Чтение онлайн

Я смотрю на Каина и думаю о той сущности в саду, которую я могла чувствовать, но не видеть. Это был его валь-тивар? Слова ученого из воспоминания, которое я прослушала вчера, всплывают в моей памяти: «Есть лишь единственный случай того, как Страж Одина не исполнил свой долг и был за это наказан. Поскольку боги не смогли лишить его валь-тивар — эта связь слишком сильна и абсолютно вечна, они ограничились тем, что отняли его крылья и заточили его в Фезерблейде».

Я полагала, что Каин лишился своих крыльев в качестве наказания. Но что, если он потерял их в результате несчастного случая?

Голос Эрика выдергивает меня из моих мыслей.

— Когда ваш валь-тивар пробудится, вы научитесь тому, как позволить ему овладеть вами во время битвы.

Овладеть мной? Я не уверена, что мне нравится, как это звучит. Но учитывая, что моя магия никогда не проявлялась достаточно сильно, чтобы успешно пользоваться ею с помощью жезла, я готова попробовать что угодно.

— Есть четыре вида животных, чью форму может принять валь-тивар — медведь, змея, хищная птица и волк. У каждого есть свои уникальные силы и преимущества в бою. Медведи сочетают в себе одновременно силу и бесстрашие в бою. Валькирия, одержимая в бою валь-тивар в виде медведя, становится настоящим берсерком11. Неудержимым. В десятки раз сильнее. В сотни раз яростнее.

Шепот прокатывается по столам. Я слышу, как упоминают Харальда и вынуждена согласиться. Его валь-тивар должен быть медведем.

Эрик улыбается всем и касается груди.

— Мой валь-тивар — змея. Змеи славятся своими способностями целителей, и те, кто одержим их валь-тивар в виде змеи, могут исцелять свои раны почти одновременно с тем, как они появляются. В некоторых уникальных случаях, таких как мой Страж Одина, одержимый змеей, может исцелять других. Хищные птицы могут быть воронами, соколами или, иногда, совами. Вам могут быть дарованы разные способности. Совы обладают невероятной мудростью и способностью предвидеть.

Как Брунгильда, думаю я.

— Вороны и соколы наделены одновременно невероятной скоростью и способностью предсказывать следующий шаг противника. И наконец, волки.

Тишина заполняет зал.

Волки — убийцы. Каждый на Иггдрасиле это знает. Согласно легендам, волк — единственное существо, подобравшееся достаточно близко к тому, чтобы убить Одина.

— Волкам свойственна не всегда разумная кровожадность, опасная и непредсказуемая потребность сражаться и насыщаться, — говорит Эрик размеренным тоном. — Их потребности не удовлетворимы.

Мой взгляд возвращается к Каину, когда Эрик продолжает говорить.

— Одержимый волком воин на поле боя обретает силу и скорость, питаемые бесконечной выносливостью и жаждой крови. Они не остановятся, пока не упадут, и горе тем, на ком сомкнутся их зубы.

Я абсолютно уверена, что валь-тивар Каина — волк. Я выдыхаю, чтобы перенести внимание с него на себя.

Сможет ли сила валь-тивар в виде змеи исцелить меня от обмороков? Или хотя бы отсрочить неминуемый конец моей жизни?

Если Фезерблейд сочтет меня достойной, пожалуйста, пусть мне достанется змея, умоляю я. Мчаться по полю боя, будучи одержимой жаждой крови медведя или волка не кажется чем-то, в чем я буду хороша, а моя магия памяти уже в какой-то степени наделяет меня мудростью. Пожалуйста, пожалуйста, будь змеей.

— Для каждого валь-тивар есть отдельное крыло, и когда ваш пробудится, вы смените комнату. Сейчас мы находимся в Крыле Волка, — он складывает ладони вместе. — Итак. Я должен передать дальнейшее на сегодня обучение будущих Валькирий — Брунгильде, которая будет ждать вас в Библиотеке Бардхейма в Крыле Птицы через полчаса. Когда она вас отпустит, вас отведут на боевые испытания, чтобы выяснить, что вы уже умеете.

ГЛАВА 13

МАДДИ

Я заканчиваю завтракать, пытаясь привести в порядок нервы. Мало того, что тот факт, что мне придется публично показать, насколько я нетренированная в любом из видов боевых искусств, сам по себе заставляет нервничать, так я еще и упаду перед всеми в обморок в какой-то момент. Это неизбежно.

Пожалуйста, пожалуйста, пусть это случится не в тот момент, когда я буду держать в руках оружие, на которое упаду и убью себя, молюсь я. Это было бы сверхдерьмово.

Часть меня хочет, чтобы обморок случился сейчас, пережить его и забыть об этом. Но есть шанс, что сегодня этого вообще не произойдет.

А есть шанс, что сегодня будет твой последний обморок.

Я давлю эту мысль. Я здесь и по большей части чертовски хорошо со всем справляюсь.

Пока ем, я рассматриваю листок бумаги, на котором написано, чем мы будем заниматься ближайшие три недели.

Я припоминаю слова сестры: «Я не знаю, насколько плотным будет расписание. Если там будет много боевого тренинга, это может быть утомительным».

Судьбы святые, не зря она волновалась. Оно и правда плотное.

Мне придется быть осторожной и не позволить своему разуму взять верх, когда он будет пытаться ускользнуть в галерею, как только я увижу или услышу что-нибудь новое. Если я выпаду из реальности здесь, это не только поставит меня в уязвимое положение, но и не позволит завести союзников. Никто не захочет заводить дружбу с сумасшедшей фейри.

Когда новобранцы начинают покидать зал, я присоединяюсь к ним, замедляясь, когда прохожу мимо Каина. Он стоит, прислонившись к стене возле дверей, ест яблоко и излучает эту свою «иди нахер» ауру на всех вокруг.

Сегодня он одет в черную рубаху, без кожи и брони, не считая коротких черных перчаток, а на его бедрах закреплены ножи и топорик. Меня саму раздражает то, как мне интересно его разглядывать. Его сильная челюсть сжимается, когда я подхожу.

Я быстро решаю, что стоит поблагодарить его за то, что чуть раньше он защитил меня. Потом решаю спросить, почему он чуть раньше защитил меня.

— Спасибо за… — начинаю я, но он делает шаг ко мне, становится жарко, и я снова чувствую эту сущность. Его глаза вспыхивают огнем и опасностью. Мой рот захлопывается, и я бегу через двери, вслед за остальными фейри, уже покинувшими зал.