Чтение онлайн

Лицо фрау задрожало, она едва не разревелась, но взяла себя в руки и смахнула слезы.

— Мне так жаль, фрау Фишер, — утешила ее Аврора.

— Это так смешно и нелепо, — вдруг рассмеялась сквозь слезы Анна. — Две любовницы сидят вместе и обсуждают мужчину, который их не любил и просто пользовался…

— Только любовница поймет другую любовницу, — заметила мадам Легран.

Анна тепло посмотрела на нее. Аврора была чуть старше, но ее постигли те же несчастья, если не хуже, а по правде, гораздо, гораздо хуже. И при этом она умудрилась не пасть духом, сохранить красоту и энергию. Анна завидовала ей, но не по-черному. Она вдруг поняла, что просто не смогла бы выстоять так же мужественно, как эта женщина, которую не сломили ни ужасы войны, ни смерть близких, ни бесплодие, ни смерть Артура ван Геера.

— Вы мне нравитесь, мадам Легран, — призналась Анна. — Нравится ваша честность и искренность. Как только вы вошли, я почувствовала между нами что-то общее. И не только то, что мы грели постель одному и тому же мужчине.

— Все несчастные семьи похожи друг на друга, каждая счастливая семья счастлива по-своему, — печально сказала Аврора.

— Да, пожалуй, вы правы, мадам, — рассеянно покивала фрау Фишер. — Знаете, я должна вам сказать еще кое-что… хотя нет, — возразила она себе. — Нет! — добавила она решительно. — Вы будете смеяться и сочтете меня сумасшедшей.

— Говорите, фрау, я вас внимательно слушаю и обещаю, что не стану смеяться.

Анна подозрительно посмотрела на нее, но не увидела тени лукавства ни в лице, ни в лучащихся теплом, лаской и пониманием огромных бирюзовых глазах.

— Когда Артур ушел от меня, я… я выглянула в окно, — сказала она наконец. — Смотрела, как он уезжал. И вдруг заметила кого-то в темноте. Не знаю, может, это был просто поздний прохожий, а я накрутила себя. У меня с утра было тревожно на сердце, предчувствие чего-то нехорошего. Вот мне и показалось, что этот кто-то следит за Артуром и… — Анна облизнула губы, — за мной. Глупо, очень глупо, — оправдалась она. — Но мне на секундочку показалось, что он смотрит на меня из темноты. Я только позже об этом задумалась, а тогда очень испугалась, потому что… ну…

— Что? — подбодрила ее Аврора.

— Мне показалось, что… — фрау Фишер понизила голос, — что я видела его глаза. Очень близко, как будто он стоял рядом со мной в спальне и смотрел на меня в упор. И этот взгляд… — вздрогнула Анна, — нечеловеческий, пробирающий до дрожи, как будто… как будто он смотрел мне в самую душу и знал все. Потом он исчез, и это чувство пропало.

— Если хочешь сохранить душу, держись от дьявола подальше, — едва слышно прошептала Аврора.

— Простите? — повернулась к ней Анна.

— Нет-нет, ничего, фрау Фишер, — протараторила собеседница и решительно вздохнула. — Спасибо за беседу и за чай, — улыбнулась она. — Жаль, — Аврора виновато развела руками, — я не застала вашего мужа, но я вынуждена идти. Передайте ему мои соболезнования и простите.

Она встала, отряхивая юбку от крошек. Тяжело поднялась и фрау Фишер.

— Не нужно извиняться, — успокоила взволнованную собеседницу она, пряча досаду и обиду. Ей очень хотелось, чтобы Аврора осталась. Хотелось запереться с ней в спальне и поделиться самыми лучшими моментами жизни, услышать в ответ, как сопернице было хорошо с ним. Смущенно хихикать, делясь самыми откровенными подробностями. — Вам спасибо. Впервые за все это время мне стало легче. Хорошо, что мы познакомились. Так приятно, когда есть кто-то, кому можно открыться. Надеюсь, Аврора, мы еще встретимся когда-нибудь? — она с мольбой подняла на блондинку красные глаза.

— Конечно, Анна, — пообещала Аврора.

Фрау Фишер протянула ей руку. Мадам Легран растерянно посмотрела на нее, Анна даже забеспокоилась, но все-таки Аврора с готовностью пожала. Маленькая ладонь блондинки была мягкой, нежной, приятно прохладной. От нее как будто исходили легчайшие, вызывающие мурашки волны тока. Сердце Анны зашлось, дыхание перехватило. Она напряглась и тихо охнула, крепко стиснув ладошку Авроры. Земля ушла у нее из-под ног.

— Анна, что с вами? — забеспокоилась мадам Легран, вырывая руку и подхватывая женщину под локоть.

— Нет-нет, ничего, — приложила ладони к горящим румянцем щекам Анна. — Просто… просто у вас руки, как… как у Артура. Такие же нежные, заботливые… родные…

Она всхлипнула, глотая слезы. Несмело взяла ладонь Авроры и любовно погладила ее пальцами, прикрывая глаза от предвкушения знакомого чувства. Губы Анны затряслись, по щекам скатились слезинки.

Как-то так получилось, что Аврора ласково погладила ее по щеке. Анна жадно прижала прохладную ладонь к лицу, наслаждаясь знакомой мелкой дрожью.

Как-то так получилось, что Анна, сама не своя, забылась, коснулась губами прохладной кожи и поцеловала Аврору в ладошку, задыхаясь от счастья, давясь слезами. И еще. Наслаждаясь прохладой и будоражащими змейками легчайших разрядов, ласкающих и возбуждающих истосковавшееся по любви тело.

Аврора не оттолкнула ее, не возмутилась и не вскрикнула. Стояла напротив, позволяла Анне делать то, что ей было так нужно, необходимо.

Как-то так получилось, что Аврора оказалась еще ближе. Анна обняла ее за шею, трепеща от нетерпения, дрожа от страха и возбуждения. Аврора опустила руку на ее талию, второй рукой погладила по горящей щеке, шее, плечу. Их лица оказались очень близко, почти соприкоснулись.

И как-то получилось так, что Аврора поцеловала ее в губы. Анна содрогнулась от мучительного спазма, напряглась, сжалась. В глубине истерзанного сознания промелькнула слабая паническая мысль, что это неправильно, так нельзя. Но мысль исчезла так же быстро, как и возникла. По телу Анны пробежала волна жара, и женщина расслабилась, отдалась постыдному влечению и жадно впилась в губы Авроры, лихорадочно трясясь, крепко прижимаясь, обхватывая ее лицо обеими руками.

Они самозабвенно и чувственно целовались, тихонько постанывая от наслаждения и прерывисто, горячо дыша. Анна почувствовала, как в ее рот настойчиво проникает язык Авроры. Фрау Фишер подчинилась и закатила глаза от блаженства, совершенно теряя голову. Ее руки гладили покатые плечи Авроры, хотелось сорвать с нее платье, разорвать уродливую тряпку. Насладиться запахом горячей кожи, целовать и ласкать груди, опускаясь губами все ниже по животу к бедрам, к разгоряченной, влажной плоти. Чтобы эта женщина ласкала в ответ, чтобы обе кричали в исступлении, потеряв всякий стыд и сгорая от животной похоти и безумия.

Аврора гладила ее. Прохладная ладошка прошлась по трясущейся от возбуждения груди, скользнула по животу до самого низа, лаская так, как когда-то ласкал ушедший любовник. Блондинка запустила ладонь другой руки в волосы Анны, настойчиво запрокинула ее голову, чувственно укусила губами за нижнюю губу, подалась вперед, налегая грудью, положила прохладную, электризующую ладошку на живот под пупком и мягко надавила.

Анна захлебнулась собственным отчаянным, коротким криком. Сердце встало. Женщина затряслась в конвульсиях, на миг теряя сознание. По телу расплылась волна неописуемого наслаждения, обрывая малейшую связь с реальностью, растеклась, взбудоражив каждую клеточку, и осела тянущим, мучительным удовольствием в набухших сосках и влажной промежности.

Не помня себя, задыхаясь и плача, Анна опустилась в кресло. Наверно, Аврора поддержала ее, не дала упасть. Наверно, Анна, стуча зубами от колотившей дрожи, обняла себя за плечи. Может быть, Аврора склонилась над ней и, подняв лицо за подбородок, поцеловала в губы на прощанье. Анна не помнила.

Она пришла в себя под вечер, полулежа в кресле. Шторы в гостиной были плотно занавешены, на убранном столике горели свечи в канделябре.

Анне стало холодно и одиноко. Апатия и безразличие вновь сковали рассудок. Фрау Фишер так и не смогла до конца понять, приходила ли к ней Аврора Легран, соперница, которую она должна бы ненавидеть, но вместо этого влюбилась без памяти. И действительно ли между ними произошло то, что произошло.