Чтение онлайн

— Значит, Дракула не был вампиром и нам можно расслабиться? — Слегка повеселел Лайан.

— Нет. Это значит только то, что Дракула в учебники для молодых британских магов не попал. — Посмотрела на него как на идиота волшебница. — Возможно дело в том, что прообраз самого известного вампира в мире оказался обычным человеком, пусть даже умным, талантливым и жестоким…Самая маловероятная, на мой взгляд, гипотеза, ибо в те времена одаренные завесой секретности еще окружали себя не так активно, да и всякие магические монстры на Земле благодаря их усилиям не до конца вымерли, а потому люди при встрече с чем-нибудь необычным должны были быстро сообразить, какая именно напасть их постигла. Возможно также, что составители учебников для истинных правителей Британии просто не уделили времени событиям далекого прошлого в Восточной Европе, ибо с их точки зрения это был довольно узкоспециализированный вопрос, который вряд ли большинству их подопечных когда-то пригодится. А возможно истинная информация о Дракуле была слишком важной и секретной, чтобы доверять её публичным источникам, пусть даже таким.

— Более секретной, чем методы создания покорных марионеток из обычных людей или схемы строительства разумных волшебных андроидов? — Нервно хмыкнул Лайан. — Тогда это самая страшная вероятность…

— Почему? — Задал ему довольно неожиданный вопрос Сломанное Перо. — Ладно, предположим, на нашей стороне сражается древний бессмертный вампир, по совместительству являющийся великим полководцем…Что в этом плохого? Ну, появится в Убежище несколько хорошо оплачиваемых профессиональных доноров или просто какое-то количество пленников из тюремных камер пропадет…Лично для себя я в этом проблем не вижу, только преимущества, ведь проблем всяких и разных нам Бесконечная Вечная Империя с избытком подбрасывает. Во всяком случае, пока лично меня сожрать никто не пытается.

— Когда попытается, может стать поздно…А еще многие казнимые Дракулой люди должны были быть его собственными подданными, с которыми он расправился за недостаточное старание, неудачи или просто по случаю своего плохого настроения. — Дария захлопнула книгу, начав барабанить пальцами по её обложке. — Впрочем…Если бы обладатель подобного типа личности захватила власть, то к настоящему моменту мы бы увидели целый лес кольев с телами преступников, военнопленных, бедняков, проституток… А еще такой маньяк вряд ли бы вообще решил поделиться с кем-нибудь своей властью, ибо непомерно раздутое эго толкало бы его к авторитарному стилю правления. Хотя сведения о жестокости Дракулы к своим же слугам и просто попавшимся в его руки людям вполне могут оказаться фальсификацией, поскольку читала я их во все тех же официальных исторических источниках. И им до конца доверять теперь уже не смогу больше никогда. А ещё даже в совсем недавней истории полно примеров того, как замалчивали неприятную для сильных мира сего правду или очерняли неудобные политические фигуры, если это кому-то было выгодно.

— Ну да, ну да, двуличность не вчера придумали, — согласился с ней Лайан. — Все в той же новейшей истории химическое оружие объявляли средством от сорняков, а аресту десятка каких-нибудь маргиналов могли уделить большее внимание, чем геноциду десятков тысяч людей, если убивают их подальше от прицелов телекамер…

— И все-таки на вампира Бальтазар не очень похож: ни любви к темной магии вообще и некромантии в частности, ни избегания солнечного света, ни типичных схем поведения хищника, пускай и разумного…Читал я про кровососов в бестиариях, описывающих самую проблемную, но в то же время наиболее достойную добычу… — Задумчиво пробормотал индеец, крутя в пальцах узкий загнутый клинок, непонятно откуда взявшийся в его руках. — Хотя такие твари и известны своей способностью маскироваться под живых. Особенно старые и могущественные, каким и должен быть Дракула, если бы мы с ним оказались действительно знакомы…

— Это если Дракула действительно был вампиром…А не кем-нибудь ещё. — Выдвинула довольно неожиданно предположение Дария. — Политиков, например, в старом мире очень удобно очернять, называя диктаторами…Так почему бы и какого-нибудь мага не очернить, обозвав кровососом?

— Верхушку магов нашей планеты Бесконечная Вечная Империя вообще-то должна была уничтожить, — напомнил ей Лайан. — Хотя…Из каждого правила есть исключения. Может кому-нибудь и повезло выкрутиться как-то, большую часть силы потеряв, а потому оказавшись в Тренировочном Лагере наравне с простыми смертными.

— Хорошая гипотеза. Те земли, которыми когда-то правил Дракула, до недавнего времени были поделены между то ли двумя, то ли тремя государствами…Что их древний хозяин вряд ли бы допустил, если бы продолжил существовать и мог этому воспрепятствовать. Следовательно он как минимум в двадцатом веке был либо мертв, либо, как вариант, скован в какой-нибудь темнице и бессилен. — Покивала головой Дария, вновь доставая из сумочки книгу по садоводству и открывая её на том же месте, где закончила читать. — А еще Дракула, если бы он был настоящим и мог проявлять хоть какую-нибудь активность, вряд ли бы спокойно отнесся к столь наглому использованию его образа в литературе и различных кинолентах за последнее десятилетие…Но я что-то не припомню среди режиссеров и сценаристов фильмов про вампиров массовых случаев посажения на кол или хотя бы таинственных исчезновений.

— Тогда надо бы чтобы кто-нибудь не слишком важный ему самые худшие образчики этих самых книг и кинофильмов показал…А мы посмотрим, что после этого случится. — Улыбнулся одними губами Сломанное Перо, планы которого как обычно были довольно жестокими, но эффективными. — Все-таки слишком многое в этом Бальтазаре намекает на то, что он совсем не тот, кем кажется…И граф Дракула — вполне жизнеспособный вариант…

Глава 11

Невысокие домишки, слепленные из обломков бетонных плит, скрепленных вместе самой обычной глиной и напрочь лишенных оконных стекол, смотрелись серо и убого. Из заполненных дерьмом и мусором сточных канав невыносимо смердело по случаю летней жары и полного безветрия, но снующие по улице горожане не обращали на это внимания. Безразличны или почти безразличны им были также чавкающие под ногами конские яблоки или коровьи лепешки — привыкли, вернее большая их часть никогда и не знала, что может быть по-другому. Худые сгорбленные и рано постаревшие люди в одеждах из грубых некрашеных тканей, что дружно спешили на городскую площадь, где вот-вот должны были выставить бесплатное угощение от щедрот какого-то там лорда, конечно, старались обходить наиболее серьезные скопления нечистот, но так, без особого энтузиазма. Примерно как я когда-то в своем далеком-далеком детстве лужи после дождя обходил. Некоторые наиболее оборванные и тощие детишки так вообще бегали по всей этой мерзости босиком, не утруждая себя лаптями, деревянными сандалиями или какой-нибудь иной обувкой, пусть даже самой грубой и дешевой. Однако смеющихся и играющих среди данной социальной группы было мало. В основном они высматривали, как бы чего стащить или убегали от тех, у кого уже что-то стащили. У многих ребятишек и подростков из числа то ли беспризорников, то ли просто нищих голодранцев ветхая одежонка из дыр, заплат и дырок в заплатах не скрывала шрамов, оставшихся после близкого знакомства их тел с кулаками, палками, розгами, собачьими зубами, а то и ножами…И висящий на перекрестке улиц маленький трупик, успевший прогнить едва ли не насковзь, а потому добавляющий свои тухлые нотки к городской атмосфере показывал — это им еще повезло.

— На ярмарку по случаю празднества иноземные купцы приехали, говорят из самого баронства Сочинского, — судачили о местных событиях в толпе женщин средних лет, двигавшихся тем же курсом, что и все. Узловатые пальцы, покрытые пятнами ожогов и шишками артрита, ранняя седина в волосах и ковыляющая походка, характерная для жертв радикулита, наводила меня на мысли, что годочков им эдак за шестьдесят…Хотя вряд ли хоть одна из этих дам достигла тридцатилетнего юбилея. В данном возрасте тут уже считались глубокими стариками, которых следовало бы уважать за их мудрость или хотя бы везучесть, поскольку при скверной кормежке, постоянном стрессе, тяжелой жизни, отвратительной гигиене и крайне сомнительном медицинском обслуживании от всяких шарлатанов столько зачастую вообще не живут. — Вроде бы черного перца аж пять мешков привезли и продают даже не на вес золота…Дешевле…Втрое!

— Крыса! Крыса! — Промчалось мимо меня вышеупомянутое животное, что несмотря на свои габариты, более приличествующие небольшой кошке, торопилось как можно скорее где-нибудь спрятаться, поскольку следом за ней бежали хищники куда более страшные, пусть и малолетние. Причем в количестве, делающим всякую борьбу за выживание заранее обреченной на провал — числом забьют. — Палкой её! Камнем! Лови! Кто поймает — тому половину мяса!

— А ну стоять, паразиты вонючие! — Вдруг заорал относительно добротно одетый мужчина, мимо которого промчалась стайка преследующих свою добычу оборванцев. Из рукава не по погоде теплой, но зато показывающий определенный уровень зажиточности шерстяной кофты была вытряхнута небольшая дубинка, с которой этот то ли мастеровой, то ли помощник какого-нибудь лавочника кинулся вдогонку за детьми. — Верните кошелек! Убью!!!

Окружающие даже и не подумали хватать малолетних воришек, бросивших почти уже загнанное животное на произвол судьбы и шустро рванувших в разные стороны. Вместо этого они вовсю стали наслаждаться зрелищем погони ограбленного мужчины за одним из детишек, которого тот назначил виновным в своей беде. Кто-то просто глазел на бесплатное зрелище, кто-то тихонько хихикал, кто-то вообще в голос ржал или даже пытался со знакомыми пари заключить…Чужая беда радовала всех!

— Это не я! Не я! — Заверещал отчаянно одетый в лохмотья паренек лет двенадцати, когда расстояние между ним и жертвой ограбления сократилось почти до нуля несмотря на то, что ребенок старался бежать с максимально доступной скорсотью. У взрослого мужчины банально ноги были длиннее, да и кушал он явно получше, чем нищее дитя улиц, которое от сильного ветра явно шаталось, если вообще не падало. — Дяденька, не надо!

— Убью! — Любовно отполированный кусок древесины почти дотянулся до затылка беглеца, который бы без всяких сомнений проломил, но в последний момент ноги обладателя шерстяной кофты на краткий миг вдруг словно застыли на месте…А все остальное — нет. В результате мужчина, конечно же, потерял равновесие и покатился кубарем по уличной грязи, собирая на себе навоз свежий и старый наравне с прочей грязью. Грязно матерясь, он сразу же постарался подняться на ноги, но едва избежавшего как минимум сотрясения мозга мальчишки конечно же через три секунды и след простыл. Под звуки ругательств дубинка отправилась обратно в рукав…А после жертва ограбления вдруг резко умолкла, поскольку обнаружила у себя на поясе кошелек. Тот самый кошелек, из-за которого и кинулась в погоню за малолетним оборванцем, срезавшим с пояса маленький кожаный мешочек каким-то маленьким острым лезвием. Только сейчас веревка была целой. И оканчивалась тем самым денежным хранилищем, которого полминуты назад на месте точно не было!