Чтение онлайн

Когда Марк, на обратном пути высадил нас в полдень в центре старой Риги, я сказал жене:

– Софийка! Я не всё тебе рассказал…

Когда мы вместе со Звягиным вбежали в цветочную оранжерею, я нашёл на земле салфетку, на которой во время юбилея Марка я записывал стишки для идиотского конкурса поздравлений. Я спрятал её в карман – утаил важную улику от следствия. Что теперь делать с салфеткой? Если отдать её полковнику Веткину, то неизвестно, как он отреагирует на сокрытие улики. Мне кажется, что лучше продолжать молчать об этом.

– Я боюсь, что тебя кто-то хочет подставить. Скорее всего, это сделано для «перевода стрелки» - так называется этот приём преступников в специальной литературе. Но эта бумажка действительно может оказаться серьёзной уликой.

Давай посмотрим, как будут складываться события, а потом, может быть, расскажем следователю Веткину о салфетке – вдруг эта зацепка хорошо уляжется в его логические построения.

КАБИНЕТ ВЕТКИНА, СЛУЖЕБНОЕ СОВЕЩАНИЕ, 21 ИЮНЯ

ПРОТОКОЛ.

Присутствуют: начальник отдела полковник Михаил Веткин, эксперт Инта Люмпе, старший инспектор Станислав Радзиевский, старший инспектор Петерис Берзиньш, инспектор Зита Калныня.

Веткин: Инта, какие дополнительные данные установлены по убитому Францу Ковальскому?

Люмпе: Вскрытие уточнило время убийства Ковальского - от 11.00 до 12.00, 16 июня. Старик был тяжело больным человеком – рак простаты в запущенной форме. Мой диагноз подтверждён диагнозом лечащего врача Ковальского – уролога Лурье, фамилия которого установлена по рецептам, найденным у Ковальского. По информации лечащего врача, Франц Ковальский, в своё время, отказался от сеансов облучения и был информирован доктором Лурье, что в таком случае у него осталось не более года жизни. Смерть Ковальского наступила от удушья и последующей сердечной недостаточности. Смерти предшествовали несколько минут борьбы за жизнь: на теле обнаружены следы ушибов от падений и царапины. Глубокий след от удавки говорит о том, что убийца был физически очень сильным человеком, а угол плоскости сечения следа позволяет сделать вывод, что рост убийцы должен значительно превышать рост жертвы. Все отпечатки пальцев, обнаруженные в оранжерее или на личных вещах Ковальского, принадлежат только ему самому. Нечёткие отпечатки обуви на рыхлой земляной поверхности пола помещения не позволили идентифицировать тип обуви или другие установочные данные. Размеры отпечатков подтвердились: 40 и 44 см. У меня всё.

Веткин: Слава, доложи нам, что удалось установить по личности убитого?

Радзиевский: Франц Ковальский, 1921 года рождения, поляк, уроженец города Каунас, Литва. Он рассказывал одному из бывших коллег, что живёт в Риге с 1937 года. Будучи подростком, он поступил в ученики к рижскому мастеру по пошиву женского платья Соломону Меерсону и с той поры всегда жил в Латвии. По профессии он всегда был портным и закройщиком одежды, работал в различных пошивочных ателье Риги и Юрмалы. Он по праву считался одним из лучших закройщиков нашей республики. В период с 1970 года по 1980 год он работал в рижском доме моды Rigas Modes. Бывшие коллеги до сих пор относятся к Ковальскому с большим уважением. Одна из бывших моделей сказала о Франце Ковальском: «он был настоящим виртуозом своего дела…». Ковальский всегда, дополнительно к основной работе, занимался пошивом одежды на дому. К нему было очень трудно попасть: он обслуживал только своих знакомых или клиентов с надёжными рекомендациями. Люди говорят, что во все времени существовала длинная очередь на его пошивочные услуги – спрос опережал предложение, я имею в виду физические возможности Ковальского. Соседи сообщили о большом количестве посторонних посетителей в доме Ковальского, в прежние времена. Хозяином дома по улице Сатеклес Франц Ковальский стал в 1948 году. Ковальский регулярно, раз в неделю, посещал католический костёл. Он никогда не дружил и даже не общался вне работы ни с кем из сотрудников. По документам, Ковальский холост, но соседи утверждают, что в его доме всегда проживала женщина, которая недавно умерла. По информации, полученной от двух соседей, когда-то, много лет тому назад, эта женщина была очень красивой – яркая блондинка с длинными волосами. Гражданская жена Ковальского была домохозяйкой, нам не удалось найти ни одной записи об её трудовом стаже с каким-либо латвийским предприятием. В архиве юрмальского паспортного стола нашлась запись 1949 года о прописке Эльвиры Бунгардс по адресу дома Ковальского. Министерство социального обеспечения также подтверждает проживание пенсионерки Эльвиры Бунгардс по ул. Сатеклес 67, в Кемери. Она получала пенсию по старости, начиная с 1982 года. Соседи подтвердили, что имя жены убитого Эльвира – они случайно слышали, как Ковальский называл её этим именем. Женщина никогда, ни с кем из соседей, ни разу не разговаривала. Имя гражданской жены Франца Ковальского также подтверждается регистратурой ближайшей больницы в Дубулты – за последние два года жизни она три раза была госпитализирована с диагнозом «ишемическая болезнь сердца». Эльвира Бунгардс умерла всё с тем же диагнозом 19 января 2006 года.

Я нашёл интересную информацию о Ковальском в архиве бывшего КГБ. Как оказалось, в советские времена, кроме пошива одежды, Ковальский также занимался скупкой барахла у фарцовщиков и у получателей заграничных посылок для последующей перепродажи. Однажды Франца Ковальского вызывали на допрос в КГБ, но не арестовали, так как он подписал форму о своём согласии стать информатором комитета. Я не располагаю информацией, сколь успешным было сотрудничество Ковальского и комитета.

Как показали соседи, супруги Ковальские вели весьма обеспеченный образ жизни: они покупали продукты только с рынка, регулярно пользовались такси, носили дорогую одежду. Никто из соседей не помнит случая, чтобы дом Ковальских хоть на пару дней оставался без присмотра – летом хозяйку дома почти всегда видели в саду и на огороде, а в холодное время дым отопления постоянно свидетельствовал о присутствии в доме хозяев.

Нам не удалось установить место, где Ковальский прожил две недели, прошедшие после завершения второго контракта на продажу дома. Опрос таксистов с предъявлением им фотографии Франца Ковальского пока ничего не дал. Мобильного телефона у него не было. Его адвокат заявил, что Ковальский сразу же по оформлению продажи дома и получению денег собирался уехать к каким-то родственникам в Швецию. Мы не обнаружили никаких записей о телефонных звонках в Швецию с номера телефона Франца Ковальского за последние три месяца. Возможно, что шведские родственники убитого – фикция, хотя ещё в день убийства мы нашли во флигеле несколько старых писем в заграничных конвертах на латышском языке с адресом и именем Ковальского в качестве получателя. Письма я передал в экспертный отдел. Коллеги обещали подготовить для нас общую справку. Опрос соседей не подтвердил информацию о молодом мужчине, проживавшем в доме Ковальского. Однако профессор Фридманис утверждает, что когда он в первый раз позвонил по телефону Ковальского, то трубку поднял человек с молодым голосом и представился племянником хозяина дома. В первый визит Фридманис мельком, через распахнутую дверь видел в соседней комнате молодого мужчину, но не рассмотрел детали его внешности. Подобную информацию о племяннике также сообщил нам при допросе Андрей Звягин. Мне пока не удалось установить личность «племянника», как и не удалось найти никаких других родственников Ковальского. У меня всё.

Веткин: Петерис, доложи, пожалуйста, совещанию, что интересного ты накопал по личностям подозреваемых?

Берзиньш: По личностям подозреваемых мы ничего существенного пока не нашли. Хотя четверых гостей пикника можно, наверняка, исключить из списка, как имеющих алиби. Речь идёт о двух супружеских парах Гориных и Колесниковых. Они прибыли в Юрмалу на одной машине Lincoln, принадлежащей Колесникову. В самом начале рижской трассы их машина была остановлена за превышение скорости в 12 часов 5 минут, о чём свидетельствует инспектор дорожной службы полиции сержант Крастыньш. Водителем машины был Виктор Колесников, кроме него в машине находились его жена и двое друзей. В нашем распоряжении имеется копия протокола о нарушении и выписке штрафа. Нарушение скорости было выше, чем на 40% от установленного предела, такие случаи рассматриваются судом. Инспектор Крастыньш предусмотрительно записал данные всех четырёх пассажиров на случай судебного разбирательства. Следовательно, никто из этих четверых людей не мог оказаться на территории усадьбы до 12.30 дня.

Веткин: Петерис, ты извини, что я перебиваю – подобное, очень надёжное алиби по времени установлено лично мной ещё для двух пар: супругов Голдиных и, остановившихся в их доме американцев – супругов Корецких. Итого половина из гостей звягинского пикника имеет алиби. Что мы имеем по другим подозреваемым, Петерис?

Берзиньш: Оставшиеся две пары гостей: Звирбулисы и Либманы приехали в усадьбу позже всех, после часа дня, на двух разных машинах. По этим людям нам не удалось найти информацию, подтверждающую, что они двигались из Риги прямо на улицу Сатеклес в Кемери, без задержек и остановок.

Давид Либман – владелец большого магазина продуктов. Он также заявил, что никогда раньше не был знаком с Францем Ковальским. Либман в молодости при советской власти, сидел три года в исправительной колонии, но он не проходил по нашему ведомству, а сидел за фарцовку, по линии КГБ. Теоретически, он может быть знаком с представителями криминала. Физические данные Либмана соответствуют предполагаемым характеристикам убийцы.

Гунар Звирбулис – бывший комсомольский работник. Его жена владеет компанией по оптовой поставке французских косметических товаров. Криминального прошлого не имеет. С Ковальским знаком не был. Физические данные Звирбулиса соответствуют предполагаемым характеристикам убийцы.

Мне кажется очень перспективной для глубокой разработки кандидатура представителя центра организации торжеств Globus Олега Грановского. Он москвич, работает на компанию Globus только по разовым соглашениям, в Риге бывает наездами, обычно по вызову партнёрши по творческой деятельности – Марии Климовой, когда подворачивается выгодный заказ. Я думаю, что эти двое партнёры не только по работе. Нам удалось установить, что во время пребывания в Риге, Грановский всегда останавливается в квартире Климовой, в Пурвциемсе. В день убийства мы взяли с него подписку о невыезде, как и со всех других гостей пикника мужского пола. Несмотря на расписку, он сразу же после происшествия на пикнике у Звягина умудрился удрать в Москву. На тот момент, как впрочем и в настоящее время, мы не располагали никакими достаточными юридическими основаниями, для задержания Олега Грановского. Судя по протоколу единственного допроса, он тоже не был знаком с Францем Ковальским. В центре Globus мне рассказали, что он якобы окончил театральное училище в Москве, знаком со многими известными артистами, крутится в московских богемных кругах. Постоянной работы в Москве Грановский не имеет. Физические данные соответствуют предполагаемым характеристикам убийцы. Я запросил у московских коллег справку на господина Грановского, материалы пока не поступили.

Если говорить о членах семьи Звягина, то обе женщины физически недостаточно сильны и исключаются по признаку несоответствия предполагаемым характеристикам убийцы. По этому же признаку можно смело исключить из нашего списка жену Давида Либмана - Алёну и ведущую пикника Марию Климову, также приглашённую Звягиным из центра услуг Globus. У самого Звягина фактически полностью отсутствуют мотивы преступления – мы точно установили по банковским документам, что перевод полной суммы денег в Швейцарию уже завершён. Именно поэтому самая слабая версия, что убийство могло быть совершено, чтобы не отдавать деньги за дом совершенно отпадает. Сын Андрея Звягина - Николай является известным активистом движения за права граждан нелатвийской национальности, он дважды был арестован и даже отбыл короткий срок в тюрьме. Физические данные сына соответствуют предполагаемым характеристикам убийцы. Теоретически, он тоже может быть знаком с представителями криминала. Я предлагаю продолжить интенсивную разработку только четырёх подозреваемых: Николая Звягина, Олега Грановского, Гунара Звирбулиса и Давида Либмана.