиталистов, глубоко затаившиеся вредители-враги народа.
Вождь усиливал репрессии, поскольку понимал, что его путь только вперёд — слишком много трупов у него позади, и страх, жестокость — это единственный для него способ удержаться у руля правления. Больше всего он боялся потерять даже малую частицу власти.
Он с содроганием до сих пор вспоминает ситуацию 1937 года, когда в руки военных попали разоблачительные документы о его позорном прошлом и наружу всплыла его тщательно скрываемая тайна — наконец-то выявили тринадцатого агента охранки из пресловутого списка. И они все вместе — главная руководящая верхушка Красной армии — решили поставить вопрос о снятии Патриарха со всех постов. Чтобы удержаться тогда у власти, пришлось уничтожить почти 95% высшего армейского состава любимой народом Красной армии. Но у него не было иного выхода: слишком большим авторитетом пользовалась эта военная верхушка и слишком опасную угрозу для него лично она представляла. Вождь понимал, что как только он потеряет власть, ему припомнят все его грехи.
И хотя он ясно предвидел, что предстоит тяжёлая война с Германией, Патриарх пошёл на то, чтобы фактически обезглавить армию — своей армии вождь боялся больше, чем Гитлера, с которым, как с единомышленником, он надеялся договориться.
Патриарх потому и пошёл в 1939 году на мир с Германией, чтобы выиграть время, пока ни подготовится и ни войдёт в силу новый эшелон командующих Красной армией, пока она ни будет оснащена современным оружием.
И когда Гитлер, разгадав манёвр вождя, начал войну раньше, чем он предполагал, страна и армия не были к ней готовы. Солдаты шли в бой с трёхлинейными винтовками Мосина образца 1893 года, да и этого оружия всем недоставало. Мобильная немецкая пехота, вооруженная автоматами, передвигающаяся на машинах и мотоциклах, опережала наших пехотинцев, шлёпающих в ботинках и обмотках, пешком по грязи. Танков, самолётов было очень мало, так же как и современных артиллерийских орудий. А в первую же ночь ещё необъявленной войны, фашистская авиация разбомбила подавляющую часть наших самолетов прямо на аэродромах.
Механизированные гитлеровские войска, согласно тому, как и предполагал покойный Тухачевский, буквально прошили всю западную часть страны. Несмотря на грозные приказы «остановить противника и перейти в наступление», задержать врага на Днепре под Киевом не удалось, и вся Киевская операция, продуманная и отстаиваемая, вопреки возражениям Жукова, самим Патриархом — Верховным главнокомандующим, провалилась.
И винить некого, и спросить не с кого. Не желавшие разделить судьбу расстрелянного генерала Павлова, обвинённого вместе со всем прежним командованием Юго-Западного фронта в июльских военных неудачах, новый командующий фронтом Кирпонос со своим штабом сражались до последнего и предпочли погибнуть в бою, но не отступить без приказа. А великий вождь всё тянул с этим приказом, и кончилось тем, что практически была потеряна вся Юго-Западная армия.
Только в течение первого года войны в плен попало более трех миллионов солдат, а вождь, сочтя это личным предательством против него, объявил всех пленных «изменниками родины».
Положение было угрожающим. Новоиспеченные командиры на практике показали свою недостаточную подготовленность. Пришлось вернуть из лагерей тех военных, которых к этому времени не успели расстрелять, в том числе и легендарного Рокоссовского. Все они, без исключения, забыв о перенесённых пытках и унижениях, честно стали исполнять свои обязанности. Когда родина в опасности, тут не до личных счётов!
В этих условиях пригодился организаторский талант Берии, который сумел в тылу за короткие сроки наладить выпуск современного оружия, танков, самолётов, артиллерийских орудий в тяжелейших условиях оккупации вплоть до Волги — Европейской части страны.
Ценой неимоверных усилий народа, не смотря на то, что почти все мужчины воевали на фронте, а в тылу главной рабочей силой стали женщины и подростки, уже к началу лета 1943 года СССР сумел выставить на Курской дуге 1200 танков и самоходных орудий, примерно столько, сколько было у немцев. А к 1944 году страна уже опережала Германию по числу и танков, и самолетов. Армия была оснащена современным огнестрельным оружием — автоматами Калашникова, мощными миномётами дальней стрельбы, реактивными «Катюшами» и прочим.
Для поднятия народного духа была вытащена на свет и возрождена идея великодержавности России, её исторического предназначения в мире, ответственности за судьбу народов. Вождь восстановил прежние имперские звания — солдат, офицер, генерал и ввел опять погоны. Военизировали тыл: все ответственные начальники, вплоть до руководителей отделов, получили военные звания и должны были носить военную форму. Совсем, как в царские времена!
Благодаря усилиям всей страны, необыкновенной стойкости и мужеству народа, ценой колоссальных потерь была выиграна эта война, а Патриарх приобрел огромный авторитет в глазах всего мира.
Между тем, страна лежала в руинах, на Украине царил голод, как во время коллективизации начала тридцатых годов, вплоть до людоедства. Но самое скверное, что армия побывала за границей и люди получили возможность сравнивать уровень жизни там и у нас. История имеет пример, чем это может кончиться — восстанием декабристов…
Для сплочения нации нужно было в очередной раз найти врагов, мешающих построению «светлого социалистического будущего». Опять всё списать на вредителей? Сомнительно, что этот номер после почти тридцатилетнего существования советской власти пройдёт ещё раз — и время не то, да и народ уже другой. Осталось искать внешнего врага. А тут еще Черчилль своей Фултонской речью очень кстати подогрел международную обстановку8. Вождь понимал, что уничтожение Хиросимы и Нагасаки — это не столько удар союзников по Японии, сколько демонстрация ему, Патриарху, своей силы. И как только у страны появилась своя атомная бомба, а потом ещё и водородная, он сознательно пошёл на ещё большее обострение отношений с Америкой и Западом. Страх перед новой войной сплотил в очередной раз народ и правительство, позволил списать скудость существования на империалистов, которые ненавидят СССР и для защиты от которых страна вынуждена тратить огромные средства на вооружение.
А ещё пригодилось широко используемое многими правителями, а особенно Романовыми, испытанное средство — во всех неудачах обвинить евреев — скрытых американских агентов. Это они своими подлыми происками мешают стране придти к благополучию и изобилию. Поскольку Россия исторически была антисемитской страной, народ охотно подхватил эту идею.
Вождь воздвиг между Советским союзом и капиталистическими странами то, что стали называть «железным занавесом». СССР с совершенно обнищавшим населением, но зато ощетинившийся ракетами с ядерными боеголовками, оказался в полной изоляции. Страна с трудом выбиралась из послевоенной разрухи. Но его авторитет «великого вождя всех народов», с именем которого шли в бой солдаты, возрос еще больше.
Патриарх противился любому проникновению в страну чуждого заграничного влияния — всех видов западного искусства, научных достижений. Он смешал с грязью генетику, пересажал большую часть видных учённых, в том числе и знаменитого, уважаемого во всём мире академика Вавилова, а «звездой» сельскохозяйственной науки сделал плохо образованного Лысенко. Пусть знают, кто в лавке хозяин!
Но вождь, кажется, поторопился объявить кибернетику «жидовской наукой, продажной девкой на службе американского империализма». Ему осторожно объяснили, что если он хочет иметь современное ядерное оружие, то без применения кибернетических методов исследований не обойтись. Тогда он милостиво разрешил учёным использовать кибернетику, только пусть не афишируют это. И даже дал разрешение через стран-посредниц закупить партию кибернетических машин для обслуживания нужд науки и МВД.