Чтение онлайн

– Я не мама Селены. И мне, если честно, не очень нравится, что она рассказывает о своих бойфрендах в вашем присутствии.

– Обычно она рассказывает о них своим подругам, а Селена все слышит. А потом мы обсуждаем это друг с другом.

– Вот что, – Фиби наконец тронулась с места, – а как Селена относится к тому, что ее мама встречается с бойфрендами?

– Ей нравится девушка, которая сидит с ней, когда мамы нет дома. Терри пятнадцать лет; они с Селеной наряжаются и смотрят телевизор. А еще бойфренды иногда приносят Селене подарки и даже берут ее в разные интересные места. Один, например, возил ее в Диснейленд.

– Я прямо слышу, что ты сейчас подумала, – со смехом заметила Фиби. – Ты маленькое корыстное создание.

Карли лишь ухмыльнулась и заявила:

– Но если ты не выпрашиваешь подарок и не говоришь – пожалуйста, пожалуйста, возьми меня в Диснейленд, – то в этом ведь нет ничего корыстного, правда? Потом, бабушка всегда говорит, что, когда тебе что-нибудь дают, надо обязательно поблагодарить этого человека, чтобы ему было приятно. Даже если тебе не нравится сам подарок. Это и есть хорошие манеры.

– Ты хитрая штучка, Карли Энн. Скользкая, как угорь. Ей-богу, я горжусь тобой.

С утра она занималась потенциальным самоубийцей, которому на самом деле требовалось лишь немного внимания и участия. А перед входом в управление ее перехватил Сайкс.

– Хотел предупредить, лейтенант. У вас в кабинете ищейка.

– Кто-нибудь из отдела внутренних расследований?

– Именно так. Появился там минут пять назад.

– Спасибо. – Ей следовало знать, что рано или поздно такое произойдет. Собственно говоря, она в этом и не сомневалась. Но на душе все равно было как-то неприятно.

Лейтенант Блэкмен из отдела внутренних расследований оказался пятидесятилетним мужчиной с сединой в волосах и заметным брюшком. Выглядел он здоровяком, и только ладони были узкими и сухими.

– Прошу прощения, лейтенант, что заставила вас ждать. У нас с вами было назначено на сегодня?

– Вы не заставили меня ждать. Я подумал, что на данном этапе мы могли бы обойтись без официальной встречи, а побеседовать в более непринужденной обстановке. Впрочем, если вас больше устраивает первое, мы можем это организовать.

Не раздумывая, Фиби прикрылась любезными манерами южанки.

– Ничего не могу сказать по данному поводу, пока не узнаю, о чем вы хотели побеседовать со мной.

– Это касается обвинений, которые выдвинул против вас офицер Арнольд Микс.

– Полагаю, вам хорошо известно, что Арнольд Микс больше не является офицером полиции.

– Но он был им, когда выдвинул эти обвинения. Надеюсь, вы уже оправились от полученных травм.

– Да, благодарю вас. Лейтенант Блэкмен, раз уж собираемся просто побеседовать, не хотите ли выпить кофе?

– Нет, спасибо. Скажите, правда ли, что еще до нападения на вас вы отстранили от работы офицера Арнольда Микса?

– Да, было.

– В чем причины подобного поступка?

– Все они подробно изложены в его деле, – своей улыбкой она продемонстрировала готовность сотрудничать. – Прислать вам копию?

– У меня уже есть.

«Твердолобый», – мелькнула у Фиби мысль, что не помешало ей взглянуть на собеседника все с той же располагающей улыбкой.

– Что ж, тогда вам все известно.

– Офицер Микс поставил под сомнение выдвинутые вами причины.

Больше Фиби не пыталась улыбаться. Тон ее тоже стал куда более резким:

– Мы оба знаем, что он напал на меня. Что он поджидал меня на лестнице, чтобы напасть и избить. И мы оба знаем, почему все это не дошло до суда. А еще мы оба знаем о том, что у Арнольда Микса серьезные проблемы с субординацией – особенно если руководитель женщина. Ах да, забыла упомянуть еще кое-что – неспособность Микса контролировать собственные эмоции. И если вы все это знаете, то к чему подобный допрос?

Темные глаза Блэкмена не отрываясь смотрели на нее.

– Он выдвинул серьезные обвинения против вас и капитана вашего подразделения.

Фиби с трудом сдерживала бьющее через край негодование. «Эмоции, – подумала она, – были бы сейчас совершенно излишними».

– Именно так. Кое-что он высказал мне прямо в лицо, в моем кабинете.

– Я не ошибусь, если скажу, что у вас с капитаном Мак-Ви действительно установились личные взаимоотношения?

– Это так. Наши отношения действительно носят личный и платонический характер. Я знаю капитана уже больше двадцати лет и очень уважаю его. Раз уж вы занимаетесь этим вопросом, то должны знать, при каких обстоятельствах я с ним познакомилась.

– Вы ушли из ФБР, чтобы работать в его подразделении.

– Да, я поступила так по целому ряду причин, ни одна из которых не противоречит местным правилам. Я проработала здесь уже семь лет и за это время не получила ни единого замечания. Полагаю, моя репутация и уж тем более репутация капитана выше каких бы то ни было подозрений. Особенно если в роли обвинителя выступает не кто иной, как разжалованный офицер полиции, воспринявший дисциплинарное взыскание как повод избить меня.

Блэкмен надул щеки, и это было первым знаком того, что он вообще что-то чувствует.

– Я понимаю, лейтенант, что вы находите наш разговор не очень-то приятным.

– Не очень-то приятным? Лейтенант Блэкмен, как женщина и как офицер полиции, я нахожу его просто отвратительным.

– Я понял. Еще этот офицер утверждает, что вы проявляли к нему неподобающий интерес и использовали свое вышестоящее положение, чтобы склонить его к сексуальному контакту.

– Это я уже слышала. – «К черту, – подумала она, – это уже чересчур». – Я никогда не проявляла сексуального интереса к Арнольду Миксу. Тут уж вы можете полагаться либо на его слово, либо на мое. И вообще хотелось бы знать, какое давление было оказано на ваш отдел со стороны «этого офицера», а также его уважаемых папы и дедушки.

– Все дело в обвинениях, которые были выдвинуты в ваш адрес, а также в адрес капитана Мак-Ви.

– Вам следовало бы учесть, кем были выдвинуты эти жалобы. А еще вам следовало бы принять во внимание тот факт, что капитан Мак-Ви прослужил в полиции более двадцати пяти лет и не заслуживает того, чтобы его имя поганил ублюдок вроде Арнольда Микса.