Нора Робертс
Шрифт:
– Даже не знаю. Ты хочешь, чтобы я помогла тебе укусить это место?
– Я хочу нанять тебя, чтобы ты занялась оформлением этого места.
Поскольку в горле у нее мгновенно пересохло, пришлось отхлебнуть немного воды.
– Дункан… почему ты решил, что мне по силам такой проект? Я же не садовник. Я просто вожусь с растениями – ради собственного удовольствия.
Не совсем так, думал Дункан. Ава делала с растениями то же, что Эсси делала с помощью крючка и иглы – она создавала искусство.
– Я не хочу нанимать дизайнера. Ничего не имею против профессионалов, но здесь нужно кое-что другое. Я хочу, чтобы все тут выглядело по-домашнему, но немного более эффектно. У здания должен быть свой облик. Мне нравится то, что тебе удалось сделать с домом на Джонс-стрит. Примерно то же мне хотелось бы видеть и здесь. Смотри, я сделал кое-какие фотографии.
Достав из сумки папку, он положил ее на ступени.
– Фотографии дома, участка – все как есть. Тут же веранды и все остальное. Еще я расписал несколько базовых идей, которые крутились у меня в голове. А вот сумма, которую я намерен вложить в это дело.
Любопытство оказалось сильнее всего. Склонившись над папкой, Ава стала просматривать материалы, пока не дошла до планируемой суммы.
– Знаешь, мне лучше присесть.
– Давай. – Дункан тоже примостился прямо на ступенях. Он вообще любил сидеть на ступеньках или на краешке бордюра, наблюдая за городской суетой. Вот и теперь он просто ждал, что же скажет Ава.
– Дункан, ты, конечно, очень приятный парень, но у тебя явно не все в порядке с головой. – Она сделала вид, что не замечает его смеха. – Нельзя предлагать такие серьезные проекты людям со стороны.
– Ну, относительно серьезные. У меня есть куда более значительный проект, но о нем мы поговорим позднее. Я хочу, чтобы это здание выглядело совсем по-домашнему. Нечто вроде того, что тебе уже удалось сделать. Я немного разбираюсь в садоводстве…
Фыркнув, она пихнула его пальцем в бок.
– Назови мне хотя бы несколько растений из тех, что ты видел у нас дома.
– Ну, на веранде у вас стоит большая ваза с гелиотропом и темно-красным флоксом. Еще там растут алиссум и лобелия. – Он перешел к следующему горшку, а затем к кустам и клумбам, расположенным у парадного входа.
Теперь уже Ава смотрела на него куда более внимательно.
– Ты что, заранее составил список?
– Просто я привык обращать внимание на детали – особенно если они меня чем-то заинтересовали. Так что подумай об этом. Может, тебе тоже придут в голову какие-нибудь идеи, и мы сможем их позже обсудить. Я хочу… – Бросив взгляд на часы, он подмигнул ей. – Знаешь, мне пора. Фиби должна зайти ко мне через пару часов, так что…
– Тебе пора, – пробормотала Ава. – Знаешь, я посижу тут еще немного, если ты не возражаешь.
– Конечно, присмотрись к этому месту. – Поднявшись со ступеней, Дункан снова стал внимательно разглядывать дом. – Мне действительно хочется привести его в порядок. Подумай об этом, ладно?
– Хорошо, подумаю.
Дункан уехал, а Ава продолжала сидеть на ступеньках. Она сидела и размышляла о том, что он просто-напросто сошел с ума. Затем она встала, внимательно оглядела дом, после чего обошла вокруг покосившейся веранды.
Ава думала о том дворике, который был у нее в западном Чатеме. С каким удовольствием украшала она этот крохотный кусочек земли! Привозила туда почву, удобрения, торфяной мох. Сама высаживала там растения, полола и поливала. Доводила все до совершенства, даже не подозревая, что в ее саду завелась змея. Кто же мог знать, что однажды ей придется покинуть свой дом и этот чудесный маленький сад – покинуть навсегда.
Интересно, получится ли у нее что-нибудь, если она примет предложение Дункана? Если уберет отсюда все старое и уродливое… Удастся ли ей создать взамен что-нибудь по-настоящему красивое? А почему бы нет?
«Что ж, – решила Ава, – об этом и в самом деле стоит подумать».
15
Она почти отговорила себя от поездки к Дункану, что, конечно же, было чистым безумием. Она хотела туда поехать. Она просто жаждала закончить то, что они начали на веранде несколькими днями раньше.
Но Рассудительная Фиби решила поспорить с Жаждущей Фиби – и даже выдвинула несколько здравых аргументов. Этот спор продолжался все то время, что она добиралась с работы домой, и даже теперь – когда она уже успела перебраться на остров.
Им следовало бы лучше узнать друг друга. Спору нет, Дункан был очень привлекательным мужчиной. Но к чему такая спешка? Куда разумнее было бы встретиться еще несколько раз в общественном месте – прежде чем мчаться к нему домой, где все наверняка закончится постелью.
Но Фиби не желала внимать доводам разума. Дункан не просто нравился ей – ее неодолимо влекло к нему. И почему бы не отдаться этому желанию? Ведь ей как-никак уже тридцать три.
С другой стороны, что ей было известно о нем, кроме самых общих вещей? Вполне возможно, что он относится к тому типу мужчин, которые сознательно испытывают свои чары на таких дурочках, как она. Может, Дункан – мужской вариант матери Селены и больше всего на свете обожает жонглировать своими партнерами. Так неужели ей хочется быть одним из шариков в его руках?
А какая, собственно, разница? Неужели она не может встречаться с мужчиной – даже спать с ним, – не требуя к себе особого отношения? В конце концов она уже не маленькая и заслужила немного удовольствия – в том числе и в смысле секса.
К черту привычную осторожность.
Но он вмешивается не в свои дела. Во всяком случае, именно так мог бы интерпретировать его действия тот, в ком была изрядная порция цинизма и подозрительности. Рынок сбыта для рукоделия ее матери, дизайнерский проект для Авы. Что следующее? Покупка обувного магазина для Карли?
Разумеется, подобная реакция была чрезмерной и потому смехотворной. Слишком уж Фиби привыкла защищать свою семью. Наверняка ни мать, ни Ава не видели ничего плохого в действиях Дункана. И они действительно были мастерами своего дела.
Проблема в том, что она могла расценивать его поступки как угодно. И дело тут было не в них, а в ее придирчивости. Выходит, она предпочитала брюзжать и жаловаться, вместо того чтобы просто наслаждаться моментом.
И вообще она была уже слишком близко к его дому, чтобы поворачивать назад.
Они просто побеседуют о том, чем это все может обернуться. Поговорят о работе, которую он предложил Аве. Поужинают пиццей; может быть, выпьют немного вина. А затем, как взрослые и ответственные люди, обсудят дальнейшую перспективу их отношений.
И если Рассудительной Фиби этого по-прежнему было недостаточно, она могла катиться из машины ко всем чертям.
В тот момент, когда она свернула к дому Дункана, ей вдруг пришло в голову, что она даже не видела толком всего здания. В первый раз она оказалась здесь сразу после больницы. Во второй – приехала уже с наступлением темноты. И лишь сейчас, увидев дом при свете дня, она смогла оценить его по достоинству.
Он был потрясающим – с высокими окнами, с изящными рамами, белизна которых приятно контра-стировала с бледно-голубым цветом крыши. Внимание Фиби привлек аккуратный изгиб террас и веранд. Здесь же находилась небольшая галерея с белыми колоннами. Именно там с ними едва не случилось то, что лишило ее последних сомнений.
И эта площадка с перильцами на крыше дома. Так удобно смотреть с нее на болота, реку и расстилающиеся вокруг сады.
Что-что, а сады тут были просто замечательными. Совершенно очевидно, что Дункан разбирался в садоводстве – или же держал для этого целый штат прекрасно обученных людей. На самом деле одно не отменяло другого. Для того чтобы оценить красоту пейзажа, совсем необязательно самому копать землю и сажать деревья, полоть и ухаживать за цветами.
Как бы то ни было, но на этом клочке земли смешались солнце и тени, зелень и яркие краски, свежесть воды и ароматы цветов. А в центре этого великолепия возвышался дом – величественный и уютный одновременно.
Фиби шла по дорожке, жадно впитывая в себя новые ощущения. Пожалуй, будет здорово поужинать где-нибудь на веранде, неторопливо потягивая вино и беседуя о всякой всячине. А теплый весенний ветерок будет доносить до них ароматы садовых цветов.
Не успела она подойти к дому, как дверь распахнулась. Дункан молча стоял в проеме, наблюдая за тем, как она поднимается по ступенькам.
– Такое чувство, что мне следовало бы надеть на эту встречу белое развевающееся платье и водрузить на голову шляпу с широкими полями – совсем как у того трансвестита с лицом Джулии Робертс, с которым я так мило беседовала вчера днем. Вот только за ленту шляпы мне стоило бы воткнуть букетик фиалок.
– Ты и так выглядишь потрясающе – несмотря на то что не имеешь ничего общего с трансвеститами.
– Не исключено, что она была транссексуалом. Сам понимаешь, неудобно расспрашивать человека о таких вещах сразу после знакомства.
– Неважно. Я хотел сказать, что мне нравится твое платье.
– Спасибо. – Это было простенькое хлопковое платье, но Фиби решила, что для такой встречи оно подходит как нельзя лучше. – Тебе сегодня пришлось изрядно потрудиться.
– Да как сказать. – Он протянул ей руку, приглашая за собой в дом.
К дальнейшему она была не готова. Уже позднее Фиби думала о том, что сплоховала – и как женщина, и как полицейский. Просто вдруг оказалось, что она стоит, прижатая спиной к двери, а Дункан осыпает ее жадными горячими поцелуями…
Первым ее движением было придержать его за плечи – подожди хотя бы минутку! Но все же ее руки скользнули вверх и выше, пока не обвились вокруг его шеи.
Его ладони взъерошили ей волосы, нежно коснулись плеч, и вот уже она чувствует их у себя на теле. Все это было проделано с таким искусством, что любые «подожди» мгновенно вылетели у нее из головы.
Ни слова протеста со стороны Рассудительной Фиби…
Ей хотелось вдыхать его запах, ощущать его прикосновения. Приятное тепло мгновенно сменилось невыносимым жаром, так что ни о каких доводах разума не могло быть и речи – оставалось делать лишь то, чего пожелает ее тело.
Он бы еще мог остановиться – если бы она вдруг вытащила пистолет и приставила к его виску. Краем сознания он уловил какой-то глухой стук – это упала на пол ее сумочка.
Ее руки – такие сильные и такие ласковые – обвились вокруг его тела, губы впились в губы. Она застонала, затем задрожала… А ее запах, такой легкий и еле заметный, стал вдруг невероятно дурманящим.
Он потянул ее платье вверх – все выше и выше, обнажая эти чудесные ноги. Рука коснулась отделанного кружевом кусочка ткани, скользнула под него.
И здесь уже было не тепло, а невыносимо жарко. Жарко и влажно. Ее бедра напряглись, а из горла вырвался стон, ударивший его прямо в низ живота. Ее пальцы страстно впились ему в плечи.
Да, да, да! Прямо сейчас! Боже! Она не знала, выкрикнула она это или просто подумала. Ее ощущения менялись так быстро, что она была не в силах противиться желанию. Ей казалось – промедли он еще десять секунд, и она умрет на месте.
Но в тот миг, когда он вошел в нее, ей стало наплевать на то, что с ней будет потом.
Теперь это уже не было просто желанием, но какой-то неистовой, всепоглощающей жаждой. Эта жажда заполнила все полости внутри ее, о существовании которых она просто позабыла, и воспламенила все то, что долгое время не знало тепла. Это было, благодарение богу, настоящей атакой!
Теперь уже ничто не могло их удержать. Платье у нее было задрано до пояса, а руки подняты над головой – ладони Дункана крепко сжимали ее запястья. Прижав ее к двери, он двигался с неистовой силой, пока оргазм не накрыл ее с головой.
– Спасибо, – у нее еще хватило сил пробормотать это.
– Ну что вы, не стоит благодарности. Скажу по секрету, мне тоже было чертовски приятно.
Услышав ее смешок, Дункан чуть отклонился назад и внимательно всмотрелся ей в лицо.
– Вообще-то у меня были другие планы на начало этой встречи.
Взглянув ему в глаза – боже, до чего же они красивые! – Фиби попыталась сосредоточиться:
– Другие планы?
– Ну, там, пара бокалов вина на веранде или прогулка по саду. Приятная беседа за ужином. Но потом я понял, что все это время буду думать о сексе и это наверняка лишит меня аппетита.
От прикосновения его руки Фиби вновь задрожала, но Дункан лишь опустил подол ее платья.
– Это во-первых, – продолжил он. – Потом я подумал, что и тебе может хотеться того же самого, а тут я тащу тебя за стол и порчу тебе аппетит. Согласись не очень-то гостеприимно с моей стороны.
– Иными словами, ты поимел меня напротив своей входной двери только потому, что не хотел выглядеть грубым?
– Именно так, – ухмыльнулся Дункан. – Ты как, в порядке?