О мече и серебре
Шрифт:
Я выглядываю из-под руки Меча, наблюдая, как моя магия Серебряного Языка поражает стражника в полную силу.
Его лицо становится безжизненным, глаза широко раскрыты и стеклянны.
Я морщусь. Возможно, я вложила слишком много силы в этот приказ.
Стражник спотыкаясь отступает обратно в коридор.
— Как думаешь, сколько времени вы смогли выиграть? — спрашивает меня Меч, его пальцы теперь играют с моими волосами.
— Десять минут. Может, чуть меньше. — Я шиплю, когда его пальцы скользят вверх по моей шее, обхватывая затылок. — Он будет бороться, чтобы их не впускать.
— Как быстро, я смогу заставить тебя кончить? — шепчет Меч мне в ухо.
Мурашки бегут по коже совсем по другой причине.
— Что? — выдавливаю я, его горячий рот снова на моем в одно мгновение.
— Я хотел трахнуть тебя, как только увидел. Потом ты станцевала со мной, и клянусь своей жизнью, Кири, если я не увижу, как ты кончаешь прямо сейчас, я сойду с ума.
— Это кажется самым неподходящим моментом, — задыхаюсь я, когда его рука тянется к разрезу моего платья, мозолистые пальцы сжимают мое бедро изнутри и закидывают его себе на поясницу.
Он замирает, огонь в его взгляде.
— Ты говоришь мне «нет»? — Слова вырываются из него.
— Нет, — говорю я, качая головой. — Нет, боги помогите мне, я не говорю тебе нет.
— Блядь, Кири, — говорит он, и затем его рука там, между моих бедер, раздвигает мои половые губы. — Ты прекрасна. Так прекрасна.
Я издаю нечленораздельный звук, когда его толстые пальцы находят мой клитор.
— Вот так, маленькая лгунья. Ты не можешь врать о том, как это приятно, не так ли?
Мои ноги начинают дрожать, и он издает хриплый смех. Я хватаюсь за его плечи, держась изо всех сил, пока он дразнит его, дразнит меня. Он опускает голову, его рот впивается в вышивку бисера, прикрывающую мой сосок, и моя голова откидывается назад.
— Если бы у нас было время, я заставил бы тебя умолять об этом, Кири. Я заставил бы тебя встать на колени, прямо здесь, просить меня. — Он груб, и мои бедра дергаются, когда он агрессивно кружит мой клитор. — Ты такая мокрая, блядь. Скажи, как хорошо это ощущается.
— Ощущается… ужасно, — вру я, ухмыляясь ему, почти потеряв рассудок, мое тело уже приближается к разрядке.
Он усмехается.
— Ты можешь произносить эти слова, но твое тело говорит само за себя. — Он поднимает свой палец, и в тусклом свете он блестит от моей влажности. — Мне достаточно этого доказательства.
Я вздрагиваю, когда он подносит палец ко рту, его взгляд горяч на моем, когда он пробует меня на вкус.
— Вот дерьмо, — стону я.
Он искренне улыбается мне, и мои колени слабеют при виде этой ямочки. Прижимая меня к стене, он крепко целует меня, как будто действительно хочет этого, и я чувствую вкус себя на его языке.
— Кончи для меня, пока у тебя есть время, Кири, — шепчет он мне в щеку. Это странная фраза, и я задумываюсь о ней на долю секунды.
Но его большой палец работает на моем клиторе, а указательный погружается в мое влажное тепло, издавая влажные звуки, которые могли бы смущать, если бы я не была сейчас так невероятно возбуждена.
— Такая тугая, блядь. Такая идеальная. Кири, ты моя, ты слышишь меня? Когда это закончится, ты моя. Моя, — продолжает он рычать, добавляя средний палец, входя и выходя из меня.
Мои плечи царапают деревянные панели, и я киваю в знак согласия, почти без чувств.
— Кончи для меня, Кири, ты будешь кончать только для меня.
Это так собственнически и нелепо, что должно бы сделать все, кроме того, чтобы заставить меня кончить — но это так типично для него. Это так свойственно Мечу, этому невозможному, развязному рыцарю смерти из Фейри, который умудрился пройти путь от того, чтобы сводить меня с ума, до того, чтобы сводить с ума, прижав к стене.
Я должна сказать ему «нет». Я должна свести его с ума еще больше.
Я не говорю.
— Пожалуйста, да, пожалуйста, я хочу.
Он слегка отстраняется, его глаза встречаются с моими.
Я ожидаю увидеть похоть, ожидаю увидеть в нем ту же потребность, которую он выжимает из меня.
Я не ожидаю увидеть печаль, такую глубокую и древнюю, что она накрывает меня, как ледяная волна.
Его губы снова прижимаются к моим, нежно. Я закрываю глаза и позволяю ему увести меня туда, куда я хочу.
Я задыхаюсь, сжимаясь вокруг него, мои глаза широко распахиваются, кончая сильно.
— Так красиво, — бормочет он. — Так совершенна, моя Кири.
Я прижимаюсь щекой к его груди, возвращаясь в себя.
— Какого черта здесь происходит? — кричит разгневанный мужской голос. Слышится звук потасовки, и Меч целует мою ключицу, мою щеку, приводя мои юбки в порядок.
— Нам нужно спешить. — Мое предостережение испорчено мягкой улыбкой на моем лице.
— Мне нравится этот взгляд, — мурлычет Меч.
— Это хорошо, учитывая, что ты его вызвал. — Я отталкиваюсь от стены, слегка кружится голова, и направляюсь к остальным ступеням. — Лара хорошо поработала с чарами, — бормочу я себе под нос, оглядываясь.
Дубовая гостиная не совсем такая, как я помню. Во-первых, здесь есть несколько бочек с клеймом Дарио, что не то место, где они должны были быть, но придется обойтись. Я пожимаю плечом, быстро двигаясь по комнате, звуки здесь приглушены и странны, будто воздух тяжелый.
— Чары все еще сильны. — Мышцы Меча напряжены, и я облизываю губы, не в силах удержаться.
— Жаль, что у нас нет больше времени, иначе я бы заставила умолять тебя. — Я провожу пальцами по стенам, ища точку доступа. — Ты можешь снять остальное?
Меня раздражает, что я до сих пор не знаю всего, что он умеет.
— Я не могу касаться чар вокруг Короны Солы, — говорит он.
Звуки драки раздаются ближе, и я кусаю нижнюю губу.
— Может, тебе стоит вознести молитву своему богу, чтобы дал нам больше времени, — в шутку говорю я Мечу.
— Может, — уклончиво отвечает он.