Чтение онлайн

Мило. Уютно. Чувствуется, что здесь жила молодая женщина — тут и там разбросаны предметы женского туалета: гребни, ленточки, заколки… Похоже, не часто сюда заходят служанки для уборки, а если и убираются, то под бдительным хозяйским присмотром. Я видел подобное, когда хозяева, в таких комнатах, в потайных местах, хранили фамильные сокровища…

Катерина была свежа, румяна, и казалась ни чуточки не уставшей. По всей видимости, она успела наскоро вытереться влажным полотенцем, переодеться, завиться, поправить косметику… и когда только?!

— Ваше сиятельство изволили меня искать? — прошелестел голос из-за моей спины, и я невольно сделал шаг в сторону, оглядываясь.

Монах умудрился подойти совершенно неслышно. Средних лет, в серой сутане, перевязанной грубой верёвкой, с толстыми, хитро завязанными узлами, и сам какой-то серый, неприметный.

— Да, — весело откликнулась Катерина, — И я приглашаю вас отужинать с нами. Так сказать, в тесном кругу.

— Благодарю, но я недавно отобедал… — поклонился монах, — Смиренный служитель Ордена святого Франциска, брат Элоиз, к вашим услугам…

— Вы отобедали, а я приглашаю вас отужинать! — возразила Катерина, — К тому же, признаться, мы с господином Андреасом голодны, но это было бы некрасиво, вкушать пищу не пригласив за стол окружающих. Итак?..

— Как прикажете, ваше сиятельство…

— Тогда прошу к столу!

Катерина хлопнула в ладоши и тут же засуетились слуги, расставляя по столу всякую снедь и наливая вино в бокалы. А потом, словно испарились. За накрытым столом остались только мы трое.

— Благословите трапезу, брат! — пригласила Катерина.

Монах встал и привычно произнёс слова благословения. Явно не в первый раз это делает!

— Да будет над нами милость Божья! — приподняла свой кубок Катерина.

— Во веки веков! — хором откликнулись мы с монахом.

После такого тоста принято пить до дна…

— Так с каким поручением вы прибыли в замок? — легко поинтересовалась девушка.

— Я принёс письмо хозяйке замка.

— От кого?

— От его высокопреосвященства, кардинала Жеральда ля Фальеро.

Мне показалось, что монах сделал крошечную заминку перед ответом. Как бы прикидывая, отвечать нам или уклониться от ответа.

— Это первый из двух, — вставил я.

Монаху эти слова будут непонятны, а Катерина сообразит, что это тот самый, который неосторожно писал письма. И тот самый, у кого Александра выкрала документ.

— Первый из двух? — вопросительно поднял на меня взгляд монах и тут же опять опустил его вниз.

— Не обращайте внимания, брат Элоиз! — мягко улыбнулась Катерина, едва заметно кивнув мне, — Давайте лучше поднимем бокалы за ваше здоровье! Наливайте!

— Вы слишком добры ко мне, ваше сиятельство!

Тем не менее, монах сделал глоток вина и поставил бокал на место.

— Ну, что ж… Вы принесли письмо хозяйке замка, я хозяйка… где письмо?

Катерина изящно резала ножичком пласт мяса в своей тарелке, накалывала на свою золотую вилочку и аккуратно отправляла кусочки в рот. Словно нехотя. Словно не голодна.

— Но я отдал письмо другой девушке! — нахмурился монах, — Мне сказали, что это и есть хозяйка! Неужели меня…

— Нет-нет… Мы обе хозяйки. Мы кузины, и если вы заметили, очень похожи. Отдали Александре, и ладно… Письмо было запечатано?

— Да.

— И вы не знаете его содержимого?

— Нет.

— Но кузина при вас вскрыла письмо и прочла его?

— Да.

Однако, какой немногословный монах нам попался!

— Да вы угощайтесь, угощайтесь! — подбодрила его Катерина, — А то, право, неловко: вы сидите, а мы с Андреасом вкушаем… И, прошу вас, оцените вино! Такого вы больше нигде не найдёте! Вот так… Значит, кузина прочла письмо?

— Да.

— И куда она его потом дела?

— Э-э-э? — явно растерялся монах.

— Я спрашиваю, куда моя кузина положила прочитанную бумагу? Вы были вдвоём…

— Втроём! Ещё была служанка, которая прислуживала!

— Пусть втроём. Но за столом вы сидели вдвоём! Вы не могли не заметить, куда Александра положила прочитанное письмо! Так, куда же?

— Э-э-э… она положила его в шкатулку! — монах ещё ниже склонил голову, пряча взгляд.

Между прочим, отличный приём, если вы хотите скрыть свои мысли. Глаза — это как омуты, ведущие в глубину души. Но хорошенько приглядевшись, можно рассмотреть в этих омутах даже песчинки, которые осели на дно! Во всяком случае, так мне говорил мой наставник, Фарн.

— В эту шкатулку? — Катерина указала на ту самую шкатулку, которую мы видели в руках Александры в подземелье. Теперь она, несколько кривовато, стояла на краю комода.

— Да.

— Правильно… Именно так мне рассказала и служанка, которая вам прислуживала. Но вот, что интересно: теперь шкатулка пуста!

Катерина встала, открыла шкатулку и перевернула её. Шкатулка и в самом деле была совершенно пустой.

— Вы можете объяснить, куда делось письмо из шкатулки?

— Откуда же мне знать?..

— Да или нет?

— Нет.

— Но именно вы оставались наедине с покойницей! Когда кузине стало плохо, вы отправили служанку за доктором, а сами остались, пытаясь оказать ей помощь. Служанка убежала, а вы какое-то время были наедине. Александра умерла. А бумаги из шкатулки пропали. И вы не знаете, где они…

— Это было не совсем так!

— А как же?

— Я действительно пытался помочь вашей кузине. В меру моих скромных сил. Я действительно послал служанку за доктором. Но служанки не было буквально минуту! В коридоре она наткнулась на другую служанку и именно её отправила вызывать доктора. А сама вернулась к своей хозяйке. А я всё это время был с пострадавшей! Спросите служанку!

— Я спросила. Служанка утверждает, что когда она убегала, вы поддерживали кузину за шею, и когда она вернулась, вы всё так же поддерживали её за шею… Но вы даже верхнюю пуговку платья расстегнуть не догадались, чтобы облегчить пострадавшей вдох!

— Признаться, я растерялся… Не каждый раз на твоих руках молодые девушки умирают! А расстёгивать пуговки платья? Мне, особе духовного звания?

— Даже ради пользы пострадавшего? Боюсь, вы неверно понимаете слова «оказать помощь», брат Элоиз!