Чтение онлайн

Але все меняется, и жизнь на Руси тоже изменилась. Стало можно жить-наживать не только с процента на таможню, но и на местах собирать, в том числе благодаря проникновению в межполустаночный сумрак технологий железной дороги. И жены на наших теренах стали уже не те, жадные-варяжские. Начали требовать от мужей одновременно сидеть дома, но шото в хату к обеду приносить. А кого можно успеть ограбить с утра, чтобы успеть домой к обеду, пока борщ не остыл? Только своих же кикимор по соседству.

Первой, как мне кажется, неуверенность транзитной державы почувствовала бабуся Оля Равноапостольная. Она еще чоловику Игорю про це казала, шо от контроля трафика и террора контрагентов надо переходить к спокойной и уверенной эксплорации территории. Але жиночке в жизни не повезло с мужиками. Муж у нее был дурачок, сын отморозок, а внуки — балбесы. И, как кожной украинской жиночке, пришлось ей тащить все на себе, закладывая основы перехода от державы дорог к державе территорий. От выездного правления к столбовому.

Конечно, все она не успела сделать, но мы ее понимаем и не виним — ей надо было еще семью кормить, за хатой смотреть, и к послам она выбегала прямо от печи, натянув жемчужный венец поверх очипка.

Доделывать остальное пришлось ее внуку Вове, будущему Красну Солнышку, але про него дали буде.

Мы, нащадки Древних Укров, сделали много великих и славных дел. Мы постригли мамонтов, шобы связать себе из шерсти теплые шкарпеточки, и голые Proboscidea, прикрывая срам большими ушами, с позором убежали в Африку, где и водятся до сих пор. Мы утопили Атлантиду, шобы посмотреть — як воно бовкне? — зато потом, проспавшись, выкопали ложками Черное море, а из отвалов насыпали Кавказ.

Один раз, увлекшись креативом, мы реально спороли хуйню и построили Москву. Убедившись в том, шо идея была нездоровая, мы решили исправить ошибку, и послали своих западенских геологоразведчиков в Сайберию искать углеводороды — и, конечно же, нашли их. А, может быть, и просто подбросили их кацапам, как наркотики. Шо нам стоит, если мы море выкопали? А затем насверлили дырок в земле и проложили трубы. Многоходовочка.

***

Я уже говорил в лекции о Знаках и Жопах: признаки действительно больших пизцедов настолько масштабны, что человек не видит их — как муха, ползающая по монитору, не воспринимает картинки. Перспективы освоения сибирских богатств были самые разнообразные, но если бы кто-то сказал, что в итоге этого щастья гавкнется СССР, даже пан Збигнев Бжезинский покрутил бы пальцем у виска.

Тем не менее, хоть не сразу, но в Мордорских Башнях разобрались — что к чему, и поняли, что от марксового «Капитала» пора переходить к реальному, а для этого надо делить поляну и рубить хвосты. Наконец-то появилась возможность спиздить что-то стоящее, на века, основать свою дворянскую династию, и не заниматься больше хуйней в роли Первого Секретаря — с перспективой пенсионной «волги» и дачи в Подмосковье.

В качестве иллюстрации этого процесса я приводил хронологию различных актов о недрах и деклараций о суверенитетах. Учоные — они как следователи. Если богатая бабушка утонула в джакузи с шампанским через полгода после того, как вышла замуж за пэтэушника и оформила на него все свое имущество — нас больше заинтересует осмотр пэтэушника, а не джакузи.

Рубить хвосты было очень больно, потому что одно дело отрубить дотационный Кавказ, а вот индустриальные Украину с Беларусью или сельскохозяйственную Азию — это совсем другое. И никто опять не увидел гигантского Знака Жопы, встававшего над Россией.

А Знак был такой: Эта Страна не собиралась работать и зарабатывать своим трудом на пропитание в будущем.

***

Конечно, люди продолжали ходить на работу. Но это можно воспринимать как домохозяйство, а не профессию. Мыть после себя посуду, поливать герань, вытирать пыль с полок, выгуливать собаку — короче, подтирать себе задницу. Это труд, но это не работа. За такое платят только если ты моешь посуду в ресторане, а вытираешь полки в магазине. И жопа должна быть чужой, а не собственной, да еще и платежеспособной.

В Мордоре троллейбусный завод производит троллейбусы для города, в котором находится троллейбусный завод, чтобы жителям города было удобнее приезжать на работу на троллейбусный завод. Зарплата сотрудников троллейбусного завода уходит на билеты на троллейбус, чтобы добраться до троллейбусного завода.

Торговля энергоносителями собственно и есть та дельта, которая нужна была России, шобы ся ебанутая домохозяйская конструкция не закуклилась окончательно в сингулярность, чтобы в ней существовали различные нелепые специальности, типа дизайнеров собачьих причесок и колонны перепродавцов перепродавцам для перепродажи. Целая страна свое хобби на полном серьезе считает работой.

Пока бразильцы рубятся за то, чтобы «Эмбраеры» по численности сравнялись с саранчой, а китайцы уже начали подделывать собственные подделки, пытаясь выйти на рынок Антарктиды, кацапы озабочены импортозамещением. Они им озабочены. Импорто, блять, замещением.

Представьте себе, тонет «Титаник». Идет драка за места в лодках, матросы сдерживают толпу, помощник капитана стреляет в воздух из револьвера, оркестр на палубе играет по колено в ледяной воде. И тут на палубу выходит помятый кент во фраке и с моноклем, и раздраженно спрашивает: можно ли у кого-то узнать в этом бедламе — где джентльмен может принять прохладную ванну, чтобы привести себя в порядок после вчерашнего пати?.. На палубе наступает звенящая тишина, и даже айсберг возвращается назад, чтобы посмотреть на этого мудака.

Импортозамещением собралась заниматься страна, считающая себя наследником автаркии СССР, производившего (хоть и хуево) практически все — от балета до турбин. Двадцать пять лет они совершенствовались, а теперь озабочены. Импортозамещением. Из-за передела рынков в мире войны начинаются, за право поставить свой продукт вместо чужого — драки, как за место в лодке на «Титанике», а у людей проблема импортозамещения. У них не то чтобы кому-то продать — на себя негде взять.

Вот что бывает, когда вся страна перестает ходить на работу и начинает считать работой поливку герани на своем подоконнике, выживая за счет продажи мебели из бабушкиной квартиры.

***

Цум байшпиль, склепали они новый калькулятор «Эльбрус». Им говорят, что он медленно думает, как для нашего времени. Кацапы гордо отвечают, что на американском марсоходе стоит еще более слабый процессор, тем не менее задачи выполняет.

Ну, пелевинский луноход с безногим рукопедистом внутри обходился вообще без процессора. Зато, чтобы доставить простенький процессор на Марс, потребовалось явно что-то посерьезней самого процессора. Не? Я не прав? Понятие технологической пирамиды кацапы понимают как-то по-своему?

***

Теперь ноучно о кацапском опыте импортозамещения на примере самого важного — нямки.

Как известно, доля импорта продовольствия напрямую связана с национальной безопасностью. В США, например, это 14–17 % от общего рынка продуктов питания. Конечно, никто фуры с картохой от границ не заворачивает, но есть конторы, которые это мониторят, и когда стрелка осциллографа начинает краснеть, местным светам-из-иваново советуют более лучше сеять овощей и менее лучше одеваться.

Сколько завозит нямки Россия — неизвестно. Можно найти цифры от 40–45 % до чуть ли не 80 %. Ноучно скажем шо много, больше половины. Естественно, импортозамещением в этой отрасли занимались всегда. Еще Ельцин в 1994 году говорил о новой продовольственной программе. Но потом ему поочередно помешали чеченцы, собственные выборы и дефолт, а потом оно устало и ушло. А там и вообще квакнуло и стало именем библиотеки.