Чтение онлайн

— Вот так и знала, что все твои разговоры о уважении к законам и равенстве не более чем пустая брехня, учитель, — презрительно фыркнуло самое большое разочарование меня как педагога, демонстративно скрещивая руки под грудью, кажущейся еще больше из-за толстого и теплого войлочного доспеха, который облегал фигуру сильнейшей ведьмы нашего поселения. Рослая фигуристая блондинка, являющаяся едва ли не олицетворением слова «валькирия», без сомнения была очень талантлива…Но в тех областях магии, которые я изучал. Сглазы, проклятия, менталистика, некромантия, шаманизм, манипулирование плотью…Всего этого я не умел или почти не умел, ибо банально никогда и не пытался всерьез научиться. Нет, базу-то ей дал, база она на то и база, что почти для всех одинаковая…Но другие, да хоть те же стихийники, получали от меня намного больше. И она вообразила себя, что древний почти как сибирский мамонт архимаг в воем лице с ней не желает делиться тайными знаниями, не желая растить конкурентку. И стала этой конкуренткой из принципа. Ну, думает, что стала, ибо самомнения ей всегда было не занимать, а остальные наши одаренные, увы, колдуют как-то без огонька, довольствуясь тем уровнем, который позволяет окрестных дикарей пугать, да случайно залетевшим в горы вивернам клыки обламывать… — Как только вдруг оказалось, что твои интересы ущемили, то сразу же прибег к грубой силе.

— Ладно уж, проходи, садись, раз ворвался к нам так бесцеремонно, — вторил супруге Гвидон, названный так в честь персонажа русских народных сказок. Напоминающий по телосложению скорее медведя, чем человека могучий витязь, бывший действительно неплохим рубакой даже по моим довольно высоким стандартам, действительно пришелся бы к месту среди древних былин. У него и внешность была характерная, и класс легендарный и привычки…Махну рукой — улица, отмахнусь — переулочек…Скольким пострадавшим в драках или на тренировках я после него состояния здоровья откатывал и не сосчитать. — Уважим уж сегодня старика…

— Мне плевать на ваше уважение, — процедил я, направляясь вперед. — Я хочу знать, почему вдруг по улицам баб с детишками гонят словно скот! И почему на них побои и зачарованные клейма, вокруг которых даже воспаление от ожога не спало! А ведь в этом столетии варвары и гоблины не давали поводов для подобного отмщения, более того, даже не пытались их дать…Так какого черта вы устроили?! Мне напомнить, что рабство у нас запрещено?!

— Мы позаботились о своем будущем и отменили этот глупый закон, — неожиданно подал голос тот, кого можно было бы назвать нашим министром экономики, если бы не слишком мелкий масштаб. А так он был всего лишь главным торговцем. И единственным по большому счету…Больше как-то и не требовалось. — Пора взглянуть правде в глаза, именно из-за него, ну из-за других глупых древних предрассудков, мы едва выживаем в то время, как давно могли бы процветать! Всякая тупая и грязная работа, которую будут делать дикари, освободит нашим гражданам время для охоты, тренировок, постижения магии и прочих дел, ведущих к повышению истинно важных классов!

— Их женщины станут рожать нам детей, наконец-то позволив как следует увеличить свою численность! — Поддержал торговца самый старый из членов совета, с которым мы когда-то вместе бились на последних стенах последнего свободного города Земли. Определенной роли в поселении у него не было, но этого пенька, который трухой не рассыпающегося исключительно благодаря тому, что я периодически его организм заставляю стареть в обратном порядке, молодея потихонечку, уважали за его опыт и возраст. Притом, что он по сравнению со мной молокосос, но меня детишки позволяют себя дразнить, да и от взрослых последнее время особого почтения видно не было…Впрочем, я и общался-то с ним не сильно часто, иногда уединяясь в своем доме на недели и месяцы, ибо от окружающего мира уже давно ничего не нужно, а общих тем для беседы с обитателями деревни как-то маловато… — И когда у нас станет больше воинов и магов, мы наконец-то сможем перестать прятаться в этих проклятых горах, а жить в тепле и комфорте, как того заслуживаем! Надо было давно что-то такое устроить вместо того, чтобы прозябать здесь, по десять раз перерабатывая собственный мусор и выращивая фрукты на гидропонике! Тем более сил чтобы защитить себя у нас точно хватит, если никого из высшей знати не злить…

— Да вы же все сговорились…И давно… — Осознал я, переводя взгляд с одного из своих бывших коллег по руководству нашей маленькой деревней на другого. — Похоже, я действительно стал старым дураком, который просто выглядит молодо, раз не заметил этого…

— Да ты давно уже мало чего замечаешь и чокнулся совсем, -улыбнулась Александра, а после демонстративно подняла правую руку, в который был сжат небольшой хрустальный шар. Шар, через который и управлялся тот псевдоразумный комплекс артефактов, что я заботливо поместил в пол, стены и потолок ратуши, превращая обычную с виду постройку в аналог волшебной крепости, куда не сможет так просто вломиться даже банда рыцарей-колдунов, оседлавших огнедышащих драконов и откуда не сбежать пленным эльфийским принцессам, являющимся единственным гарантом миролюбия их ушастых родственничков. — И с тобой давно было пора кончать!

Стол, вытащенный мной из дворца одного давно покойного претендента на высокое звание Короля Мира, полыхнул всеми цветами радуги, локально запрещая в радиусе десятка километров вокруг себя чары определенной школы магии…И сейчас он был настроен на хрономантию, насильно стабилизируя и без того не отличающееся особой хаотичностью течение реки времени. Мощнейшее ментальное давление, источником которого являлась покрывавшая внутреннюю часть крыши многослойная рунная вязь, обрушилось на мой разум, пытаясь разорвать его на части. В ауру вцепились острыми крючьями когти десятка могущественных духов, что высунулись из тела шаманки, словно суслики из какой-то коммунальной норки. Четыре бойницы, открывшиеся в поддерживающих потолок колоннах, дружно плюнули в спину мне разрядами энергии смерти, каждый из которых мог бы вышибить душу из великана. Пол под ногами вспыхнул какой-то магической звездой, щедрой рекой выкачивающей из своей жертвы жизненную энергию.Мгновенно оказавшийся в руках Гвидона длинный меч метнулся точно к сердцу, распарывая зачарованную ткань одежды и выходя из спины.

— В обмен на этого старого ханжу мы точно получим обелиск, — усмехнулся тот, кого я когда-то считал братом по оружию. — Дни его славы, конечно, давно прошли, но наград, которые назначены за этого простофилю ведь никто не отменял…

— Надо было давно обменять на него какое-нибудь графство побогаче! Лучше бы конечно целую страну, но все же страну мы не удержим…Нет, не удержим… — Покручинился торгаш, которого я когда-то учил первые цифры складывать вместе с десятками других подобных карапузов. — Хотя, если собрать всех гоблинов и дикарей с местных гор и использовать их жизни, дабы напрямую воззвать к кому-нибудь из богов и попросить у него покровительства…

— Ха-ха-ха! Этот так называемый великий маг так и не заметил, что я годами перенастраивала все его артефакты под себя! — Торжествующе смеялась Александра, в этот момент так похожая на свою мать, что погибла относительно недавно, лет сто назад, случайно нарвавшись в горах на одного их духов голода и не сумев его засады пережить…А ведь та женщина была последним человеком, который поздравлял меня с днем рождения, и даже старательно их считал…

— Да заметил, заметил, — вздохнул я, наконец-то начиная реагировать на попытки собственного убийства и делая шаг назад, ибо застрявшее в груди лезвие вызывало очень уж неприятный зуд, пытаясь одновременно и закачать внутрь своей жертвы набор сильнейших парализующих токсинов, и разорвать на части её энергетику. Работа на предельной мощности с одновременным пребыванием внутри моего организма далось артефакту непросто, ибо лезвие его покрылось ржавыми кавернами и трещинами, близко познакомившись с той субстанцией, из которой могли бы состоять тела элементалей времени, если бы подобные существа в нашей части мироздания вообще водились. — Просто не хотел мешать тебе развлекаться, переделывая мои артефакты на свой лад, ибо ты с их помощью действительно стала бы в этом месте похожа на настоящего высшего мага, а вот мне подобные костыли давно уже без надобности.

Духов, чьи потуги на мою ауру произвели примерно те же впечатления, что и кисть маляра на бетонную стену, я всего парой небрежных движений рук порвал на части, словно чересчур разросшиеся сорняки на своем личном огородике, только эктоплазма в разные стороны брызнула. Да, по идее это подвиг для каких-нибудь мастеров боевых искусств…Но более-менее обычные мастера боевых искусств на моем фоне примерно то же самое, что мотоциклы, прислонившиеся к колесу карьерного самосвала. Печать под ногами подавилась количеством влитой в неё жизненной энергии и порвалась на части, словно воздушный шарик, подключенный к накачивающему автомобильные шины насосу. Рунная вязь на крыше, обеспечивающая ментальное давление, вырубилась сама, банально уйдя на перезарядку. Била она мощно, почти как архимаг данной направленности, у меня аж нанесенный на кожу голову защитный контур, который под волосами никто не видел, на пару градусов потеплел, но вот с продолжительностью и тонкостью воздействия имелись проблемы. Готовящиеся сделать следующий залп колонны я деактировал, банально заставив вернуться во времени к тому моменту, когда они были еще находились в спящем режиме. Да, стоящий прямо передо мной стол весьма эффективно стабилизировал реку времени и мог бы превратить даже очень опытного хрономанта в простого человека, имеющего сугубо теоретическую магическую подготовку…Мне он неприятностей доставил примерно столько же, сколько встречный ветер в плохую погоду. Но я все равно эту штуку выключил, банально пнув со всей дури по ближайшей ножке и заставив массивный предмет кувыркнуться вокруг своей оси, тем самым разрывая контакт с проложенными к артефакту энерговодами. Ну и заодно опрокинул сию довольно тяжеленькую мебель на своих бывших коллег по совету, брызнувших в разные стороны как тараканы. Только наш главный торгаш и не успел вывернуться, ибо физическим и магическим развитием злостно пренебрегал, из-за чего теперь его череп и разбросал мозги во все стороны, треснув в нескольких местах подобно гнилому арбузу из-за контакта с тяжеленным массивом волшебной древесины, чей вес, несмотря на достаточно компактные объемы, составлял никак не меньше четырех тонн. Нет, так-то уровень у покойного имелся не самый плохой, как и защитные амулеты…Но тут ему не стрелу в спину из кустов обиженные ценами на наши товары дикари выпустили, а скорее уж нож гильотины уронили прямо на черепушку. Зачарованный притом.

— Как?! — Исказилось от страха лицо моего бывшего товарища по оружию, который пятился спиной вперед, стремительно бледнея. Я смотрел на него и не видел…Вернее, видел сейчас не его настоящего, а все то, чем он занимался в прошлом. День назад, год назад, век назад…Почти невозможный подвиг даже для меня, но именно почти, ибо у хрономантии я на особом счету. Пожалуй можно даже сказать, что у этой ветви волшебства по отношению к одному своему адепту выработался Стокгольмский синдром, ибо сейчас над ней измывались самим противоестественным образом, а мироздание хоть и упиралось для виду, но покорно позволяла мне ужимать целые месяцы непрерывного просмотра этого своеобразного кино для жалких мгновений.– Это же невозможно…Я знаю, на что ты способен! Видел тебя выложившимся настолько, что в иных мумиях жизни больше будет! И с тех пор ты поднял едва ли уровня два, поскольку все эти десятилетия сидел в своей мини-башне как сыч, никуда особо не вылазия!

— Я уже давно существую с костылями, навязываемыми Бесконечной Вечной Империей несколько в разных плоскостях. Это не так уж и сложно на самом-то деле. В городе, который мы с тобой когда-то защищали, было не меньше пары десятков тех, кто полностью или частично выпал из-под её власти. — Пожал плечами я, зацикливая во времени свою бывшую ученицу, что обратилась тенью и быстрее пули метнулась к выходу…А после снова метнулась. И снова. И снова…Добежать до двери она не сумеет теперь никогда и будет повторять одно и то же либо пока не сдохнет от истощения, либо пока я её из этой временной петли не выпущу. Бросившийся на меня Гвидон, пытавший на сей раз взболтать мой организм своим клинком, будто миксером, словно разделился на шесть отдельных копий. Каждая из них была фантомной и в то же время реальной. Если бы я был обычным человеком, мой живот один и тот же зачарованный клинок, пусть и слегка проржавевший, пронзил бы в шести разных местах. Ублюдок готовился к этому противостоянию и даже изучил технику, помогающую противодействовать хрономантом ибо убедить реальность, что у тебя нет нескольких смертельных ран вообще-то куда труднее, чем заставить мироздание позабыть всего про одну дырочку. Но я терпеть новую попытку своего убийства не стал и ударом появившегося в руках верного посоха отбросил Гвидона в сторону с такой силой, что в стене ратуши осталась дыра, по контурам почти идеально совпадающая с телом этого почти былинного и почти богатыря. Думаю, сдох… Пусть защитные зачарования работают в основном против внешней угрозы, но прочность у главного убежища деревни такая, что ворота не каждого противоатомного бункера старого мира могли бы сравниться с этим примитивным исключительно с виду рубежом обороны. — И вообще, пока ты спишь — враг качается. Для врагов-хрономантов, особенно очень целеустремленных хрономантов, сидящих в сделанном ими же изолирующем контуре и старательно пытающихся стать сильнее, это верно больше, чем для кого-либо другого. Ибо каждое твое десятилетие для меня длилось многие века!!!