Чтение онлайн

Одна мекленбургская легенда однозначно связывает Дикую охоту с Одином.

Когда, как это нередко случается, собаки поднимают лай на вересковых пустошах, в лесах и на перекрестках дорог, крестьяне знают, что это лают собаки Воде,и сочувствуют путникам, оказавшимся в это время далеко от дома.

Один пьяный крестьянин как-то ночью шел через лес по пути из города и услышал звуки Дикой охоты, лай собак и крики охотников. «Эй, посреди дороги! Посреди дороги! [778] » — выкрикнул какой-то голос, на что крестьянин не обратил внимания. Внезапно высокий всадник на белой лошади спустился к нему из облаков. Он спросил: «Ты силен? Давай померяемся, кто сильнее. Возьми эту цепь». Крестьянин взял тяжелую цепь, и охотник взвился в воздух.

Крестьянин быстро обернул цепь вокруг дуба, и охотник не сумел притянуть цепь к себе. «Ты наверняка обернул цепь вокруг дуба», — произнес Воде, спускаясь из облаков. «Нет, — ответил крестьянин, поспешно освободивший конец цепи. — Посмотри, я держу ее в руках». «Тогда я должен взять тебя к себе на облака», — воскликнул охотник и снова взвился ввысь. Крестьянин снова поспешно обернул цепь вокруг дуба, и Воде снова остановился на месте. «Неужели ты не обернул цепь вокруг дуба?» — произнес Воде, снова спустившись вниз. — «Нет, — ответил крестьянин, — смотри, я держу цепь в руках». — «Даже если ты тяжелее, чем свинец, то все равно должен отправиться со мной в облака». Сказав это, Воде понесся вверх с быстротой молнии, но крестьянин успел повторить свою уловку. Собаки лаяли, колеса экипажей крутились, лошади ржали над головой, корни дуба трещали и грозили оторваться. Крестьянин чувствовал большой страх, но дерево все же выстояло. «Ты держишь крепко, — произнес охотник. — Многих людей забрал я с собой; ты первый, кто смог устоять против меня. Я тебя награжу». После этого шум охоты стал громче, послышались крики: «Хей, хей! Вол, вол!» Крестьянин постарался незаметно улизнуть по направлению к дому, но вдруг откуда-то с высоты к его ногам упал умирающий олень, а рядом с ним с белой лошади спрыгнул Воде. «Ты должен взять себе кровь этого оленя», — сказал Воде. «Повелитель, — возразил крестьянин, — у меня нет ни тарелки, ни кувшина». «Тогда снимай сапог», — выкрикнул Воде. Крестьянин так и поступил. «А теперь отправляйся домой с кровью и задней частью оленя к жене и сыну». Олень поначалу казался относительно легким, но постепенно становился тяжелей и тяжелей, так что к концу пути крестьянин едва мог передвигать ноги. Согнувшись почти в две погибели и роняя капли пота, он наконец добрался до своего жилья и — о чудо! — сапог оказался полным золота, а задняя часть оленя превратилась в кожаный мешок, полный серебра [779] .

Многие проповедники и ризничие в прежние времена посещали (и сейчас посещают) Черную школу, где дьявол обучает их своему искусству. Благодаря этому искусству ученики могут изгонять призраков, духов умерших и даже самого дьявола. Дьявол учит их всех, но не бесплатно. Когда курс обучения пройден, тот из учеников, посещавших школу нечистого, который выйдет за дверь ее последним, должен принадлежать дьяволу. Однако многие из выпускников, проявивших большую хитрость, чем их повелитель, смогли его обмануть. Среди них был ризничий из Брёнса, что расположен в западной части округа Хадерслебен. Он выходил из школы последним, но знал, как надо поступать, когда дьявол захочет заполучить его душу. Дверь школы выходила на юг, и так случилось, что лекция закончилась при ярком солнечном свете точно в полдень, так что ризничий вполне справедливо сказал, что не он, а его тень покидала школу последней; и если дьяволу так угодно, то он может ее забрать. Нечистому нечего было возразить на этот довод; он отпустил этого человека, но оставил себе его тень. С этого времени ризничему приходилось обходиться без тени; многие из тех, кто видел его и был с ним знаком, могли подтвердить, что даже при ярком солнечном свете за ним не было видно никакого, хотя бы отдаленного подобия тени.

Вряд ли стоит напоминать, что «Удивительная история Петера Шлемиля» Шамиссо основана на аналогичной легенде. Согласно одной испанской легенде, в Саламанке существовала пещера, в которой дьявол всегда содержал семерых учеников при условии у что после полного курса обучения последнему из них придется рассчитаться за всех. И в тот день, когда нечистый распустил учеников и приказал последнему из них остаться, тот показал на тень и произнес: «Вот последний». Дьяволу пришлось удовлетвориться тенью, а ученик остался на всю жизнь без тени.

Рассказывая о шотландских легендах, Джемисон говорил: «Потеря тени присуща тем, кто занимается некромантией. Когда класс учеников достигает определенных успехов в изучении тайной магии, учеников обязывают пробежать через подземный зал, где дьявол в буквальном смысле этого слова ловит последнего из бегущих, если только он не способен пробежать так быстро, что дьявол ухватит только тень. В этом случае человек лишается тени, и те, кто не отбрасывал тени, считались лучшими чародеями». См. Grimm,/., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 976. Большинство читателей могут вспомнить строки Вальтера Скотта в «Песне последнего менестреля». В них упоминается отец леди Буклей, который учился «в Падуе далекой»:

Крест, нарисованный на входной двери дома, охраняет от ведьм. Хорошо также держать в доме облатку Святого причастия. Если скот ведет себя буйно, а коровы не дают молока, то коров, ведра и блюда следует вечером, не производя шума, обкурить дымом. После этого обычно является ведьма и просит ее впустить — но этого делать нельзя, как бы сильно она ни колотила в дверь.

В одном из домов Вильстера заболел ребенок. Знахарка сказала, что в этом случае имело место какое-то колдовство и что ребенка следует в двенадцать часов ночи обкурить дымом, закрыв все двери. После этого человек, который наслал колдовство, придет в дом. Следует взять у него кровь, полить этой кровью ткань и ткань сжечь. В назначенный час все двери были тщательно закрыты; на окна были повешены занавески — все было сделано точно так, как требовала знахарка. Но в этом доме ставни были сделаны по старой традиции, так что под каждым окном было что-то вроде приступка, на который мог встать человек, чтобы заглянуть в окно. Так и произошло. Когда родители обкуривали своего ребенка, незадолго до двенадцати часов ведьма внезапно вскочила на приступок и заглянула в комнату. Увидев ее, хозяин дома выбежал, ударил ее по лицу и утер окровавленный нос куском ткани. Когда эту ткань сожгли, ребенок выздоровел.

По соседству с Бюзумом проживал состоятельный крестьянин с дочерью, которую он нежно любил. Но его старая теща была ведьмой. Людям было известно, что она несколько раз превращалась в кота или другое животное. Когда в каком-либо доме собиралась компания, она насылала в этот дом ворон, так что гостям приходилось расходиться, Эта женщина причиняла зло как мужчинам, так и женщинам. Если кто-то проводил в ее доме ночь и его шлепанцы стояли правильно, она, когда ее никто не видел, входила в комнату и переворачивала тапки [781] . Это было бесспорным доказательством, что она является ведьмой, потому что именно так поступают ведьмы, чтобы спящий оказался в их власти. Ведьмы всегда должны иметь кого-то в семье, на ком они вымещают свою злобу. Старая ведьма завидовала счастливой жизни своего зятя и со временем стала вымещать свою злобу на собственной внучке. Она подарила девушке прекрасное новое платье, которое та, ни о чем не подозревая, надела в следующее воскресенье, отправляясь в церковь. Но не успела она надеть платье, как ее волосы поднялись дыбом, глаза начали дико закатываться, а в животе началось жжение.

Она бросалась в окна и двери, бушевала, подобно рассвирепевшей кошке, и никого не узнавала. Только с большим трудом ее удалось раздеть и уложить в постель. После этого приступ ярости прошел, но сменился периодом изнеможения и полного отупения. Так она лежала долгое время, постепенно угасая. Ни один врач не мог ее излечить; все признавали, что не знают, чем она заболела. Наконец, некоторые из знахарей, к которым обращался отец девушки, сказали, что старуха заколдовала ее, однако они не в силах расколдовать юную особу, и только в Гамбурге есть человек, который — возможно — способен это сделать. Но если это не удастся сделать и ему, то все попытки окажутся тщетными. Отец, решив использовать все существующие возможности, немедленно собрался в Гамбург и переговорил с этим человеком. Внимательно выслушав подробности, житель Гамбурга открыл какую-то большую книгу, написанную буквами, которые понимал только он сам. Через полчаса лекарь сказал, что девушка страдает от колдовства, но он даст горшочек с лекарством, которое, по всей видимости, приведет к ее излечению, если только отец донесет горшочек до дома целым, поскольку злые духи постараются по дороге этот горшочек разбить. На следующий день крестьянин получил от доктора горшочек и без промедления направился в Бюзум. Но тут начались странные вещи. Когда корабельному юнге приказали снести на берег корзину с горшочком и доставить ее в дом крестьянина, то, как только он ступил на твердую землю, песок вздыбился, подобно фонтану, и сшиб юнгу на землю. Корзина вылетела из его рук, и горшочек разлетелся на тысячу кусков. Таким образом, поездка оказалась тщетной. Отец девушки немедленно направился обратно к знахарю, и тот сказал, что во второй раз задача будет много трудней — однако предложил отцу снова прийти к нему через пару дней. За два дня знахарь приготовил все нужное и тщательно упаковал горшочек. На этот раз он наказал крестьянину постоянно следить за горшочком. На сей раз крестьянин вернулся домой по суше, держа горшочек под сиденьем своего экипажа. Но когда он еще только приближался к своему дому, экипаж внезапно развалился на ровной дороге, и хотя сам крестьянин не пострадал, горшочек разбился на куски. Крестьянин, который думал только о выздоровлении дочери, немедленно снова оседлал лошадь, хотя жена — и особенно теща — убеждали его хотя бы немного отдохнуть. Через двенадцать часов он снова был в Гамбурге. Знахарь сказал, что теперь осталось только одно средство — сварить старую ведьму в масле. Но для того, чтобы крестьянин смог это сделать, он решил показать ему того, кто заколдовал его дочь. Он направился в соседнее помещение и начал бормотать непонятные заклинания. Через полчаса знахарь вернулся с большим зеркалом под рукой. Это зеркало он поставил на стол и попросил крестьянина посмотреть в него. Крестьянин так и сделал. Он немедленно узнал свою тещу. Это причинило ему большое горе, но, вспомнив, как начались страдания дочери и, понимая, что болезнь может унести ее жизнь, он принял решение и сказал врачу, что сделает все, как тот скажет, что бы ни произошло впоследствии. Знахарь велел ему прийти в полдень следующего дня. В назначенное время крестьянин пришел к чародею, и тот отвел его в отдельную комнату, после чего ушел. Через час он позвал крестьянина на кухню, где поставил на огонь большой котел, в который налил масло и другие жидкости, произнося самые разные заклинания и совершив необходимые обряды, а затем закрыл тяжелой крышкой. Содержимое котла закипело, шум становился все громче и громче, и крестьянину показалось, что он слышит чьи-то стоны. Казалось, в котле кто-то находится и хочет поднять крышку, чтобы вдохнуть свежего воздуха. «Теперь пора», — произнес доктор, стараясь удержать крышку изо всех сил. Он попросил крестьянина ему помочь — и только с большим трудом им удалось помешать котлу опрокинуться. Когда кипение прекратилось, шум сделался ровным и со временем утих вообще. «Теперь, — сказал ему знахарь, — твоя дочь спасена, а старухи больше нет». Крестьянину стало не по себе, он подумал, что имеет дело не со знахарем, а с каким-то неземным существом. Крестьянин немедленно заплатил все, что полагалось, и поспешил обратно на постоялый двор. На следующий день рано по утру он сел на лошадь и направился домой. Войдя в свое жилище, он увидел свою дочь, довольно здоровую и приветливую. Встретив его, она сообщила, что ее старая бабка умерла вчера в ужасных муках. В полдень у нее началось внутреннее жжение, которое с каждой минутой становилось все сильней. Она не могла больше оставаться в постели, распахнула все окна и двери, сорвала с себя одежду и начала кататься по полу, с криками и стонами, которые можно было слышать далеко вокруг. Но скоро она постепенно притихла, а через какое-то время уже не могла произнести ни звука. Когда она мучилась, все убежали, а когда вернулись, то обнаружили вместо старой женщины только небольшую кучку золы и несколько сгоревших костей. С этого часа здоровье вернулось к дочери, и она прожила еще немало лет.

Когда в мае утром выпадает роса, это сулит год, обильный на хорошее масло. В такое утро одна ведьма перед рассветом отправлялась в соседние поля и собирала росу льняными полотнами, выжимая ее в сосуд. Когда ведьма хотела получить масло, она брала ложку росы и заливала ее в маслобойку, произнося: «От каждого дома по полной ложке» [782] . Таким образом, она каждый раз забирала понемногу масла у соседей, которым принадлежали эти поля. Однажды ее муж решил изготовить масло сам, но перепутал слова и произнес: «От каждого дома по полному мешку» [783] . После этого он получил столько масла, что оно заполнило весь дом, и люди не знали, что с ним делать.

Имя ведьмы Даустрикер (Таустрейхер), «сбивательница росы» или «скребок», несомненно, происходит от этой легенды. Подробнее об этом см. в Grimm,Deutsche Mythologie, op, cit., p. 1026..

Один фермер никак не мог вырастить ни одного теленка. Животное всегда заболевало так, что его никак не удавалось выходить и приходилось убивать. Крестьянин посоветовался со знахарем, который дал ему следующий совет: когда такое случится еще раз, привезти больного теленка в свой двор и выстрелить в него. «Ты не сможешь его убить, — сказал знахарь, — но продолжай заряжать и стрелять. Тогда скоро кто-то придет, и дело будет улажено». Через какое-то время заболел еще один теленок. Крестьянин поступил с ним точно так, как ему велел знахарь. Он выстрелил в теленка несколько раз, но его не убил. После этого прибежала соседка с криками: «Прекрати стрелять; ты перебьешь всех моих быков на лугу». Каждый выстрел убивал одного быка. Крестьянин прекратил стрельбу, и с этого дня все его телята росли здоровыми.