Ноука от Горького Лука
Шрифт:
***
Целую ночь отец Петр горячо молился Господу Богу нашему, чтобы тот послал ему дар наглости и бесцеремонности, хотя бы временно, напрокат. А утром, перебирая в кармане аляски розарий, похрустел по снегу к высокому вигваму со спутниковой тарелкой на черепичной крыше.
Он без стука зашел в вигвам, гукнув традиционное «энибадихо-о-оум», сбил с аляски снег, повесил ее на крючок, разулся и пошел на кухню. Хозяин вигвама, сильный воин, молча шел следом. На кухне облат открыл титанический холодильник, уцепил первую же нарезку, попавшуюся на глаза («олень, так думаю — то був олень!»), сел за стол и впился в мясо зубами. Затем подмигнул хозяину — садись, мол, рядом, не стой тотемным столбом.
Великий воин помялся, достал кетчуп, нерешительно присел на краешек стула, вздохнул и начал: «Святой отец. Хорошо что зашли. Давно хотел поговорить с вами. Сын совсем от рук отбился…»
***
Скоро кончатся индейские пять лет отца Петра, и его опять зашлют в какие-то новые ебеня. Но пока что он уезжать не хочет, тем более что недавно научился гонять на снегоходе. Случается у него веселое, случается и грустное. Например, похороны. Не только потому, что человек умер — просто на похороны приезжает вся родня и соседи усопшего, человек двести. И каждый должен задвинуть речь минимум на пол часа, чтобы сдержано, с паузами, неторопливо и внятно, иллюстрируя плавными движениями рук, рассказать над гробом — какой был великий охотник и рыбак покойный Вилли Погрызенный Ствол и как славно он играл в боулинг. Так что похороны могут идти несколько дней с перерывами на поспать и покушать.
А поскольку провинция Альберта довольно ветреная, а слово отца Петра на церемонии последнее, ему не раз хотелось залезть в пока еще пустую могилу, накрыться брезентом, и дожидаться в ней своей очереди на выступление. Но среди мужественных воинов и самому приходится быть мужественным. Индейцы это ценят, и даже стараются говорить побыстрее, чтобы святой отец не посинел окончательно.
Местные его любят и уважают — и это заслуга не только отца Петра, но и всех его предшественников, составивших репутацию церкви в целом. Поэтому так же уважать будут и следующего общинного священника. Если он, конечно, не будет так яростно тупить, как отец Петр, весь срок службы.
И в этом тоже заключалось несение бремени белого человека, а не только в оспенных одеялах, огненной воде, резне на ручье Вундед-Ни и рейдах генерала Картера. «А еще там негров линчуют».
Но это уже тема для ноучной лекции, а сегодня была просто рождественская байка. С праздником всех. Христос Родился!
GoogЛАГ, або «Открыть ссыклу в новом окне»
Бодрая российская привычка считать своим все, что однажды подержал в руках, распространяется не только на реальный мир, но и на виртуальный. Я даже не сосчитаю — сколько раз мне задавали инкредебильные вопросы типа: «А что эта вы в нашем русскаязычнам интернете делаете? Идите в свой, украинский интернет». Впрочем, шаблон ответа уже давно разработан, опробован и успешно применяется на практике. Очередному дебилу напоминают, что интернет американский, заходит дебил туда с корейского компьютера с помощью американской операционной системы, чтобы с помощью еврейской платежной системы через датский сервер купить в Китае вьетнамский гаджет. И перепродать, желательно не за рубли.
Что в этой системе российского, кроме жадного и ленивого ленинградского барыги, встроенного в нее как омела в крону дерева — решительно не понимаю.
Хуйло ведь тоже деньги не в рублях хранит — просто ему нравится каждый день перемножать свои доллары на курс рубля и радоваться тому, как он разбогател в рублях за сутки, не прилагая к этому никаких усилий. Умножать — это веселее, чем делить, амигос.
Как правило, этот аргумент действует. Но ватное бухтение продолжается дальше на уровне «мы купили ЖЖ». Дикари так устроены, что если они чего-то купили, например, жетон в метро, то начинают считать весь метрополитен своей собственностью, и уже на другой день пытаются делать свои жетоны и ставить свои турникеты. Простая мысль, что ЖЖ каким-то образом функционирует с помощью мировой Сети, а не является локальной корпоративной сеткой, до кацапов не доходит — в основном потому, что они вообще плохо представляют себе устройство, структуру и идеологию Интернета. Кстати, дуры, которые регулярно и демонстративно сообщают мне в моем блоге, что я ими забанен — это из той же секты «Разговаривающих с Телевизором».
А особенно ржачно читать про «русский сайт», вспоминая, что отца владельца ЖЖ зовут Леонид Соломонович, а маму — Цицилия Людвиговна. Кацапы! Я как истинный жыдобендеровец, наслаждаюсь тем, как потомственных великомордовских антисемитов, корчит от этого факта.
Да, сегодня же субботердей. Чуть не забыл. Шалом, бендеры, шануймось, жыды. Поздравляю также с памятной датой расстрела кацапов кацапами в 1905 году, именуемой Кровавым Воскресеньем. Ну вот чего бы им не остановиться на этой традиции внутрисемейного отстрела, и не лезть с ней к соседям?
***
Где-то в середине 90-х у нас появились программы-трассеры, которые наглядно демонстрировали те непостижимые пути, по которым следовали байты-невидимки в интернетах. Нам, последним советским могиканам, привыкшим к телефонным соединениям точки «А» с точкой «Б» с помощью прямого провода через коммутатор, было трудно понять — каким образом письмо, отправленное из Киева в Нетешин, по дороге заскакивает в Прагу. Потом оказывается в Каире, потом в Штатах, обогнув глобус через Австралию и опа! — из Нетешина приходит подтверждение о доставке.
Логика этих перемещений сегодня очевидна для любого современного человека, но тогда, на фоне псевдо-3Д глобуса красные и синие линии транзита пакетов были чем-то невероятным. Да, технически все было понятно — но доверчивая душа застывала, пораженная одновременно грандиозностью мира и его уютной доступностью. И если бы я тогда был детсадовцем, и меня спросили бы — кем ты хочешь быть? Пожарным, моряком, ученым, космонавтом? — я бы твердо ответил: «Байтом». Он везде, где захочет, и нет для него границ.
И не надо ржать, юные падаваны, утомленные стримом и онланйном. Тогда это было чудом. Для людей, которые выросли в мире, где девушек просили соединить, покупали талончики на междугородку, ждали сакрального: «Днепропетровск, вторая кабина» и считали дни-недели до получения от подружки из Берлина заветного конверта «PAR AVION».
Впрочем, дело было не в скорости соединения — этому не удивлялся даже усатый Мимино, вместо Телави дозвонившийся до Тель-Авива. А было дело в том, что соединение существовало везде, куда угодно и с кем угодно. Мне однажды ответил на письмо сам Дэн Симмонс, я с перепугу что-то судорожно наклацал ему, а он ответил еще раз, и я пялился в монитор, не понимая — как это может быть? Какое Телави, какой Тель-Авив? Великое происходило рядом, в двух шагах, и живой Шрайк щерился на меня из монитора двойной челюстью. Я ночью позвонил товарищу и сказал «Чувак, мне только что Дэн Симмонс письмо написал!» — он спросил: «А кто это?» — я послал его нахуй в грубой, противоестественной форме, и мы помирились только через месяц.
Я грузил фотки по сорок секунд, выбирал из двух работ ту, на которой интернет был быстрее, и думал — как же мне охуительно повезло. Мазунчик божий, родись я всего на сто лет раньше — и не застал бы чуда мгновенного перемещения если не телом, то словом. А родись на сто лет позже — так не все счастье в одно горло, пусть и внуки мои тоже чему-то порадуются, пусть и на их долю выпадет трохи чудес.
***
Получив все преимущества Сети, кацапы перенесли на нее свои понимания и положняки.
Нарадовавшись новым фокусам, типа обновления драйверов, аськи и бесплатных порносайтов с рекламой «втирайте это в член и через неделю», заботливо снабженной вирусами, кацап остановился и задумался — а что тут еще такого может быть? Онлайн-игры и прочие танчики? Берем, если бесплатно и под браузером. Торренты? О-о-о, кинчик-музончик, давай! Форумы. Ну, это такое, для баб и шмуклеров. «Все проститутки Москвы»? Денег на всех пока нет, да и на одну не выходит, но на всякий случай — в закладочки. Форекс? Нахуй надо. — Но там же пятьсот долларов в день доход! — Ого! Скока-скока? Давай Форекс тоже.