Чтение онлайн

В первый день Пит внимательно наблюдал за девушкой. Она хорошо работала, бегала по залу, улыбалась клиентам, не химичила со сдачей, не обращала на него внимания. Первой странностью, которую отметил Пит, было то, что Китнисс хихикала во время разговора с посетителями мужского пола. Нет, хихикала она приятно, при этом ресницы опускались, скрывая серые омуты, голова немного наклонялась в сторону, а лицо слабо розовело, и все это выглядело достаточно мило… А еще она качала бедрами из стороны в сторону. И опять таки, Пит не спорил, что в сочетании с довольно короткой юбкой и высокими каблуками это смотрелось гармонично и… возбуждающе… Но это была Китнисс! Он понимал, что проблема содержания семьи так и осталась висеть на ее плечах, и каждый доллар на счету, и чаевых много не бывает… Но его Китнисс никогда не хихикала и не виляла попой! По ее мнению, все эти женские приемчики для вытягивания денег из мужчин унижали в ней человека, которым она является в первую очередь.

Потом наступил вечер и парню стало не до слежки. Громкая музыка, которая раньше была для него аперитивом к хорошему отдыху, теперь мешала сосредоточиться, а каждый удар баса неприятной вибрацией отдавался в барабанных перепонках. Он варил, резал, чистил, жарил, резал, варил, носил ящики с продуктами со склада и из холодильника, резал эти самые продукты, а потом варил. Это было ужасно. Как такое напряжение выдерживает старушка Мэгз, Пит не представлял.

К концу дня (или к началу ночи) спину ломило так, что хотелось плюнуть на четыре миллиона лет эволюции и стать на четвереньки. Музыку уже выключили, но в висках продолжал отбиваться ритм последней композиции. Убрав последствия своей, пока еще не очень умелой, готовки, Пит снял фартук и отправился на поиски Китнисс. Несмотря на то, что он ужасно устал и еле стоял на ногах от непривычной работы, он хотел проводить Кит до дома. Пит преследовал сразу две цели: во-первых, было уже слишком поздно для одиночных прогулок (хоть все в один голос утверждали, что двенадцатый - самый тихий и не криминальный дистрикт), а во-вторых, он хотел еще раз поговорить с ней о возвращении, только наедине, без чужих ушей и комментариев, которые могли бы помешать девушке принять правильное решение.

Нужно было как можно скорее убедить ее уехать с ним, потому что Пит уже не был уверен, что не переоценил свои силы. Он всем обещал, что вернется только с Китнисс, но уже после первого дня сильно сомневался, что сможет выдержать целых два месяца такой жизни.

Направившись по коридору в ту сторону, в которую минутой ранее пошли Крис и Китнисс, Пит увидел девушек, которые сидели на пустых бочках из под пива и вовсю дымили. Подлетев к ним, Пит выхватил сигарету из пальцев Китнисс и, сломав ее пополам, бросил на пол.

– Ты что творишь?
– от переполнявшего его негодования парень начал кричать.
– Совсем с дубу рухнула?

Китнисс невозмутимо достала из пачки новую сигарету и обхватила фильтр губами.

– Что-то не нравится?
– Она вздернула подбородок и выдохнула струю дыма прямо Питу в лицо.
– С каких пор ты стал таким моралистом и занудой?

– С тех, как начал тесно общаться с тобой, - Пит отвернул голову, чтобы набрать в грудь свежего воздуха.
– А с каких пор ты стала строить из себя стерву?

– Могу дать аналогичный ответ.
– Девушка стряхнула пепел и еще раз затянулась, даже прищурившись от удовольствия. Она знала, что переигрывает, но не могла остановиться. Кто-кто, а Пит Мелларк точно не имеет права читать ей нотации.

– Китнисс, я тебя не узнаю… Что с тобой стало?
– Пит разочарованно покачал головой. Это была какая-то совсем новая девушка, а никак не Китнисс Эвердин.

– Что со мной стало?
– Кит тоже повысила голос.
– Что все так упорно из меня делали, то и стало!
– Она вскочила с кегля и вздернула подбородок повыше.
– Ты же сам хотел, чтобы я сняла розовые очки, стала проще и спустилась с Олимпа, на который сама же себя воздвигла! Ну так вот, пожалуйста, наслаждайся! Теперь мы с тобой на одном уровне! Или тебе не нравится то, что получилось?
– Она ткнула пальцем ему в грудь и подалась вперед, пытаясь заставить его отойти. Но Пит не тронулся с места, поэтому они оказались почти вплотную.
– Не хочу тебя расстраивать, но тогда получается, что тебе не нравишься ты сам, потому что отныне я - твое подобие!

Ее щеки покраснели, губы кривились от ярости, а серые глаза, глядящие на него снизу вверх, но при этом, свысока, сверкали гневом. Но не глаза сейчас занимали парня.

Он точно помнил, что раньше была расстегнута только одна пуговица. И о том, что находится под рубашкой, можно было только догадываться. Теперь их стало две. Может, вторая расстегнулась случайно? Слабая петля, быстрые, резкие движения… А Китнисс и не заметила.

Но факт оставался фактом: с высоты его роста Питу был отлично виден верх обоих полушарий, и даже край бежевого бюстгальтера, который заканчивался мелким кружевом. Грудь разъяренной девушки высоко вздымалась при дыхании, и каждую вторую секунду перед Питом представало это завораживающее зрелище. Они как будто играли в прятки, дразнили, манили…

Китнисс, наверное, ждала от него какого-то ответа, продолжая буравить его взглядом, а он свой не мог отвести от прекрасного вида. То, что видна была только малая часть, еще больше распаляло его любопытство. Сейчас бы провести пальцем по краю белья, невесомо прикасаясь к нежной коже, сорвать с нее эту глупую рубашку, наплевав на оставшиеся пуговицы, завести руки ей за спину, прижимая к себе, одновременно расстегивая лифчик и, наконец, насладиться видом ее красивой, упругой груди. Затем развернуть девушку к себе спиной, поцеловать в изгиб шеи, расположив обе руки на груди, большими пальцами провести по твердым соскам и сжать, потом погладить и опять сжать…

Пит был зол и раздражен, да еще и воображение рисовало слишком реалистичные картины. Почувствовав, что в штанах стало тесновато, он чертыхнулся себе под нос и резко отвел взгляд в сторону. Но наткнулся на лицо Крессиды, о присутствии которой уже успел забыть. Она же, в свою очередь, с горящими глазами наблюдала за сценой между сослуживцами.

– Ребята, это даже круче, чем мой любимый сериал.
– Она окинула их восхищенным взглядом.
– Только не прогоняйте меня, пожалуйста, я умру от любопытства, если не увижу продолжения.

Что еще мог сделать Пит? Конечно, сбежать домой, буркнув что-то нечленораздельное напоследок. Морозный воздух немного остудил разыгравшееся воображение, которое одну за другой подкидывало все новые картинки с Китнисс в главной роли. Сначала полуголой, потом абсолютно нагой… Еще раз чертыхнувшись, Пит набрал в руку снега и приложил к лицу и шее.

На улице было холодно и темно, по дороге Пит не встретил ни одного человека и ни одного фонаря. Тревога начала медленно прокрадываться в его мысли, до краев заполненные Китнисс. Тревога, кстати, тоже была за нее.

Зря он поддался импульсу и ушел, лучше бы он потратил лишние полчаса и еще порцию нервов, но был уверен, что девушка дошла до дома без приключений и уже спокойно спит в своей кроватке. Мысленно обойдя слово “кроватка”, Пит прошел внутрь общежития для рабочих, в котором отец снял ему комнату.

Первая ночь на новом месте прошла тяжело: он периодически просыпался, сначала от тревоги за Китнисс, потом из-за шахтеров, которые жили в соседних комнатах и которым нужно было очень рано вставать на работу. Открыв глаза в очередной раз, Пит увидел, что на улице уже светло. На часах было только семь, и можно было бы поспать еще, но воспоминание о том, что теплая вода есть только до восьми, заставило откинуть одеяло и поднять свое тело с продавленной кровати. Потому что холодный душ в его сегодняшние планы не входил.

Пит старался не думать о том, сколько человек до него пользовались и этой комнатой, и этой кроватью, и этим душем. И как они это делали. Засунув свою брезгливость подальше, Пит на скорую руку сделал пару бутербродов и заварил чай. Деньги, которые отец выделил на жизнь до первой зарплаты, катастрофически быстро заканчивались, а нужно было еще купить много чего, в том числе и кофе. С тоской вспомнив турку и специальный ящичек с приправами для создания ароматного напитка, Пит решил, что нужно обязательно спросить у Китнисс название кофе, который она все время покупает.