Чтение онлайн

– Ну да.
– Крис кривовато усмехнулась.
– Ладно, хватит рассиживаться, сейчас полуночники попрут. Вставай, подруга, работать пора.

И все опять закрутилось по новой, как использованная сто раз пластинка. Подносы. Пепельницы. Улыбаться и молчать. Представив, что на ближайшие …ннадцать лет это станет ее реальностью, Кит стиснула зубы, чтобы не застонать. Пока жива мама, ей есть ради кого бороться.

Последнего посетителя удалось выпроводить только в половину третьего. Ноги гудели, глаза слезились от табачного дома, который плотной пеленой окутывал зал. Дрожащими от усталости руками Китнисс еле удавалось удержать последнюю стопку грязных тарелок, которые нужно было отнести на кухню.

Душу грели два доллара, которые девушка сегодня получила на чай. Это неплохая прибавка к зарплате, которая выдавалась раз в неделю. Крессида пыталась заставить ее улыбаться почаще и при ходьбе покачивать бедрами - так на чай можно получить гораздо больше - но у Кит пока не очень получалось. Ей казалось, что при ходьбе она выглядит, как гусыня, переваливающаяся с ноги на ногу.

Дома Китнисс была только после трех, а на работу нужно было явиться к десяти. Поспать оставалось всего ничего, поэтому девушка быстренько юркнула под одеяло и уже через мгновение уснула.

========== 32. ==========

Разлепив глаза и кое-как приведя себя в порядок, Китнисс понеслась на новую работу. Слава богу, утром посетителей было мало, и не нужно было носиться по залу, как угорелой. Можно было поближе познакомиться со сменой, с которой предстояло работать в дальнейшем.

Охранник Сэм, немного потрепанный жизнью, любивший выпить и об этой самой жизни пофилософствовать, кухарка Мэгз, пожилая женщина, тянувшая на себе двух внуков, брошенных ее дочкой ради миротворца, который обещал ей золотые горы во втором, бармен Фиц, еще довольно молодой мужчина, который уже успел лишиться жены и вел существование одинокого холостяка, и которому приходилось постоянно отгонять от своих запасов Сэма, и посудомойка Лорейн, или Лорик, которая дополнительно выполняла функции уборщицы и местного психолога. Итого, если прибавить к этой компании Китнисс и Крессиду, вся смена из шести работников насчитывала только одного относительно счастливого и довольного своей жизнью человека.

Китнисс сидела за баром и складывала салфетки треугольником, подготавливая запас на обеденное и вечернее время. Теперь ей становилось понятно, как Гордону удается держать низкие цены и при этом неплохо зарабатывать. Он экономил на всем, на чем только мог придумать. Что касалось салфеток, на каждый столик их полагалось только по пять штук. Да и те должны были быть разрезаны пополам, чтобы казалось, что их десять. Полная салфетница ставилась только тогда, когда менялся посетитель за этим столом, или если старый требовал принести еще. Правда, завсегдатаи, как правило, не требовали, и вообще, салфетками пользовались редко.

Фиц тронул девушку за плечо, привлекая ее внимание к новому посетителю, появившемуся в полутемном зале. Тот сел за столик Крис, но девушки в зоне видимости не наблюдалось. Взглянув в сторону подсобных помещений, Кит нашла пропажу, которая сидела на пустом кегле и вовсю дымила.

Взяв в руки меню и чистую пепельницу, Китнисс нацепила на лицо обворожительную улыбку и, активно виляя бедрами, направилась к столику.

“Надо же как-то учиться, лучше сейчас, когда в зале пару человек, в крайнем случае свидетелей моего позора будет не так много.”

Девушка внимательно следила за тем, чтобы каблуки не разъехались в разные стороны по скользкой плитке, поэтому глаза на клиента подняла уже стоя прямо перед ним. И очень зря. Если бы она знала, кто решил посетить это убогое местечко, она бы силой вытащила Крессиду с курилки, а сама закрылась в туалете до обеда. А лучше до вечера - чтобы наверняка.

Пит во все глаза смотрел на девушку, стоящую перед ним. Он почти до обеда бродил по дистрикту, гонимый вперед призрачной надеждой встретить Китнисс в одном из магазинчиков или просто на улице. Поняв тщетность сбивания ног, он решил перекусить и идти на вокзал, а уже в Капитолии брать за грудки Гейла и любым способом вытрясать из него информацию. Просить, угрожать, пытать - не важно, главное, узнать, где Кит до того, как она отправит свое заявление повторно.

Китнисс с тоской вспомнила Пратчетта, в книгах которого шанс один на миллион обязательно выпадал в девяти случаях из десяти. Меньше всего она рассчитывала встретить Пита. В двенадцатом. В дешевой забегаловке. В которую только вчера устроилась на работу. И меньше всего девушке хотелось именно перед Питом Мелларком предстать в таком виде - с пепельницей в руках и глупой улыбкой на лице, от которой уже начинало сводить скулы.

Если раньше и могло быть паршивей, то сейчас уже некуда. Стоять перед ним было унизительно, а осознавать, что ее будущее опять в его руках - противно. Ведь клиент всегда прав. Может оскорбить. Может распустить руки. А потом нажаловаться Гордону, что она была груба, и Кит вылетит с этой работы со скоростью пули.

Собрав остатки самообладания в кучку и силой воли согнав прилипшую улыбку с лица, Китнисс дрожащими руками открыла меню и положила папку на стол.

– Здравствуйте, пожалуйста, меню. Когда будете готовы сделать заказ, я к вам подойду.
– Уже не обращая внимания на покрытие пола, Китнисс резко развернулась на каблуках в сторону бара.

Опомнившись, Пит схватил девушку за руку, пытаясь не дать ей уйти, и тем самым нарушил хрупкое равновесие, и физическое, и душевное, а стеклянная пепельница, которая так и не была поставлена на стол, с истеричным звоном разбилась о плитку.

– Китнисс!!! Слава богу! Я был у тебя дома, но там никого не нашел, а потом полдня мотался по городу, устал как собака, и уже собирался уезжать… - Пит говорил сбивчиво - из-за неожиданности все заготовленные слова упорхнули из мозга. Его руки руки тоже мелко дрожали, а дыхание спирало от охватившего волнения.

– Бедняжка, - как только Кит восстановила равновесие, она тут же выдернула руку из захвата Пита, - ты, наверное, так устал, и я, наверное, сейчас должна тебе посочувствовать? Ведь весь мир так и продолжает крутиться вокруг твоей персоны.
– Вспомнив о всевидящем оке Гордона, который через большое окно мог наблюдать из своего кабинета за залом и работой персонала, девушка растянула губы в неестественной улыбке.
– Сидел бы дома на папиной шее, смотришь, и мозолей не понатирал бы.

– Да, ты права, - Пит смущенно потер шею, - прости. Но мне очень нужно было с тобой поговорить. Я всю эту неделю думал… То есть, я всю неделю думал о тебе, - Пит поправился до того, как девушка успела закатить глаза, - я был не прав. И поступил по скотски. Прости. И у твоей мамы я хотел бы попросить прощения. Как она?

Кит наклонилась и принялась собирать осколки. Мама чувствовала себя на удивление хорошо и за всю неделю ни разу не спросила у Китнисс, кто она и где Прим. Но Питу она это рассказывать не собиралась.

– Раскаивающийся Пит Мелларк - это что-то новенькое, - Китнисс невесело усмехнулась, - но я не собираюсь помогать тебе избавиться от мук совести. Если ты приехал ради того, чтобы получить прощение и жить спокойно дальше - то зря потратил время. А теперь сядь, пожалуйста, на свое место и выбери себе еду, потому что, если хозяин увидит, что посетитель помогает собирать мне стекло - он меня уволит. И, кстати, за бой посуды придется заплатить, я не собираюсь возмещать эти деньги из своей зарплаты.