О клинках и крыльях
Шрифт:
Мы достигли вершины водопада. Птицы не последовали за нами в крону и от этого я чувствую такое облегчение, что почти падаю на колени.
Шум падающей воды остался позади и все вокруг неожиданно наполнилось покоем. Тяжело дыша, я оглядываю лодку. Оргид таращится по сторонам. Инга вся сжалась, готовая реагировать. Нави единственная из нас, кто не выглядит встревоженно, но и она все так же держит лук наготове.
Мы выжили.
Мне попадается на глаза жезл Элдриха, я подбираю его, и никто не останавливает меня.
— Смотрите, — выдыхает Инга, выпрямляясь и глядя вдоль реки. Я поворачиваюсь и вижу, что именно вызвало благоговение в ее голосе.
Иггдрасиль.
В конце извивающегося протока реки виден ствол Великого Древа Жизни. Со всех сторон, и насколько я могу видеть, сверху, мы окружены крепкими ветвями и побегами, тянущимися во все стороны и густо покрытыми изумрудной листвой, через которую проникает теплый, рассеянный солнечный свет, совершенно не похожий на тот холодный, к которому я привыкла дома.
Большой зал расположен прямо напротив ствола, вырезанный внутри самого дерева и растягивающийся на два этажа. С каждой стороны стоят еще здания, некоторые внизу у берега реки, а другие тянутся выше Большого зала, расположенные на вертикальных ветвях или широких, плоских побегах. Все они созданы из живого дерева, и соединяются между собой мостиками и лесенками.
Это самое великолепное, самое волшебное и самое отличающееся зрелище, что я когда-либо видела, и мне сразу понятно, что это и есть Фезерблейд.
Около проходов внизу есть гроты, а на мостах — небольшие причалы, освещаемые горящими огнем факелами. Прямо из воды возвышается широкая лестница, на вершине которой видны огромные, сводчатые двойные двери, ведущие в зал в центре ствола.
Лодка причаливает около нижних ступеней. Я торопливо высаживаюсь и мои ноги начинают дрожать, как только я ступаю на дерево. Я обмениваюсь быстрым взглядом с Нави, чьи ноги не трясутся совсем, прежде чем она начинает подниматься вверх по лестнице. Оргид и Инга вовсе на меня не смотрят, просто прокладывают себе путь по ступеням.
Я стою совсем одна, даже когда лодка уплывает и скрывается под деревянными платформами. Справа от лестницы стоит огромная статуя медведя, держащего горящий фонарь, и точно такая же — слева. Я прислоняюсь к ней и глубоко вдыхаю.
Приглушенный, теплого оттенка свет я раньше видела только внутри помещений, а снаружи при Дворе Льда все цвета были яркими и холодными. Запахи здесь тоже совсем другие, пахнет землей и дымом, и окружающая температура на несколько градусов выше привычной мне. У меня кружится голова, пока я пытаюсь привести в порядок свои перегруженные чувства.
Я все еще сжимаю в руках жезл Элдриха.
Я едва знала этого фейри Двора Земли, и на самом деле даже не доверяла ему, но шок от его смерти все еще ощущается, путая мои и без того беспокойные мысли. Я слышала раньше о том, что кто-то умирал. Не по своей воле, но все же. Но чтобы двое чудовищных птиц разорвали фейри пополам? Это и без помощи галереи останется в моей памяти.
— Элдриху, что в Вальгалле, спасибо за кинжал, — бормочу я, глядя в небо.
Я касаюсь кармана, в котором спрятано крошечное оружие, и нащупываю зеркальце моей сестры. Мне хотелось бы открыть его прямо сейчас и поговорить с ней, но что я ей скажу? Как посмотрю ей в глаза? Я забрала ее место в Фезерблейде.
Я поднимаю взгляд на огромное строение.
Это был не мой выбор. Я бы отказалась от этого ради нее.
Но ты встала.
Я склоняю голову, потому что обвинения от внутреннего голоса были справедливы. Я могла остаться лежать, но я встала и пыталась доказать, что должна быть здесь.
О боги, она может никогда меня не простить.
Мое внимание привлекает движение вверху лестницы. Около главных дверей стоят Харальд Огромный и Эрик, Страж Одина из Двора Земли.
Они что, ждут меня? Эрик машет мне, показывая, чтобы я поднималась. Я вздыхаю, прежде чем выдавить из себя слабую улыбку и оттолкнуться от статуи. Шаг за шагом, я поднимаюсь по ступеням, пытаясь выглядеть как та, кого избрали бы для того, чтобы тренироваться и стать Валькирией. Когда я добираюсь до верха, вокруг нет никого из остальных, а Эрик разглядывает меня все с тем же интересом.
Харальд смотрит на жезл в моей руке, и я протягиваю его ему.
— Элдрих погиб на лодке, — неловко говорю я.
— Мне не нужны вещи фейри Двора Земли, — ворчит огромный фейри Двора Тени.
Я поворачиваюсь к Эрику, но он качает головой:
— Оставь его себе. Рад, что ты с нами, Принцесса Верглас.
Я склоняю голову набок. Его голос совершенно не похож на тот, который приказал мне вставать.
— Почему мы должны были добираться на лодке и встретиться с этими птицами? Почему мы просто не могли пройти через портал вместе с вами? — Я не могу удержаться и вопрос срывается у меня с языка.
Никто из них не выглядит огорченным из-за потерянной жизни фейри.
— Фезерблейд — это испытание, с первого дня, — говорит Эрик. — Все новобранцы должны пройти через водопад. Не все выживут. Но ты — здесь, — неподдельный интерес все еще блестит в его глазах.
— Ты должна обращаться к нам эрсир, — перебивает Харальд.
Это древнее слово, означающее «командир», вспоминаю я без необходимости проверять.
— Есть, эрсир, — киваю я.
— А всех новых рекрутов будут называть новобранцами. Вот ключ от твоей комнаты. Ты делишь ее с Нави, — он протягивает мне небольшой железный ключик с металлическим брелоком, имеющим гравировку скрещенных пера и меча с номером четырнадцать. Я забираю его, и кожа Харальда кажется горячей по сравнению с моей.
— Благодарю, эрсир.
— Ты найдешь комнаты новобранцев, пройдя через двери, наверх по левой лестнице и потом направо. Будь завтра на рассвете в Великом Чертоге Одина, — ни сказав больше ни слова, он поворачивается и уходит через двери.