О моем перерождении в злодейку
Шрифт:
— А где же ваша семья? — вновь спросил он у девушки.
— Я и есть моя семья. Отец погиб, защищая вашего предшественника, короля Климента Аларда. А мать скончалась полгода назад из-за болезни. Граф Ностерли, в чьих владениях мы служили, позволил мне остаться на его земле до начала учёбы в лицее.
Чем больше король слушал Ханни, тем больше он хмурился. Нехорошо выходит. Так-то он ценит спасенную жизнь своего отца? Этой девушке и так пришлось нелегко. И при всем при этом она совершенно не выглядела озлобленной или обиженной на жизнь, наоборот, ее глаза излучали свет и доброту.
— И что же вы будите делать дальше? — поинтересовался молодой мужчина.
— Я неплохо играю на фортепьяно. И еще многим нравится мой голос. После завершения учебы я хотела устроиться на какую-нибудь работу в столице. Попробую себя в роле учительницы или певицы в каком-нибудь заведении.
Когда Андриан представил эту юную скромницу поющей в какой-нибудь грязной забегаловке или того хуже, в борделе, у него свело скулы. Король вытянул руки на стол и медленно произнес:
— Значит так, завтра же вы соберете вещи и отправитесь в Гринхолл, владения виконтессы Эверели.
И без того большие глаза девушки расширились, а на лице отразилась тень испуга.
— Вы прогоняете меня, мой король?
— Нет, вовсе нет, что вы! — поспешно заявил Андриан.
Эта девушка казалась ему такой хрупкой, что мысль обидеть ее разбивала ему сердце. Он почувствовал себя неопытным юнцом, который в первый раз разговаривает с симпатичной соседской дочкой.
— Дело в том, что виконтесса Эверели совершенно одинока, у нее нет никаких родных, которым бы она могла передать свою мудрость и навыки.
Он хотел добавить «А также земли и титул», но решил, что почему-то Ханни тогда точно заупрямиться.
— Вы хотите, чтобы я присмотрела за ней? Стала ее сиделкой?
— Нет, Ханни, я хочу, чтобы вы стали частью ее семьи. Она давно просила меня подыскать подходящую кандидатуру. Как-никак, после смерти пожилой виконтессы ее земли отойдут в государственную собственность. А она беспокоилась о своих работниках и землях, не хотела, чтобы ее владения растащили по кусочку. Вот и попросила меня об услуге- найти достойную девушку, которая сможет стать частью ее рода, чтобы продолжить его.
— Но это будет значит…
— Уверяю вас, вы сделаете виконтессе большое одолжение своим присутствием. Сойдитесь с ней, подберите ключик к ее сердцу и позаботьтесь о пожилой женщине в последние годы ее жизни. А к празднику Всеединой вы вернетесь вместе с ней ко двору.
— А как же моя работа? И учеба?
— Уверен, вы сможете все наверстать. А уж с Жаном Рамиро я как-нибудь сам разберусь, попросите его зайти ко мне, сразу, как только покинете мой кабинет. Жил же он без помощницы целых три месяца, проживет и еще три недели.
— Спасибо, ваше величество, — казалось, Ханни вот-вот была готова прослезиться.
Она поднялась со стула и робко направилась к двери. У самого выхода она обернулась и посмотрела ему в глаза.
— С самой нашей первой встречи тогда, в террариуме, я сразу поняла, что вы благородный человек, — сказала она, скрываясь за дверью.
Они уже встречались? Верно, тогда у него состоялся внезапный и любопытнейший разговор с герцогиней Килли. Если бы он не был тогда так озадачен резкой сменой ее поведения, он наверняка бы запомнил такую прелестную девушку. Но у Николь просто потрясающий талант выводить его и перетягивать одеяло на себя.
Вот хотя бы вчера, он принес ей прекрасную новость, которую хотел обсудить. Но он увидел радость и толику благодарности во взгляде герцогини лишь на секунду. А сразу за этим последовала куча комментариев, предложений и указаний на его ошибки. Узко мыслит он, видите ли! Ну почему она не может быть, как эта простолюдинка!?
От воспоминаний о Николь у него разболелась голова, а злость вновь накрыла его с головой. Стоит в серьез проучить эту стервозную занозу за то, как разговаривала с ним вчера. Это уже не глупые женские истерики, нет, она повадилась его отчитывать и выпускать коготки. Такое он не может спустить ей с рук. Гордость у нее появилась, видите ли!
— Ты меня звал, Андриан? — в кабинет вошел Жан.
— Да, присаживайся, хотел обсудить с тобой некоторые слухи, гуляющие по дворцу.
— По двору всегда гуляют какие-то слухи. Какие именно из них ты хотел со мной обсудить?
— О твоем желании вступить в брак.
Рамиро вскинул брови вверх, едва сдерживая смешок.
— Кто сказал тебе такую глупость, брат? Это ты у нас король и скрыть твою приближающуюся помолвку с графиней Блосс- та еще задачка. Но моя жизнь скучна и заурядна. День и ночь я служу короне в поте лица. В другой раз, сразу спрашивай у меня напрямую, а не верь небылицам.
— И что, значит ты так и не подумал остепениться?
— Нет. Не думаю, что среди здешних дам найдется та, на которой я согласился бы жениться.
— Откуда же тогда взялись все эти сплетни?
— О, все просто. Я сам их пустил. Хотел проверить кое-что. Но по итогу они даже не достигли тех ушей, на которые я рассчитывал, и все пришлось делать самому.
Брови Андриана опять сошлись на переносице. Рамиро снова пытался кого-то вывести на чистую воду, а король повелся, сам того не понимая.
— Я думал, что твоя новая ассистентка заставила поменять тебя отношение к браку.
— Кто? Ханни Лав? Милая девушка, не спорю. Но в последнее время мне попалось поистине удивительное дело, так что я даже не успел толком с ней пообщаться.
— Что за дело, не поделишься?
Рамиро махнул рукой.
— Я пока еще не разобрался в нем до конца. Если возникнет что-то важное для тебя, или нашего королевства в принципе, я тут же сообщу. А пока не стоит забивать этим голову. У тебя и самого дел по горло с новым законопроектом твоей сестры.
— Или Николь Килли, чтоб ей было не ладно. Может, стоит всучить ей выгодную партию, глядишь, перестанет лезть куда не надо.
— Всем известно, что выгодная партия для Николь Килли- это ты.
— Но этому браку не суждено случиться, — кисло произнес брат.
— Что такое? Мне кажется, или ты даже огорчен этим фактором? Неужели ты передумал на ее счет? — Рамиро заинтересованно придвинулся вперед.
Андриан только фыркнул.
— Не смеши меня. Эта женщина совершенно невыносима. То закатывает истерики, то начинает меня поучать, красит волосы, меняет все свои курсы, носит под платьем доспехи, общается с моей сестрой. Что вообще происходит у нее в голове?