Чтение онлайн

– Вот видишь, мы уже не будем друзьями.

Аська грустно покачала головой.

– В школе, мы никогда не были друзьями, а я так хотела этого. После гибели в аварии твоих родителей, плакала, так жалела тебя, рвалась к тебе домой, чтобы чем-нибудь помочь, а ты отверг... Школу окончили и разошлись, словно пассажиры, только проехались в трамвае от остановки до остановки и все. Теперь опять встретились, но только не в трамвае, а на остановке, его дожидаясь. Может после этой встречи, один из нас сменит маршрут. Вернее, поможет вернуть на мгновение надежды, а потом уйдет...

– Я в затруднении, Ася.

– Чего тебе затрудняться. У тебя время сейчас свободно?

– В общем-то, да.

– Тогда поехали ко мне, не будем терять время зря.

Она решительно схватила меня за рукав и потащила к стоянке лошадок.

– Только Аньке скажем, что я прервусь на время.

У Аськи тоже коммуналка. В комнатке уютней, чем у меня. Она заталкивает меня на диван и идет к шкафу, там за открытой дверцей, на пол летит ее одежда и вскоре худенькая голенькая девочка, с маленькой грудью появилась передо мной.

– Ну что же ты?
– возмущена она.
– Раздевайся быстрее.

Я неторопливо снимаю брюки. Аська дергает рубаху и вдруг, приподнявшись на цыпочки, целует в губы.

– Дорогой ты мой, как я о тебе мечтала, еще там, в школе...

Маша уже чувствует себя свободней по отношению ко мне, она ласково прикасается к руке.

– Привет.

Рядом задеревенелый в своем корсете Гоша, этот тоже буркнул.

– Привет.

– Сдала курсовой?
– спрашиваю ее.

– Когда же? Конечно, нет.

– Надо меньше гулять, - ворчит Гоша.

– Гошенька, ну надо же сорваться..., хоть один раз.

– Надо знать с кем, где и когда.

– Гоша, не будь занудой.

– Я вообще молчу.

– Я сегодня был у Аси, - сообщаю Маше.

– Да... как она там?

– Конечно, ей плохо, но, по-моему, она уже нашла выход.

– Все-таки уйдет с конюшни?

– Да.

– Жалко лошадку. А как у тебя следующие выходные? Может, прорвемся на выставку Глазунова?

Ай, да Маша. Уже сама предлагает мне встречу. Вижу, как у Гоши лезут на лоб глаза.

– Надо постараться. У меня еще работа, разобраться бы с ней.

– Маша, но у тебя же курсовой..., - чуть не стонет Гоша.

– Ты же мне поможешь, до выходного еще много времени.

Раздается звонок, который делит нас по аудиториям.

– До встречи, ребята, - прощаюсь я.

Дома, в коридоре уже ждет грымза - соседка, Евдокия Ивановна.

– Алексей, тебе уже раз десять звонила какая то женщина. Эта не та, которая сюда ходит, другая. Она просила передать, что ты принят. Куда только, я не поняла, вроде какая то роль...

– Спасибо, я все понял.

– Дружок твой тоже звонил.

– Чего-нибудь передал?

– Нет. Сразу трубку бросал.

Я еще раз поблагодарил любопытную старушку. Значит, я все-таки принят на роль Альфонса, ай да, Ираидка...

Помрежиху нашел в гримерской и позвал в коридор.

– Ираида Владимировна, можно вас.

– Алексей, - ее улыбка растянулась по лицу.
– Я сейчас.

Она выходит ко мне.

– Это правда, что меня приняли?

– Конечно. Я же говорила, все будет в порядке. Пойдем в юридический отдел, там оформим договор, а потом ко мне. Я сегодня свободна.

Она ведет меня по коридорам до нужной двери, терпеливо дожидается пока я оформил договор и оттуда тащит на проходную к своей "Волге".

В ее доме сценарий повторился. Она вылетает из ванной обмотанная полотенцем, привязывает меня к кровати и за несколько часов высасывает до основания. После ее ненасытной "любви", я с трудом встал на ноги и оделся. Меня как пьяного, швыряет от стула к стулу. Я как автомат заправился каким-то салатом, выпил полбутылки вина и ушел на трясущихся ногах к автобусной остановке. Правда, Ираидка просила, чтобы я остался на ночь, но решил лучше уползти, чем быть рядом с ней.

Сегодня первая встреча с режиссером. Роман Петрович, одобрительно похлопывал меня по плечу.

– Вот, что, дорогуша, через неделю едем в месячную командировку в Болгарию. Отдай паспорт в канцелярию, пусть тебе оформят заграничный...

– Там много будем сниматься?

– Много. Ты слышал когда-нибудь о Галиополли?

– Нет. Что-то знакомое, но...

– Белая армия, после разгрома от красных, была перевезена в Галиополли, где и гнила, до своего развала. Вот там и должны сниматься исторические кадры.

– А сцена с грузинской княжной, тоже в Галиополли...?

– Да... В принципе южная местность, более похожа на наш Кавказ. Не будем же мы метаться, сначала на Кавказ, потом Болгария, потом Париж.

– Что, мы еще и в Париж поедем?

– Конечно, вся основная трагедия Альфонса во Франции.

– Я все понял.

– Ну и отлично. Собирайся, дорогуша.

В институте с трудом поймал Машу в перерыве, она зубрила основные догмы политэкономии.

– Лешка, привет! Ты знаешь, мне сейчас некогда, у нас коллоквиум, как зачет, преподаватель будет спрашивать всех...

– После института можешь со мной встретиться?

– Что-нибудь случилось?

– Я уезжаю в командировку в Болгарию, почти на месяц.

– Да что ты говоришь? Сейчас я подумаю. Давай после коллоквиума удерем?

– Пойдет. Я тебя буду ждать внизу у парадной.

Маша в возбуждении. Я ее привел к себе домой, она ходит по моей комнатке и разглядывает вещи.

– Какое у тебя зеркало заляпанное...

Еще бы, я с него смывал твой телефон, который нарисовала Натали.

– Это растворитель не тот попался. Давай лучше, помоги мне накрыть стол.

Достаю из холодильника припасы, вино и мы с Машей принялись готовить еду.

– А что у тебя за командировка? Где ты работаешь?
– осторожно спрашивает меня Маша.

– Я в съемочной группе при Ленфильме.

– Правда? Надо же, там мама раньше работала. Сейчас она в театр перешла. Может, ты маму мою знаешь, Наталья Дубровская...

– Нет, не слыхал.

– Это может быть, там много студий.

– Значит твоя мама актриса, а почему же ты не пошла по ее стопам. Зачем-то бросилась в химию.