Чтение онлайн

Тип оружия я определила не по виду ран. Просто убегая, убийца обронил своё оружие. Это был кинжал из оружейной комнаты Палуде Холл. Ещё в первый день, осматривая дом, я приметила это оружие, так как у него на конце рукоятки был рубин. Тогда у меня промелькнула мысль, что обычно такие дорогие вещи хранятся не в оружейных комнатах, а в шкатулках с драгоценностями.

«- Видимо, для обитателей Палуде Холл этот предмет имеет ценность именно, как оружие, а не как украшение» - подумала я тогда.

Но потом меня кто-то или что-то отвлекло, и я думать забыла про этот кинжал с рубином на рукоятке.

И вот теперь эта семейная реликвия рода Деверё стала смертельным оружием в руках хладнокровного убийцы. Забыв обо всех правилах предосторожности, я наклонилась и подняла кинжал с пола.

«- Странный выбор оружия для мужчины, - посетила меня очередная неуместная мысль.
– Рукоять маленькая, будто специально сделана для женской ладони. А кинжал, сам по себе лёгкий, да и клинок сам короткий, таким сложно убить с одного удара. Почему мужчина его выбрал?»

Не нужно быть гением психологии, чтобы понять, что я нарочно загружала свой мозг совершенно ненужной информацией, лишь бы не думать о том, что на самом деле было важно. Оценив ранения лежавшего без движения и не подающих никаких признаков жизни мужчины, я отвела от него взгляд и старалась не смотреть в его сторону.

Если этому мужчине уже не помочь, то нужно спасать себя и Исабель.

Скрыть смерть благородного лорда - это преступление.

А тот факт, что его убили оружием, взятым из оружейной комнаты моего дома, то автоматически я попадаю под подозрение. Тут мой взгляд зацепился за аккуратные ножны от кинжала. Я могла их и не заметить, так как они были фактически забиты под топчан, на котором лежал убитый. И если бы лучик солнца не отразился в склянке, стоявшей на табурете, и не срикошетил прямо на россыпь маленьких рубинов, украшавших ножны, то я бы и не заметила его.

Получалось, что убийца не случайно обронил кинжал, раз он и ножны оставил? Такой чёрной неблагодарности я не могла ожидать даже от закоренелого преступника, не говоря уже о том, кто носит сутану и кого я спасла от верной смерти.

Решив не оставлять улик компрометирующих домочадцев Палуде Холл, я наклонилась, чтобы поднять ножны. Но их как будто забили в щель между деревяшками. Мне пришлось сесть на колени и изловчится, чтобы достать ножны. Но вот кинжал в ножнах, и я спрятала его за пазуху, своего непонятного одеяния.

Нужно было встать и пойти в дом.

Мы с Исабель сегодня же должны были покинуть Палуде Холл.

Как бы мне здесь не нравилось, но придётся искать другое место.

О девочках позаботятся. Письмо для надзирательного органа я напишу, и кто-нибудь обязательно приедет. Так я успокаивала себя, сидя у постели неизвестного мне милорда. Имени и титула его я так и не узнала. Но видимо именно из-за меня он и погиб.

Мне нужно было встать и уйти в дом. Но сил на это не было.

Хотелось разрыдаться или же заорать, так же громко как кричала Джудит. Не знаю от чего мне было хуже, от того что кто-то погиб из-за моей трусости, или же из-за того, что нам с Исабель снова ждала неизвестность?

Злясь на весь мир, я стукнула кулаком в плечо убитого. Ему было уже всё равно, а мне могло полегчать, если я выпущу пар хотя бы таким способом. Но не сработало. Легче не стало.

Но пришло осознание, что легче не станет ни отчего.

Так что нечего тут сидеть, надо вставать и начинать что-то делать.

Впереди опять зияла чёрная дыра неизвестности…

Глава 42

Поднявшись на ноги, я уже развернулась и пошла к закрытой двери. Я не помнила, чтобы я её закрывала, когда вошла. Но видимо, это снова сработали инстинкты Миледи. В моменты опасности они просыпались, к этому я уже должна была привыкнуть и всё же порой это пугало.

Мимолётная мысль, что это мог сделать кто-то другой, заставила меня остановиться на полпути и снова осмотреться, чтобы убедиться, что в лазарете только я и убитый пациент.

Быстрый оборот вокруг себя, и я убеждаюсь, что никого постороннего тут нет. Комната небольшая и спрятаться тут фактически негде. Но пока осматривала комнату вторично, обратила внимание, что рука, по которой я стукнула, упала с кровати и повисла плетью. Пришлось вернуться и, взяв за запястье, я подняла её и положила вдоль тала. Поправила, чтобы она снова не упала.

В этот момент что-то заставило меня задержаться в таком положении. Моя ладонь на мужском запястье, пальчиками я что-то почувствовала, то чего не могло быть. Застыв, как статуя, практически не дыша, я пыталась понять, мне померещилось или же нет. Пришлось подождать и вот оно, я снова это почувствовала короткий «тук», потом долгая мучительная пауза и снова «тук».

Не веря в чудо, я положила вторую руку на грудь мужчины, прямо поверх раны в районе сердца. Рубаху с пятнами крови сдвинула в сторону, чтобы не мешала.

В этот момент я молилась всем богам, чтобы мой безымянный пациент выжил. Но видимо боги были заняты чем-то другим и снова были глухи к моим молитвам.

Под моей ладонью грудная клетка не вздымалась, а сердце не билось.

Была полная тишина. Я была в замешательстве.

Я не понимала, разве такое возможно?

Я же только что чувствовала пульс, слабый, редкий, но он был!

Снова напрягла пальчики на запястье милорда и мучительно ждала следующего слабого «тук». Нервничала и сжала сильнее, так как ничего не происходило. Чувствовала ещё немного и мои нервы не выдержат таких качелей: принятие смерти, потом проблески надежды, что жив, а следом разочарование и снова понимание того, что это тупик.

Надежда, что мужчина всё же жив, рухнула не как карточный домик, а как взорванный небоскрёб. Мои ноги подкосились, и я рухнула рядом с топчаном, на котором лежал убитый пациент. Сил сдерживать в себе боль, злость и страх неизвестности больше не было.

Слезы покатились градом, я задыхалась, глуша в себе рыдания. Я не могла позволить себе такой роскоши и закричать в голос, как Джудит. Поэтому я уткнулась лицом в окровавленную рубаху и рыдала.

Господи, как же я устала!

За что? Почему?

Задавалась я вопросами, на которые никто не смог бы дать мне ответы.

Сколько прошло времени, я не знала, может минута, а может и час.

Но я всё никак не могла остановиться. В голове мелькали лица незнакомых мне людей, окровавленные трупы, могилы и просто выгребные ямы, из которых торчали руки или ноги. В ушах стоял гул из множества звуков, лязг оружия, выстрелы, человеческие крики, ржание лошадей и что-то ещё. Это были воспоминания Миледи, хаотичные, бессвязные, ужасные, скрытые ото всех, запрятанные так глубоко, что даже сама Миледи забыла их. Или же хотела забыть, чтобы продолжать жить дальше.