Чтение онлайн

Полянский вздрогнул и заметно напрягся, а я подняла лицо, взглянув на него из-под ресниц.

– Тебе неприятно?

– Не отвлекайся, - он следил за мной, полуприкрыв глаза.

В ответ только улыбнулась, продолжив исследование. Пока я медленно скользила губами по его телу, от груди к торсу, то чуть прикусывая солоноватую кожу, то рисуя замысловатые узоры кончиком языка, моя ладонь плавно переместилась с его живота, на плоть, все еще прикрытую мягкой тканью боксеров.

Честно говоря, то, что я собиралась сделать, раньше у меня не вызывало никакого энтузиазма, скорее, некоторую брезгливость. Но теперь... эта мысль порождала во мне чуть шальной кураж, без малейшего оттенка негатива и заставляла сжиматься и трепетать что-то внутри живота от непонятного, приятно-волнительного мандража, чувственного возбуждения, которое доминантой звенело в каждой клетке.

Ощущение сильного мужского тела под моими ладонями и губами, чувство полной женской власти над ним, знание того, что эта привилегия отдана добровольно, на короткое время, только ради моей прихоти; того, что в любой момент расстановка сил может поменяться, и я снова окажусь податливым воском в его руках, как это было всего несколько часов тому назад.

Испытав мимолетное чувство досады из-за того, что пришлось изменить так приглянувшееся мне положение, опустилась на постель рядом с Артемом и, стараясь не касаться его кожи, медленно сняла и откинула белье, немного замешкавшись, стянула ненужную и даже мешающую теперь ткань и с себя.

– Начало мне нравится, - прокомментировал Артем с поощряющей улыбкой на физиономии.

– Ты еще скажи: 'правильной дорогой идете, товарищ', - я хмыкнула.

Проведя ладошками по его ногам от голени к бедру, нависла над парнем, поцеловала в губы, посасывая и втягивая его язык к себе в рот, щекоча своим. Нехотя отстранилась и заскользила вдоль его тела, едва касаясь грудью гладкой кожи, прижавшись сильнее, только когда почувствовала под собой упругую плоть. Удобно устроившись на ногах Артема, взяла в ладонь мою новую игрушку, несильно сжимая, провела по ней несколько раз, оттягивая кожу, обвела большим пальцем головку, размазав по ней выступившую прозрачную каплю.

Полянский заметно напрягся, вцепившись руками в изголовье кровати.

Я, не отводя взгляда от его глаз, медленно склонилась и провела кончиком языка от основания к краю, лизнула головку, почувствовав терпкий вкус. Осмелев, обхватила губами, стараясь глубже вобрать его в рот...

Мне сложно сказать, что в большей степени управляло мной в тот момент: теоретические знания, почерпнутые из периодики или рассказов более опытных подруг; инстинкты, которые подхлестывало собственное возбуждение; желание, то омывающее теплой волной, то сжимающее плотными тисками, хмельной азарт... Пожалуй, все это вместе взятое, но, как мне казалось, главным было то, что я на каком-то интуитивном, бессознательном уровне чувствовала тело мужчины, даже, в этот момент лучше, чем свое.

Постепенно освоившись, я снова подняла глаза, не прерывая процесса и стараясь не сбиться с ритма. Артем лежал, запрокинув голову и стискивая в кулаках поясок, который сейчас вряд ли был существенным ограничением, так, что на напряженных руках проступили вены. И эта картина породила во мне ни с чем несравнимое ликование от ощущения собственной женской состоятельности, какую-то едва ли не гордость от т того, что смогла довести его до такого состояния.

Проупражнявшись довольно долго подобным образом и, что уж там, порядочно устав, я поднялась над Полянским и, подвинувшись выше, распустила пояс, освобождая руки парня. Не прошло и мгновения, как была подмята под него.

– Наигралась, чертовка?
– выгнулась, подставляя грудь жадным губам.

– Не совсем, - притянув его голову за шею, заглянула в глаза.
– Вернись, пожалуйста, в исходную позицию.

– Нет, - легко поцеловав в губы, он хотел продолжить, но я не позволила, тихо повторив на ухо:

– Пожалуйста.

Артем на мгновение замер, но все-таки послушался, перевернувшись вместе со мной.

– Ты из меня веревки вьешь, - прошептал мне в губы Артем, почти до боли сжимая талию.

– Что ты? Нет, конечно, - заерзав, опустилась ниже, целуя его шею.

Не то, чтобы мне хотелось ему мстить, но от того, чтобы сделать маленькую пакость, я не удержалась - поставила шикарнейший засос чуть ниже уха.

– Хулиганка, - Полянский, прижимая меня к себе, приподнялся, садясь на кровати и одним медленным движением опуская меня на себя, заполняя собой.

– Ум-м-м, - я выгнулась, вцепившись ему в плечи. На что-то более внятное меня не хватило.

Если раньше доминирование кого-то из нас не подвергалось сомнению, то теперь это был скорее тандем - взаимное стремление к одной цели, а не борьба с постоянными попытками перехватить инициативу, подчинить.

Судорожно сжимающиеся пальцы; плавные размеренные движения, сменяющиеся быстрыми, резкими, почти агрессивными; дрожь по телу и неровное дыхание, одно на двоих...

Не знаю точно, сколько прошло времени, прежде чем я забилась от безгранично острых ощущений, растворяясь в пространстве, вжимаясь в Артема всем телом, которое больше не поддавалось моему контролю. Парень, сделав еще несколько резких толчков, хотел меня отстранить, но я еще крепче, хотя, казалось, что это не возможно, прижалась к нему.

– Нет.

***

Во-второй раз я проснулась, когда за окном уже полностью рассвело и, судя по звукам, доносившимся с детской площадки, было не очень-то и рано. Полянский тихо посапывал, шевеля тонкие волоски на моей шее, снова облапив всеми четырьмя конечностями. Валяться в постели мне категорически не хотелось, поэтому, ужиком выскользнув из-под мужских рук, что вызвало лишь неразборчивое недовольное бормотание, я скатилась с теперь, скорее, уже нашего, а не моего ложа.

Приняв душ и выпив кофе, пошла будить Артема, ибо нефиг дрыхнуть, когда у меня жажда общения.

– Зайчи-и-ик, - протянула гнусавым голоском.
– Просыпайся!

Уселась рядом с ним на кровать и потормошила за плечо. Но, вместо того, чтобы бодренько так проснуться, пожелать доброго утра и с готовностью выслушать все, что у меня накипело, Полянский, выпростав из-под одеяла руку, подгреб меня к себе под бок и недовольно заворчал.

– Мелкая, у тебя что, шило в жопе? Дай поспать.

– Полянский, - я была серьезно настроена на диалог, - Ты меня вчера изнасиловал, между прочим.

– Ага, а потом ты меня. Квиты.

– А еще, ты, чудо мое, до сих пор женат, - вывернулась из его захвата и уселась сверху.
– Я сейчас тебя щекотать начну, так что лучше вставай-пробуждайся добровольно.

– Вась, мне казалось, что этот вопрос мы уже выяснили, - Артем повернулся на спину, отчего я чуть не улетела на пол, и, зевнув, потер глаза.
– Ты сама разорвала все договоренности, так что...